С осознанием римлянами своей силы и получением городом фактической автономии от империи началась история аристократии римской республики. С этого же времени в городе возникает междоусобица и борьба папства со знатью. Поскольку теперь с папским саном оказалась связана государственная власть, все знатные семейства стали добиваться того, чтобы папой был избран их представитель.
Как только распространилась весть о том, что Павел I находится при смерти, Тото, герцог Непи, выступил из своих владений в сопровождении вооруженной толпы и своих братьев Константина, Пассива и Пасхалия. Он вошел в Рим через ворота Святого Панкратия и разместился в своем доме в ожидании кончины понтифика. На следующий день после смерти Павла Тото приказал избрать папой своего брата Константина и в сопровождении своих вооруженных приверженцев направился с братом в Латеран.
Эта узурпация была особенно дерзкой еще и потому, что Константин не принадлежал к духовенству. Тото заставил епископа Перенесты посвятить Константина в иподиаконы, а затем в диаконы, после чего принудил римлян под страхом оружия принести последнему присягу в верности. 5 июля 767 года в базилике Святого Петра тот же епископ совершил над Константином посвящение в папы. На святой престол вступил простой землевладелец и удержался на нем в течение целого года.
Находившийся в это время в Риме франкский посол, получив письмо от Константина, спокойно удалился с ним во Францию. Это обстоятельство дает повод считать, что франкский король (он же — патриций римлян) еще не имел реальной прямой власти над городом. Тем не менее Константин понимал, что ему следует немедленно заручиться поддержкой Пипина и, сообщив королю о своем избрании (умолчав, однако, об обстоятельствах этого избрания), просил того по-прежнему быть покровителем Рима и удостоверял о сохранении своей преданности к заступнику церкви. Ответа от Пипина не последовало. Зато на сцене снова появились лангобарды.
Изгнанные из Рима церковные служители Христофор (фактически бывший заместителем папы) и его сын Сергий (занимавший должность ризничего) отправились к герцогу Сполето, а затем, вместе с ним, в Павию, где их с радостью принял лангобардский король Дезидерий, согласившийся на определенных условиях помочь им во взятии Рима. Сопровождаемые лангобардским отрядом Сергий и назначенный ему в спутники пресвитер Вальдиперт направились к Риму и 28 июля 768 года заняли Саларский мост, а на следующее утро уже подошли к воротам Святого Панкратия, которые открыла для них подкупленная стража.
Тото был убит, а Константин бежал в Латеранскую базилику, где был схвачен и отправлен в тюрьму. Воспользовавшись сумятицей, Вальдиперт организовал среди римлян лангобардскую партию, после чего разыскал в монастыре Святого Вита на Эсквилине пресвитера Филиппа, и римляне в изумлении увидели, как в Латеран ведут нового папу с восклицаниями: «Филипп — папа! Святой Петр избрал его!» Нашелся и епископ, совершивший над Филиппом посвящение.
Однако в Риме, наконец, появился запоздавший по какой-то причине Христофор. Римская партия взялась за оружие, и ее предводитель принудил Филиппа вернуться в монастырь. А на следующий день, 1 августа, Христофор созвал на собрание духовенство и народ, где выставил кандидатом пресвитера Стефана, человека, который оставался с Павлом I, когда тот умирал. В результате Стефан был отведен в Латеран и провозглашен папой под именем Стефана III.
За этим последовали сцены дикого, варварского мщения. У заключенных в тюрьму епископов и кардиналов вырывали глаза и языки, а узурпатора Константина провели по улицам Рима и отправили в монастырь на Авентине. После этого месть перекинулась на Вальдиперта, который хоть и помог свергнуть Константина, но провозгласил папой Филиппа, — его заточили в темницу и предали мучительной смерти.
Поскольку Стефан III стал папой наперекор желанию Дезидерия, он сразу же после своего избрания обратился к франкским князьям с просьбой прислать своих епископов в Рим, где было решено созвать собор. Послание к франкам повез сам Сергий, но Пипина он уже не застал живым. Король умер 24 сентября 768 года, и его государство было поделено между его сыновьями — Карлом и Карломаном. Они приняли послов Стефана и отправили в Рим 12 епископов.
12 апреля 769 года Стефан III открыл Латеранский собор, которому надлежало осудить Константина и установить, наконец, порядок избрания пап. Ослепленный Константин, отвечая на вопрос как смел он, будучи мирянином, вступить на престол Святого Петра, сослался на пример некоторых епископов так же получивших свой сан — Сергия Равеннского и Стефана Неаполитанского. Это упоминание о действительно имевших место посвящениях привело судей в ярость. Они бросились на Константина, сбили его с ног и выбросили из церкви. Как закончилась жизнь Константина, неизвестно.
