Архив рубрики: ИСТОРИЯ

Экзархат. 731 — 767 гг. Создание папского государства

18 марта 731 года, после единодушного выбора духовенства и народа, папой был избран сириец Григорий III. Тяжелым наследием, полученным им, стало иконоборчество, явившееся символом борьбы между церковью и абсолютизмом государства. Первая, наиболее яростная фаза этой борьбы уже миновала, и обе стороны приостановили свои воинственные действия. Император Лев признал нового папу, изъявив ему в письме свое благоволение и выразив надежду, что он будет сговорчивее своего предшественника.

папа Григорий III
Григорий III

Григорий III, однако, в ответном письме повторил основные положения Григория II, выразив их в столь резкой форме, что кардинал, которому было поручено доставить письмо императору, не посмел этого сделать и вернулся в Рим, умоляя папу избавить его от этого поручения. Кардинал был низложен, но по просьбе римской знати низложение было заменено покаянием и повторной отправкой к императору. Однако на Сицилии он был схвачен и отправлен в тюрьму императорским патрицием.

1 ноября 731 года Григорий III созвал собор. В базилике Святого Петра собрались 93 епископа Италии, римское духовенство и представители народа и знати. Иконоборцы были отлучены от церкви, что фактически означало отпадение Италии от Восточной империи. Посол, отправленный в Константинополь с решениями собора, также был задержан на Сицилии. Император перестал принимать как послов, так и письма из Италии. При этом формально его авторитет по-прежнему признавался, а отношения папы с экзархом Евтихием были вполне дружественны. Экзарх даже подарил Григорию III шесть драгоценных колонн из оникса, которыми папа украсил исповедальню в базилике Святого Петра.

Следует отметить один немаловажный момент в борьбе пап с иконоборчеством. Можно утверждать, что эта борьба спасла искусство на Западе. Само начало искусства у древних народов было положено религией и службой в храмах. Как бы ни была несовершенна его первоначальная форма, для культуры своего времени это искусство имело огромное значение, поднимая человека из грубой реальности в область идеального. В эпоху иконоборчества множество восточных мастеров нашло себе новый дом в Италии. Тогда же отсылкой на Запад было спасено и немало древних икон, часть из которых приписывается самому апостолу Луке, создавшему их «с помощью незримой кисти ангелов».

Григорий III построил несколько церквей и часовен и за счет церковных средств восстановил значительную часть городских стен, предвидя возможность нападения занявших Сардинию арабов или войск императора. И действительно, Лев вовсе не оставил свое намерение наказать Рим и другие возмутившиеся провинции. В 733 году он отправил в Италию флот, который, правда, погиб в Адриатическом море. Тогда император конфисковал все принадлежавшие римской церкви имения в Калабрии и на Сицилии. Эти имения приносили ежегодный доход в 35 000 золотых, и их утрата была весьма чувствительна для церкви.

В это же время церковь приобрела у Тразамунда, герцога Сполето, замок Галлезе, расположенный в римской Тусции. Книга Пап упоминает об этом событии в исключительных выражениях: папа присоединил Галлезе к священной республике и к римскому войску. Под неопределенным выражением священная республика можно было подразумевать как римское герцогство, на которое папа уже заявил свои притязания, как на патримониум Святого Петра, так и Священную Римскую Империю, установления которой папы оставляли неприкосновенными. Свою же нараставшую в Риме власть понтифики маскировали искусными дипломатическими приемами.

Этой властью папы были обязаны хаосу, в котором находилась Италия, бессилию константинопольских императоров и своей собственной смелости и энергии. Благодаря папам Италия в конце концов освободилась из-под власти греков и снова приобрела всемирное значение. Воскресив погибавшую латинскую национальность, папы спасли Рим от грозившей ему участи превратиться в столицу лангобардского королевства.

27 ноября 741 года Григорий III умер, а уже 3 декабря в папы был посвящен Захарий, последний грек, обладавший тиарой. Нет сомнений, что экзарх был извещен об этом избрании, но ждать от него утверждения уже не считалось нужным.

папа Захарий
Захарий

Покорить Сполето и наказать Рим, поддержавший мятежное герцогство, — таковы были ближайшие намерения лангобардского короля Лиутпранда. Новому папе предстояло устранить эту опасность. Поскольку поддержки от Константинополя ждать не приходилось, Захарий был вынужден заключить с Лиутпрандом соглашение, по которому король возвращал церкви четыре города, а папа отказывался от договора с Тразамундом и посылал римское войско в помощь для его свержения. Так герцог, защищаемый Григорием III, был объявлен мятежником его преемником и без малейших колебаний принесен в жертву интересам церкви.

Отметим, что города Горта, Америя, Полимарциум и Бледа были возвращены лангобардским королем не греческому императору, их законному правителю, а папе и Святому Петру.

Помимо этого Захарий сумел добиться от короля возвращения еще нескольких захваченных ранее лангобардами патримоний, заключения двадцатилетнего мира и освобождения всех римских и греческих пленников. Однако договор о мире касался только римского герцогства, и Лиутпранд не замедлил предпринять поход против Равенны, Эмилии и Пентаполиса. Экзарх Равенны и епископы других, оказавшихся под угрозой городов, обратились к папе с просьбой о посредничестве, и в 742 году Захарий, не добившись результатов через послов, сам отправился к королю.

Как ни пытался Лиутпранд уклониться от этой встречи, 28 июня Захарий вступил в Павию, столицу лангобардов, где после долгого сопротивления король уступил красноречию папы и вернул греческой империи все завоеванные у нее земли. Вскоре после этого выдающийся правитель умер (он провел на троне 32 года), и вместе с его смертью навсегда закатилась и звезда его народа. Теперь судьба Италии была в руках самого удачливого из пап.

Будучи фактически независимым, папа однако признавал законную императорскую власть, представителями которой были равеннский экзарх и римский герцог. Более того, сохранением своего авторитета в итальянских провинциях император был обязан исключительно папам. Даже Константин V, ревностный иконоборец, видя необходимость в сохранении дружественных отношений с папой, принес последнему в дар два города Лациума — Нимфы и Нормы.

При Захарии произошло еще одно очень важное событие. Древний франкский королевский род Меровингов вымирал, и последний его представитель Хильдерих III, вступивший на престол в 743 году, был лишь жалкой тенью короля. Представитель другого древнего рода, Пипин, сосредоточивший в своих руках реальную власть, увидел, что пришло время, когда он может овладеть королевской короной. Свободному франкскому народу вполне подобало забрать корону у неспособного и возложить ее на голову достойного, не смущаясь длинным рядом поколений, в котором эта корона передавалась по наследству. Но такую узурпацию надлежало как-то узаконить, и Пипин нашел выход.

В 751 году вопрос был обсужден франками на собрании, после чего в Рим были посланы епископ Вюрцбурга Бурхард и аббат Сен Дени Фульрад. В их задачу входило узнать у папы, могут ли франки быть освобождены от присяги в верности неспособному Хильдериху и объявить королем своего знаменитого герцога. Быстро понявший важность вопроса Захарий ответил утвердительно. Он признал, что источник всякой власти находится в самом народе, но право народа выбирать власть подлежит утверждению папой. В 752 году Пипин, помазанный на царствование епископом Бонифацием, возложил на себя корону, а Хильдерих был заключен в монастырь.

Низложение Хильдериха III. Из книги «L’Histoire de France Populaire» Генри Мартин, 1876

Так запрос, вызванный интересами узурпатора, привел к тому, что положение римского епископа сразу было поднято на огромную высоту. Папе было присвоено значение верховной инстанции, решающей вопросы между королями и народами. С этого момента папы получили возможность утверждать, что милостью Бога им дарована власть давать и отнимать короны.

Захарий умер 14 марта 752 года. После себя он практически не оставил в Риме никаких новых архитектурных сооружений. Город активно застраивался церквями вплоть до 7 века, и уже одна их поддержка в надлежащем состоянии требовала немалых усилий. Центр папского управления тогда составляли Латеранские дворцы, примыкавшие к базилике Константина. Захарий расширил патриарший дом, а перед фасадом дворца построил портик с башней. Многие церкви были украшены восточными шелковыми тканями, расстилавшимися на престолах или развешиваемыми между колонн. На тканях изображались библейские сцены, и Книга Пап особо отмечает, что на покрове, заказанном Захарием для базилики Святого Петра, было выткано золотом изображение Рождества.

папа Стефан II
Стефан II

Избранный преемником Захария Стефан умер через три дня, и на святой престол 25 марта 752 года вступил римлянин Стефан II. В годы его правления для Рима наступила новая эпоха. Незадолго до до этого местопребывание византийского правительства Италии наконец оказалось в руках лангобардского короля Айстульфа, который уже 4 июля 751 года, находясь во дворце завоеванной им Равенны, издал декрет, выделявший последнему экзарху Феррару и ряд других областей, подчиненных лангобардам. Греческому правлению, просуществовавшему два века, был положен конец.

После этого Айстульф двинулся на юг, чтобы овладеть Римом и другими константинопольскими провинциями на правах преемника экзарха и императора. Стефану, однако, удалось при помощи посольства удержать короля от этого похода. Айстульф уступил и заключил с римским герцогством мир на 20 лет, но уже через четыре месяца изменил свое решение и потребовал ежегодную дань в один золотой солид с каждого римлянина, а затем и вовсе объявил, что намерен присоединить Рим к своему королевству.