Затем собор сжег акты лже-папы и принял решение, по которому папой мог быть провозглашен лишь тот, кто прошел все ступени церковной иерархии: от низшей до диакона или пресвитера-кардинала. Участие же мирян в избрании папы было решено упразднить. Закончились заседания собора изданием декрета о соблюдении иконопочитания. После подписания всех актов участники собора проследовали процессией в базилику Святого Петра, где были зачитаны все постановления.
После падения партий лангобардов и герцога Тото самыми могущественными людьми в Риме оказались Христофор и Сергий. Оба они были помехой и для Стефана III, и для Дезидерия. Обязанного им папу они пытались подчинить себе, а лангобардский король был недоволен ликвидацией своей партии и усилением франкской. Стефан видел, что опора, которую представляли для него франки, может пошатнуться, поскольку сыновья умершего Пипина враждовали между собой, что грозило расколом франкского государства. Не имея действительной власти в Риме и не надеясь на франков, папа снова начал искать сближения с лангобардами.
Посредником в переговорах между папой и Дезидерием был назначен казначей Павел Афиарта. Летом 769 года Дезидерий отправился в Рим под видом паломника, но в сопровождении войска. Узнав об этом, Христофор и Сергий стянули в город милицию из Тусции, Кампании и Перуджи, затворили все ворота и стали ожидать нападения. На их же стороне был и посол Карломана, граф Додо, с отрядом франков. Однако, благодаря хитрости папы, лангобарды все же проникли в город, а народ смалодушничал и покинул своих вождей. Христофор был ослеплен и отправлен в монастырь, где через три дня умер, а Сергий содержался в одном из подвалов Латерана до самой смерти Стефана III.
Между тем Дезидерий не собирался возвращать церковных имений, на которые претендовал Стефан, и папа снова начал искать сближения с франкскими королями. Поздравляя их с окончанием раздоров, он не постеснялся также и изложить свои жалобы. В 770 году Бертрада, мать Карла и Карломана, даже явилась в Рим паломницей, вселив в папу надежду. Однако скоро он узнал, что королева направилась к Дезидерию с предложением связать династии брачными союзами, и пришел в ужас. Стефан даже написал сыновьям Пипина письмо, в котором старался отклонить их от брака с дочерьми Дезидерия, ссылаясь при этом на Священное Писание и угрожая предать их анафеме в случае отказа следовать его советам.
Карломан не женился на дочери Дезидерия, но Карл, совершенно не смущаясь анафемой папы, взял себе в жены Дезидерату. Тем не менее, то ли из-за настойчивости Стефана, то ли по какому-то другому расчету, Карл вскоре разошелся с Дезидератой и женился на швабской принцессе Хильдегарде. Карломан же умер в 771 году. Союз между франками и лангобардами был разорван, а римская церковь снова оказалась в тесной связи с королем франков. Совершенно не знавший совести и постигший все тонкости и коварство светской политики Стефан III умер 24 января 772 года, а уже 9 февраля папский престол занял Адриан I.
Римлянин из знатного рода, Адриан I оказался выдающимся правителем и оставался папой почти 24 года. Еще мальчиком он потерял отца и был отдан матерью на воспитание в церковь Святого Марка. При Павле он прошел первые ступени церковной иерархии, при Стефане был посвящен в диаконы, а после смерти последнего единогласно избран папой. Свое вступление в сан Адриан ознаменовал тем, что призвал обратно партию Христофора, давая понять свое желание примкнуть к франкам.
Явившиеся к новому папе с предложением союза послы Дезидерия были встречены упреками в неисполнении договора, заключенного его предшественником с королем. После этого между Адрианом и Дезидерием произошел полный разрыв. Вскоре, весной 773 года, к лангобардскому королю явилась вдова Карломана с жалобами на то, что Карл захватил земли своих племянников и объявил себя единственным королем франков. Задумав расколоть франкское королевство, Дезидерий потребовал от Адриана, чтобы тот совершил над детьми Карломана помазание на царство и тем самым признал их права, но получил отказ.
Тогда Дезидерий решил добиваться своей цели силой. В конце марта он занял Фавенцию и Феррару, после чего стал угрожать Равенне, жители которой обратились к папе за помощью. Дезидерий настаивал на личном свидании с Адрианом, на что получил ответ, что сначала он должен вернуть отнятые города. Тогда Дезидерий пригрозил папе походом на Рим.