Папские послы не были приняты. Айстульф требовал беспрекословного подчинения и угрожал уничтожить всех римлян, если ему придется брать город приступом. Угроза становилась серьезной, и папа обратился к фактически бессильному императору с просьбой спасти Рим и Италию от врага оружием. В очередной раз была устроена и процессия к Санта Мария Маджоре, во главе которой шел сам папа, неся на своих плечах «нерукотворный» образ Христа. К кресту, который также несли в процессии, был прикреплен текст мирного договора с Айстульфом, свидетельствующий о клятвопреступлении короля.

Италия при Айстульфе

Понимая, что реальной помощи от императора ему не дождаться, Стефан тайно, через пилигрима, отправил письма с призывом о помощи к франкскому королю Пипину, взошедшему на трон с одобрения предыдущего папы. Пипин, получив случай приблизиться к Риму, что могло иметь огромное значения для подъема могущества его государства, с готовностью отозвался на приглашение и отправил к папе посольство, которое должно было сопроводить Стефана в страну франков для переговоров.

Забегая вперед, можно отметить, что в этих начавшихся отношениях беззащитного тогда Рима и юной династии Каролингов зарождалась будущая Германо-Римская (Священная) империя.

Поскольку речь шла о том, чтобы возвести короля франков в сан патриция и поручить ему охрану города, т.е. фактически отдать ему власть над Римом на долгие годы, папа не решился брать на себя всю ответственность такого решения и передал вопрос на обсуждение собрания римского народа. От этого собрания Стефан и получил полномочия на заключение договора с Пипином после избрания последнего в патриции.

Еще ни один римский епископ не переходил через Альпы. Стефан готовился предпринять это путешествие осенью 753 года, когда из Константинополя ему был доставлен приказ утратившего, видимо, всякую связь с реальностью императора. Вместо помощи войсками папе предписывалось лично явиться к Айстульфу и уговорить короля вернуть императору экзархат. Однако повод пройти через владения Айстульфа у папы теперь был, и 14 октября 753 года он вместе с послами Пипина и императорским чиновником покинул Рим.

Айстульф, догадываясь о последствиях поездки Стефана к франкам, пытался помешать папе, но, опасаясь Пипина, не слишком активно. Вскоре посольство достигло альпийских проходов, где было встречено людьми Пипина, объяснившими папе, что король встретит его в замке Понтион во Франции. Торжественная встреча состоялась 6 января 754 года. После этого Стефан проследовал в Париж (это было первое упоминание о Париже в Книге Пап), где разместился в монастыре Сен Дени. 28 июля в церкви монастыря он помазал на царствование Пипина, его жену Бертраду и их сыновей Карла и Карломана, заповедовав франкскому народу под угрозой отлучения от церкви избирать своих королей только из рода Каролингов.

Пипин, в свою очередь, дал папе тайное обещание освободить его от лангобардов, вернуть римской церкви отнятые у нее лангобардами патримонии и уступить некоторые области Италии (Экзархат и Пентаполис), как только он, король франков, овладеет ими. Пипин принес клятву за себя и своих преемников в том, что он будет защищать церковь и наделять ее землями, а папа обязался поддерживать его династию.

В августе 754 года, получив на собрании в Брене согласие своих вельмож, Пипин в сопровождении папы двинулся в Италию. Стефан, желая достичь своих целей без кровопролития, предлагал Айстульфу отказаться от всего, что было им захвачено, убеждая вернуть собственность ее собственникам и даже обещая за это выкуп. Айстульф отказался. Пипин перешел через Альпы, разбил лангобардов при Сузе и осадил их столицу Павию. После этого Айстульф запросил мира, который был немедленно заключен, а лангобардский король торжественно поклялся вернуть Равенну и другие города.

Шла осень 754 года, и достижение таких крупных результатов в столь короткие сроки свидетельствовало о закате внушавшего страх могущества лангобардов. Пипин вернулся во Францию, а папа в сопровождении его послов отправился в Рим, где был встречен ликующим народом.

Следует отметить, что в официальных документах возвращение захваченных лангобардами городов было обозначено как их «возвращение римской республике». А под этим наименованием уже мпонималось не отвлеченное государство, а конкретное Римское герцогство, главой которого был папа.

папа
Пипин преподносит папе владение Папской областью. Автор неизвестен

Однако, едва Пипин удалился от Павии, Айстульф нарушил договор. Не вернув ни одного города, он, напротив, в конце 755 года двинулся на Рим. Беззащитному Стефану оставалось лишь писать Пипину слезные послания.

Уже два столетия Рим не подвергался серьезной осаде. Теперь же Айстульф, решившись на последнюю отчаянную попытку овладеть городом, а вместе с ним и короной Италии, появился со всеми воинскими силами, бывшими в его распоряжении. 1 января 756 года римляне увидели врага, приближавшегося тремя отрядами: лангобарды Тусции шли по Триумфальной дороге, главное войско — по Саларской, а беневентцы — по Латинской. В распоряжении римлян были только городская милиция и отряд воинов, сопровождавший франкского посла.

Стены, восстановленные Григорием III, выдерживали действия осадных машин, но в самом городе начинала ощущаться нужда, тем более что Кампания в очередной раз подверглась опустошению. Айстульф запретил трогать базилики Святого Петра и Святого Павла, но остальные церкви за пределами города были разграблены. Кроме того лангобарды, кто из набожности, а кто из корысти, разрывали кладбища мучеников, запасаясь святыми мощами. Разоренные еще в готскую войну, теперь катакомбы были окончательно опустошены.

После двух месяцев осады папа снова отправил к Пипину послов с просьбой о скорейшей помощи. Послы везли три письма: первое — от имени всего римского народа, второе — от себя лично и третье — от имени самого апостола Петра! Ни одно из событий за прошедшие семь веков не стало для Петра основанием для написания писем, а сейчас он якобы обратился с пламенным посланием к королю франков, своему «приемному сыну». Вкратце содержание этого письма сводилось к увещеваниям скорейшего освобождения Рима от лангобардов, чтобы они не могли осквернить его, апостола, тело, пострадавшее за Иисуса, и его могилу, а если франки промедлят или попробуют уклониться, то будут лишены Царствия Божия.

Пипин (Короткий)

Расчет на действие подобного письма оказался верным. Пипин начал подготовку к походу, а весть об этом принудила Айстульфа снять осаду и поспешить на север, чтобы преградить франкам путь в Италию. В это же время в Рим прибыли послы константинопольского императора, который еще не знал о содержании договора между Пипином и папой и полагал, что экзархат может быть восстановлен. Император даже надеялся привлечь франков к себе на службу для вытеснения лангобардов.

Узнав, что Пипин уже перешел через Альпы, один из послов поспешил к нему навстречу и стал умолять короля о возвращении экзархата его законному государю. Однако Пипин открыто объявил, что предпринял свой поход исключительно из любви к Святому Петру и для спасения своей души, а все освобожденные города передаст апостолу, римской церкви и папе. Грек с изумлением выслушал подобное откровение и направился в Рим к папе, где заявил совершенно бесполезный протест против такого нарушения правил империи.

Айстульф, повторно запертый в Павии, сложил оружие летом 756 года. Он согласился на дань королю франков и выполнение заключенного ранее договора. А Пипин выдал папе дарственную на владение рядом городов, которая, к сожалению, исчезла, и теперь в точности неизвестно, какие именно города в ней упоминались. Сомнительно, чтобы король имел сознательное намерение создать церковное государство, но предоставив папе власть над рядом провинций Италии, он заложил основы такого образования, на многие века сделавшего невозможным объединение Италии.

Духовная община верующих, опирающаяся на основы римского цезаризма и существующая в недрах имперского организма, превратилась в самостоятельное государство, во главе которого стоял римский епископ, достигший в духовной сфере авторитета цезарей. В церковь и ее иерархию проникли политика и имперское мышление. Власть папы в вопросах веры не подвергалась сомнению со времен Льва I и Григория Великого. Отделение папы от Востока началось со времени иконоборчества и закончилось освобождением Италии от Константинополя. Западная церковь вступила в союз с великой католической монархией франков, образование которой стало благом для Европы, исключив возможность образования здесь Халифата.

Пастырская эпоха римской церкви закончилась. Церковь превратилась в светский институт, сочетавший пастырство с королевской властью, что противоречило учению Христа. Двойственное положение пап все больше увлекало их в политику, вынуждая епископов вмешиваться в различные распри и гражданские войны и делая невозможным сохранение ими чистоты апостольского сана. Возникновение одного церковного государства пробудило алчность других церквей, и каждое епископство оказалось охвачено желанием стать подобным независимым государством.

Правда по своему характеру папское управление не было монархическим, а Рим продолжал пользоваться своими муниципальными правами. Город признавал папу своим господином (dominus), но сам папа избирался всем народом. При этом нет никаких указаний на какой-либо договор между городом и папой. Неизвестно даже получил ли вообще папа эту власть путем подобного договора. Остающееся тайной возникновение папской власти — одно из самых неординарных явлений в истории, а если учесть что все это происходило на глазах все еще формально правящих Западом императоров Востока, то подчинение себе Рима мнимыми преемниками Петра явилось верхом искусной политики пап.

Айстульф погиб в конце 756 года из-за падения во время охоты. Папа не пожалел для него грубых выражений и после его смерти, поскольку король не выдал ключей от некоторых городов, и они не могли быть сложены в исповедальне апостола. В марте 757 года лангобардское войско провозгласило королем герцога Тусции Дезидерия. За признание его королем Дезидерий уступил папе города Болонью, Имолу, Анкону, Озимо, Фаэнцу и Феррару, расширив таким образом пределы «республики».