Адриан, в свою очередь, обратился за помощью к Карлу, а сам начал готовиться к обороне города. К Риму были стянуты военные отряды из Тусции, Лациума и Перуджи, вооруженная милиция Пентаполиса и войска дружественного неаполитанского герцога Стефана. Часть ворот была заделана, а остальные затворены. Церковная утварь из базилик Святого Петра и Святого Павла была перенесена в город, а сами базилики заперты изнутри. После этого к лангобардскому королю были отправлены епископы, которые должны были под страхом отлучения от церкви запретить ему переступать границы римского герцогства. И что же? Боязнь папского проклятия (но, конечно, и страх перед Карлом) возымела свое действие! Дезидерий остановился, а затем и вовсе повернул назад, в очередной раз показав бессмысленность всех двухвековых лангобардских походов на Рим.
Не сумев склонить Дезидерия к миру, в сентябре 773 года Карл выступил с войском в Италию. После недолгого сопротивления, ослабленного к тому же внутренними раздорами и интригами духовенства, лангобарды потерпели поражение, и Дезидерий заперся в Павии. Предвидя, что осада будет долгой, Карл вызвал к себе жену и детей, а через шесть месяцев, с приближением Пасхи, решил отправиться в Рим. Такое паломничество на Пасху к могилам мучеников казалось верующим того времени верным способом попасть в рай, и эта поездка короля франков стала началом паломничества в Рим всех германских королей в течении Средних веков.
Король был встречен у озера Браччано всеми судьями и отрядами милиции и с императорскими почестями препровожден до города. Множество народа приветствовало Карла криками: «Да здравствует король франков, заступник церкви!» Из римских базилик были вынесены кресты и хоругви, при виде которых Карл сошел с коня и в окружении своей свиты смиренно проследовал в базилику Святого Петра.
Утром 2 апреля 774 года папа ожидал гостя на ступенях портика, а вся площадь перед базиликой была заполнена народом. На нижней ступени лестницы Карл опустился на колени и, благоговейно целуя каждую ступень, так же, на коленях, поднялся к папе ( в дальнейшем эта процедура стала обязательной для приближавшихся к святилищу королей). После этого Карл и Адриан обнялись и направились в базилику, откуда раздалось пение священников. Король и его свита пали ниц перед гробом апостола, где и оставались до окончания молитвы. После этого король и папа, а так же римские и франкские судьи поклялись друг другу в верности.
Карл оставил свои войска на Нероновом поле, а сам через Адрианов мост вступил в город. Будущий преемник Августа изумленно взирал на классические руины, о которых, хотя и слышал, но все же был лучше знаком с деяниями римских святых, чем с подвигами римских героев. А город в то время еще нес на себе печать античности, оставаясь миром величественных развалин, перед которыми меркло все христианское.
Короля проводили в Латеран, где он присутствовал при таинстве крещения, которое в баптистерии совершал сам папа. После этого Карл пешком вернулся в базилику Святого Петра, где и остановился в одном из епископских помещений. В Пасхальное воскресенье он присутствовал на обедне, которую папа служил в базилике Санта Мария Маджоре, а в понедельник и во вторник — на обеднях в базиликах Святого Петра и Святого Павла соответственно. На этом пасхальные празднования закончились.
В среду, 6 апреля, Карл был приглашен на совещание в базилику Святого Петра, где не только подтвердил грамоту Пипина о принесении в дар Святому Петру некоторых городов и провинций Италии, но и приказал своему нотариусу написать ее вновь. Этот документ был положен в гробницу Святого Петра и скреплен торжественной клятвой. К сожалению, эта дарственная грамота Карла Великого исчезла из архивов Латерана. Не найдено и никакого списка с нее, который король должен был забрать с собой. Историки же вообще сомневаются в ее существовании. Биограф Адриана уверяет, что этой грамотой папе предоставлялась во владение почти вся Италия, даже те провинции, которые Карл никогда не завоевывал, — Корсику, Венецию, Истрию и Беневент.
Вместе с тем был заключен и договор, устанавливающий положение Карла по отношению к Риму. Король получил все права патриция и титул защитника, который с 774 года получил более широкое значение. Этитм титулом за Карлом было признано право на высшую юрисдикцию в Риме, римском герцогстве и в провинциях, составлявших экзархат. Папа же, представлявший в этих образованиях только административную власть, становился подданным короля франков.
Карл вернулся к осажденной Павии, и в июне 774 года она сдалась. Не предъявляя никаких условий, последний король лангобардов покорно отдался в плен. По преданию, он окончил свою жизнь в монастыре Корби, где, благодаря своему благочестию, приобрел дар совершать чудеса. А Карл с этого времени стал называться королем франков и лангобардов и патрицием римлян.
К огорчению папы, Карл медлил с возвращением церкви отнятых у нее лангобардами патримоний. Видимо король понимал, что Пипин наобещал слишком много. Адриан же льстиво называл Карла новым Константином, воскресшим императором, «через которого Господь положил даровать все святой церкви апостола Петра».