Умер Стефан II 24 апреля 757 года, в зените своей славы, но пока он еще лежал на смертном одре в Латеране, римляне уже приступили к выбору его преемника. Кандидатов было двое: архидиакон Феофилакт от константинопольской партии и диакон Павел, брат Стефана II, от франкской партии. После недолгого сопротивления приверженцев восстановления отношений с Константинополем был избран Павел, вступивший на престол 29 мая 757 года.

папа Павел I
Павел I

Павел стал первым римским епископом, занявшим престол в качестве государя. Однако вместе с готовым государством он получил и протест очнувшихся римлян, понявших, что их епископ стал их господином. Несмотря на то, что Павел I (по словам его биографа) был человеком добрым и кротким, римляне почувствовали ненависть к папе и начали с ним борьбу.

Интересно одно из писем Павла франкскому королю Пипину. Надпись на этом послании гласит: Светлейшему и великому государю, посланному Богом великому победителю, Пипину, королю франков и патрицию римлян, весь сенат и весь народ хранимого Богом римского города». Здесь впервые после долгого молчания упоминается сенат, под которым, правда, понимается не древнее учреждение, а новая знать города.

Отношения Павла с Пипином оставались дружественными, а вот новый король лангобардов не спешил исполнять свои обещания. Более того, выступив в 758 году в поход против отпавших герцогств Сполето и Беневента, Дезидерий прошел через Пентаполис, где разграбил города и поля, на что папа тут же пожаловался Пипину. Наконец, в марте 760 года при посредничестве франкских послов Дезидерий вернул Риму города, но все же удержал за собой Имолу. Причина для раздоров осталась, но в целом отношения с лангобардами стали более сносными.

В 761 году появились слухи о враждебных намерениях Константинополя. Однако императору так и неудалось склонить на свою сторону архиепископа Равенны, а учитывая заключенный папой мир с лангобардами, было сложно найти более неудачное время для похода на Италию. С этих пор Павлу I уже не приходилось опасаться угрозы со стороны греков. А в 765 году церковь получила и город Имолу. Умер Павел 28 июня 767 года.

Стефан II за время своего пребывания на престоле восстановил в Риме базилику Святого Лаврентия и построил множество приютов. Наибольшее количество сооружений было возведено на Ватикане, превратившемся к тому времени в отдельный городской квартал. У атриума базилики Святого Петра Стефан выстроил первую в Риме колокольню, а к самой базилике пристроил часовню Святой Петрониллы, будто бы дочери Святого Петра, тело которой было погребено у ардейской дороги, на кладбище Домитиллы. Внутреннее убранство часовни заканчивал уже Павел I.

Предполагаемые останки Святой Петрониллы были перезахоронены в часовне тогда же, когда Павел приказал переместить в город все, что еще оставалось в катакомбах после их опустошения лангобардами. Так папа попытался сохранить мощи умерших святых, чтобы впоследствии распределить их между церквями и монастырями. Англы, франки и германцы отправляли послов вымаливать эти сокровища. И останки римлян переносились в отдаленные места Европы, где с благоговением погребались под алтарями монастырей.

В 761 году Павел основал существующий и сейчас монастырь Сан Сильвестро ин Капите в IV округе Рима. В древности эта часть города была занята садами Лукулла, и через нее же проходил акведук Аква Вирго. Изначально монастырь был посвящен франкскому святому Дионисию и отдан греческим монахам. Название ин Капите он получил только в XIII веке, когда сюда была перенесена голова Иоанна Крестителя.

Назад: Экзархат. 701 — 731 гг. Григорий II и начало иконоборчества

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Экзархат. 701 — 731 гг. Григорий II и начало иконоборчества

30 октября 701 года на престол Святого Петра вступил грек Иоанн VI. Неизвестно по какой причине враждебно настроенный к Риму константинопольский император Тиберий Апсимар приказал экзарху Феофилакту идти из Сицилии на Рим. Тотчас же из итальянских провинций на защиту города выступили отряды милиции. Они встали под городскими стенами, но папа, человек умный и осторожный, спас уже вступившего в Рим экзарха, приказав закрыть ворота. Преждевременный разрыв Италии с Константинополем был выгоден только лангобардам, снова начавшим угрожать Риму.

Иоанн VI умер в январе 705 года, и следующим папой был избран грек Иоанн VII, при котором были восстановлены мирные отношения с лангобардами. Этому папе приписывается ряд построек в городе, в частности — часовня в базилике Святого Петра. Эта часовня была украшена мозаикой, середину которой занимало изображение Девы Марии, а сам папа был изображен справа от нее с макетом часовни в руках. Техническое исполнение мозаики свидетельствует о глубоком упадке искусства того периода, но сам факт ее появления был столь смел для этого варварского времени, что заслуживает полного внимания. Остатки мозаики, несущей в себе черты эпохи благочестия, наивности и детской веры, сейчас можно увидеть в гротах под базиликой и в ризнице церкви Санта Мария ин Космедин.

Умер Иоанн VII в 707 году, а его преемником стал сириец Сисинний, пробывший на престоле всего 20 дней. Он задумал, но не успел выполнить крайне важное дело — восстановление городских стен, находившихся в крайнем запустении.

Иоанн VI, Иоанн VII и Сисинний

Следующим папой 25 марта 708 года был избран сириец Константин, и семь лет его правления были ознаменованы важными событиями. Снова захвативший константинопольский трон Юстиниан, поклявшийся ранее наказать Равенну за сопротивление его воле, привел свой план отмщения в исполнение. В гавани Равенны появилась флотилия из Сицилии. Знать и высшее духовенство города были заманены на корабли и там закованы в цепи. После этого греки высадились и стали грабить и жечь город, вырезав значительную часть граждан. Наиболее же знатные из граждан были увезены в Константинополь и казнены.

Это событие потрясло итальянские провинции и усилило в них ненависть к грекам. Объединению мешало только отсутствие в них согласия и страх перед лангобардами. Однако папе удалось воспользоваться ситуацией в свою пользу. Юстиниан потребовал его присутствия в Константинополе для окончательного разрешения не прекращавшихся разногласий по поводу постановлений Трулланского собора, и глава римской церкви, прекрасно понимая, что его может ожидать, подчинился императорскому приказу и 5 октября 710 года сел на корабль в Порто.

Константин

Весной следующего года папа Константин с сопровождающим его духовенством появился у ворот Константинополя, став последним римским епископом, видевшим восточную столицу. Его встретил сын императора Тиберий во главе сената и патриарх Кир в сопровождении духовенства. Юстиниан в это время находился в Никее, а его встреча с Константином состоялась в Никомедии. Здесь запятнанный кровью император очистил себя в глазах толпы от всех преступлений, покаявшись папе и получив от него причастие. Что произошло между ними при встрече, неизвестно, но осенью 711 года папа покинул Восток, получив подтверждение всех привилегий римской церкви. 24 октября, спустя год после своего отъезда, он вступил в Рим.

Во время отсутствия папы в Италии в Равенне произошло восстание. Город провозгласил своим вождем, capitano del popolo, Георга, сына казненного греками вельможи. Георг организовал конфедерацию городов, первую, о которой что-то известно. В этот союз, ставший предвестником средневековой эпохи Италии, вступила почти вся область экзархата. Однако через год Равенна была побеждена греками, и города экзархата снова покорились императору, которым стал свергнувший Юстиниана Филиппик Вардан.

Вардан был монофелитом, и папа признал присланную им формулу веры еретической. Весь народ был возмущен поведением императора, дерзнувшего отрицать две воли в Христе. Вызванные этим волнения придали Риму новый облик. До сих пор граждане принимали участие только в выборе пап, но теперь они взялись решать политические вопросы, единогласно высказавшись за сопротивление верховному главе государства. В этом случае в Книге Пап впервые появляется выражение «герцогство римского народа», указывающее на объединенную территорию всего города с включением Тусции и Кампаньи. Здесь же впервые упоминается и управляющий им герцог.

Назначенный герцогом еще при прежнем правительстве Христофор был отставлен от должности и замещен прибывшим из Равенны Петром. Большинство римского народа заявило, что не хочет иметь герцога, назначенного императором-еретиком, и город разделился на две партии. Партия большинства, называвшая себя христианской, заняла сторону Христофора и вступила в бой со сторонниками Петра на Виа Сакра перед дворцом цезарей, и древняя мостовая обагрилась кровью убитых. Судя по всему, дворец цезарей на Палатине не просто еще существовал, но и служил резиденцией герцога.

Сражавшихся остановила процессия священников. Мир был восстановлен при участии папы, а несколько дней спустя из Константинополя пришло известие, что Вардан свергнут и ослеплен. 4 июня 713 года императором стал свергнувший Вардана Анастасий II, который, прислал папе свою формулу веры, вполне отвечавшую ортодоксальным требованиям. Когда же Петр поручился римлянам за полную амнистию, они признали его герцогом.

Святой Бонифаций

Папа Константин умер 8 апреля 715 года, а 19 мая на святом престоле был утвержден римлянин Григорий II. Он, наконец, приступил к восстановлению аврелиановой стены, но работы были остановлены из-за разлива Тибра. Хроники того времени весьма скудны, но известно, что Григорий II положил начало власти римской церкви в германских землях, направив туда епископа Бонифация (Винфрида). Но самым важным в период правления этого папы стало возникшее в Константинополе иконоборчество.

25 марта 717 года на императорский трон вступил исаврянин Лев III, положивший начало попытке реформировать греческую церковь, очистив ее от любого идолопоклонства. Иудеи, находившиеся при императорском дворе, утверждали, что христиане создали себе богов больше, чем их было у язычников империи, и что последователи евангельского учения не смущаясь молятся и фигурам и нарисованным лицам бесчисленного множества чудотворцев. Римляне, говорили они, стали такими же язычниками, какими были прежде, а христианство превратилось в поклонение идолам. Находились и греческие епископы, особенно в Малой Азии, которых возмущало поклонение иконам, и которые противопоставляли ему почитание Бога христианами первых веков, когда не существовало никаких священных изображений.