Эти слова Адриана заслуживают отдельного внимания, поскольку в них содержится первое указание на одно из самых невероятных установлений, в течение веков служившее папам бесспорным основанием их притязаний на всемирную власть и не вызывавшее сомнений даже у людей, сведущих в науке права. Так называемый дар Константина не только наделял римского епископа почестями, подобающими императорскому сану, а римское духовенство — прерогативами сената, но и передавал папе в собственность Рим и Италию.
Приняв крещение от епископа Сильвестра и излечившись после этого от проказы, Константин проникся благоговением к апостолу и удалился из Рима на берега Босфора. Столицу же мира и Италии император якобы уступил наместнику Петра. Эта сказка, на которую папа впервые сослался в 777 году, скорее всего была измышлением какого-нибудь римского священника того времени, когда Италия освободилась из-под власти греков, и папа стал строить планы на власть в ее большей части.
Какие же области реально принадлежали церкви? Если верить биографу Адриана, то Сполето перед вступлением франков в Италию отложилось от лангобардов, а его знатные граждане явились в Рим, где принесли папе присягу и были объявлены римскими гражданами. Примеру Сполето последовали жители Фермо, Озимо, Анконы и Кастеллум Феличитатес. Достоверность этих сведений сомнительна, но точно известно, что Карл категорически отказался уступить папе Сполето, и оно всегда считалось принадлежавшим франкскому королевству.
Несомненно, церкви принадлежала римская Тусция, но папа притязал и на Тусцию лангобардскую. В 774 году Карл уступил ему Соану, Тускану, Витербо, Баньорею и еще ряд областей. В Сабине тоже находились земли, принадлежавшие церкви, и в 781 году Карл увеличил их размеры. На доходы от них поддерживался огонь в лампадах базилики Святого Петра и содержались бедные. Стремление же папы добиться власти в экзархате встретило большое сопротивление.
Архиепископы Равенны, подобно папе, так же стремились к получению власти в своей стране, но со времени дарственной грамоты Пипина экзархат должен был перейти под юрисдикцию папы. Стефан II назначил в его города своих графов и герцогов, а в саму Равенну — двух судей, пресвитера и герцога. Однако, в 774 году, после отъезда Карла, местный архиепископ завладел рядом городов Эмилии, Феррарой, Имолой и Болоньей и изгнал папских чиновников. Утверждая, что эти места подарены ему, а не папе, он склонял к отпадению и Пентаполис.
Лишь в 783 году папа восстановил свои права на Равенну. Но, когда с помощью Карла сопротивление архиепископа было сломлено, папу привели в ужас притязания на верховную власть в стране самого короля франков. Адриану не было предоставлено никакого суверенитета в Равенне, да и в самом Риме, где Карл был патрицием, высшая юрисдикция была признана за королем.
В 788 или в 789 году Карл, на основании своего сана патриция и того, что он занял место экзарха, потребовал, чтобы за ним было признано право утверждать выборы в архиепископы Равенны. Однако папа, как обычно прикрывая свои притязания именем апостола, ответил, что Святого Петра также украшали пурпурные полосы и он не менее патриций, чем Карл. В светской политике пап образ Святого Петра был сильнейшим рычагом, и суеверный страх перед памятью почившего апостола так же входил в основу светской власти пап. Карл оставил спорный вопрос нерешенным.
В третий раз Карл прибыл в Рим на пасху в 780 году в сопровождении своей жены и детей — Карломана и Людовика. Карломан был окрещен папой именем Пипина, своего деда, что сделало Адриана кумом Карла. На пасху над Людовиком совершили помазание как над королем Аквитании, а над Пипином — как над королем Италии. Велика вероятность того, что между папой и Карлом был заключен новый договор, ограничивающий содержание дарственной Пипина.
Осенью 787 года в Никее состоялся второй церковный собор, на котором было восстановлено иконопочитание, и папа получил почтительное приглашение посетить Константинополь. Спор, особенно сильно проявившийся во времена иконоборчества и приведший к утрате Рима греками, был, наконец, улажен, но Италия теперь была во власти короля франков.
Пробыв папой 23 года, Адриан I, покрытый славой, умер на Рождество 795 года. Его смерть потрясла Карла. Самые выдающиеся люди своего времени, связанные великими задачами, решение которых объединило враждебные друг другу ранее церковь и государство, фактически стали друзьями. Желая почтить память своего друга, Карл приказал отслужить заупокойные обедни и раздать милостыню во всех провинциях своего королевства. После этого он заказал надпись, высеченную золотыми буквами на черном мраморе. Эту надпись установили в базилике Святого Петра над гробницей Адриана, где ее можно увидеть и сейчас. Она вделана в верхнюю часть стены слева от главного входа в атриуме базилики.
Далее: Рим при папе Адриане I
Назад: Экзархат. 731 — 767 гг. Создание папского государства