До 5 века христианское вероисповедание действительно не предполагало почитания каких-либо изображений. Даже символ креста получил общее признание лишь много лет спустя после смерти Константина. Однако с течением времени буйная фантазия Востока, направившаяся на образное воспроизведение святых, вышла из всяких границ. То в одном, то в другом городе появлялись чудотворные иконы, а так же лики Христа и Девы Марии, как нерукотворные (таинственным образом полученные от соприкосновения с персонажами), так и воспроизведенные апостолом Лукой и даже ангелами (!). Пилигримы толпами шли в церкви, обладавшими такими, весьма прибыльными для них, изображениями.

Запад последовал примеру Востока, и уже в 6 веке в церквях имелись иконы и статуи святых, которые следует отличать от изображений в катакомбах и апсидах базилик, не содержавших сцен мучений. Живопись катакомб и барельефы раннехристианских саркофагов изображают Христа только поучающим своих учеников или творящим чудо. Изображения распятия и мучений за веру появились гораздо позже, когда религиозные чувства, видимо, притупились и потребовалось их возбуждение более грубыми образами.

Обладая святыми мощами, Рим долгое время не нуждался в почитании икон, но когда ряд городов Востока прославился обладанием «подлинных» изображений Христа, ему пришлось принимать меры. Так Плат Святой Вероники, вероятно, был выставлен на публичное обозрение уже в 7 веке. При Григории I Рим был уверен в том, что обладает подлинными изображениями Христа, Девы Марии и апостолов Петра и Павла. Однако отсылая епископам других городов копии с этих изображений, он оговаривался, что молиться таким изображениям не следует, а служить они должны исключительно напоминанием: «Живопись допущена в церкви ради того, чтобы всякий неграмотный мог узреть в стенных картинах то, чего он не может понять в писании».

Тем не менее, большинству был чужд такой трезвый взгляд, и почитание икон приняло характер слепого им поклонения. Огромное число мастеров массово изготовляло изображения святых, и церкви, в распоряжении которых были наиболее известные иконы, получали серьезные доходы с продажи их копий. Помимо икон в церквях находилось и немало золотых, серебряных и бронзовых статуй Христа, Девы Марии и апостолов, к которым прикладывались верующие.

В 725 году император Лев издал знаменитый эдикт, которым предписывалось удалить все иконы из церквей империи. Это распоряжение вызвало бурю негодования как на Востоке, так и на Западе. Григорий II ответил на эдикт буллой, в которой объявил, что императору не приличествует издавать предписания, касающиеся дел веры, и отменять постановления церкви. Лев повторил приказ, угрожая папе низложением в случае неповиновения.

Тогда Григорий обратился к епископам и городам Италии с призывом к восстанию против еретических замыслов императора. Весь Пентаполис и Венеция немедленно вооружились и объявили о готовности защищать папу. Возмущением были охвачены и Рим, и все провинции вплоть до Калабрии.

Григорий II
Григорий II

Получив известия о возмущениях, Лев снарядил флотилию, но еще до ее прибытия к устью Тибра он принял решение покончить с Григорием более привычным для Востока способом — убийством. Однако римский чиновник, на которого возложили эту миссию, был неожиданно удален, и замысел расстроился. После этого в Равенну прибыл новый экзарх Павел с предписанием любой ценой подавить восстание римлян. Он выслал против Рима войско, но лангобарды из Сполето и Тусции встали на границах римского герцогства и вместе с римлянами преградили врагу переход через Саларский мост.

Греки были вынуждены вернуться, а отлученный папой от церкви экзарх увидел, что теперь опасность грозит его собственному положению — все города Средней Италии изгнали греческих чиновников, выбрали своих герцогов и грозили возвести на восточный трон своего императора. Здесь уже Григорий выступил против итальянцев — свержение греческой власти могло привести Италию и Рим в подчинение лангобардскому королю. Действительно, император в далеком Константинополе представлял для пап меньшую опасность, чем какой-нибудь король, который мог бы объединить Италию и заявить притязания на Рим как на ее столицу.

Разгневанный император конфисковал все доходы церкви в Южной Италии. Это было единственным средством отомстить папе, не приведшим, однако, к цели. Реальная власть Константинополя ограничивалась теперь одним Неаполем, торговым городом, населенным греками, иудеями и другими восточными народами. В самом же Риме влияние императора было утрачено полностью, и реальным властителем города стал Григорий II. По всей вероятности, город управлялся магистратом в лице консулов и герцога, но власть папы молчаливо принималась всеми как высший авторитет (как тут не вспомнить созданный Октавианом Августом Принципат!). При этом формально признавалась и императорская власть.

Тремисс Лиутпранда

Королем лангобардов в это время был Лиутпранд. Он с удовлетворением наблюдал, как Италия отпадает от греческого Востока. Не помышляя о императорской короне и отвергая заманчивые предложения союза от Константинополя, он, тем не менее, надеялся на восстановление королевства Теодориха, для чего ему было необходимо, как минимум, овладеть Равенной и Римом.

Во время очередного восстания в Равенне экзарх Павел был убит. Лиутпранд немедленно воспользовался этим обстоятельством и захватил гавань Классис, после чего взял и Равенну. Затем Лиутпранд овладел Пентаполисом и вторгся в римское герцогство. Только подарками и дипломатическими приемами Григорию II удалось склонить лангобардского короля к отступлению. Причем последний не только покинул герцогство, но и отдал завоеванный им город Сутри в распоряжение папы. Этот был первый случай дарения города церкви.

григорий II
Италия во времена Лиутпранда

Заключив договор с лангобардами, папа, однако, задумал как можно скорее отнять у них Романью, решив смотреть на экзархат как на наследие церкви. С настоятельной просьбой об освобождении Равенны он обратился к процветающей венецианской республике, где его послы встретились с послами императора, явившимися с той же просьбой. Страх, внушаемый Григорию могуществом лангобардов снова сблизил его с императором. Более того, если верить приписываемому папе письму к дожу, он не постеснялся назвать ревностных католиков лангобардов, стоявших за иконопочитание, «подлым народом», а своих врагов — императора и его сына — «своими государями и сынами». Считается, что так Григорием II было положено начало дипломатическому искусству пап, в котором они, наследуя друг другу, превзошли всех императоров и королей.

Перед Равенной появился венецианский флот. Племянник короля попытался отбить нападение, но был взят в плен. Венецианцы изгнали из города лангобардский гарнизон и вернули власть экзарху Евтихию. Лиутпранд был вынужден отказаться от приморских городов и Романьи и заключил мир с императором, после чего вступил в союз с экзархом, чтобы снова напасть на Рим. Но перед этим он выступил против герцогов Сполето и Беневента, формально стоявших к нему в вассальных отношениях, но в действительности достигших независимости, поддерживаемой папами для ослабления королевства лангобардов. Оба герцога сдались Лиутпранду в Сполето и присягнули ему как вассалы. Теперь можно было идти на Рим.

В 729 году король в сопровождении экзарха расположился лагерем перед городом на Нероновом поле. Папа, покинутый греками и никем не поддерживаемый, оказался совершенно беззащитен, но словно какая-то таинственная сила охраняла Рим, не позволяя германцам завладеть городом. Подобно Льву Великому Григорий II вступил в лагерь Лиутпранда, и король, забыв о своих обидах, пал перед папой на колени. Григорий привел его к могиле апостола, где благочестивый король оставил все свои дерзкие замыслы. После этого был заключен мир, и по просьбе Лиутпранда папа снял с экзарха отлучение от церкви.

Вероятно, этот момент решил вопрос о всемирной власти пап. Грубые и невежественные люди преклонились перед церковью, почтя в ней единственную божественную власть на земле, а в ее верховном главе — святое существо сверхъестественного происхождения. Лиутпранд снял свой лагерь и удалился по Фламиниевой дороге, отказавшись от почти находившейся в его руках короны Италии, разобщенные части которой уже в то время могли бы быть соединены.

10 февраля 731 года, после 15 лет полного событий правления, Григорий II умер.

Далее: Экзархат. 731 — 767 гг. Создание папского государства
Назад: Экзархат. 649 — 701 гг

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Экзархат. 649 — 701 гг

Папа Феодор умер, когда борьба с монофелитством была в самом разгаре, и жертвой ненависти константинопольского императора стал его преемник Мартин I из Умбрии, вступивший на святой престол летом 649 года. Новый папа выступил решительным противником греческой церкви и 5 октября созвал в Латеране собор, призванный обсудить эдикт, изданный императором в 648 году и запрещавший христианам всякие споры о единой и двух волях Христа. В Италию был направлен новый экзарх Олимпий для принятия мер по признанию эдикта епископами, князьями, народом и чужестранцами.

Мартин I

Прибыв в Рим, Олимпий застал Латеранский собор в полном разгаре. Уже были осуждены и эдикт и все монофелитские патриархи. Экзарх постарался посеять на соборе раскол, однако все его попытки оказались тщетными. Не удалось и приписываемое ему Книгой Пап покушение на Мартина. Олимпий удалился на Сицилию, где уже укрепились арабы, и, после того как потерпел от них поражение, умер от какой-то болезни.

На его место снова заступил Феодор Каллиопа с приказом любой ценой сломить упорство Мартина. 15 июня 653 года он с войском вступил в Рим. Мартин выслал навстречу экзарху духовенство, а сам, сославшись на приступ подагры, остался в Латеранском дворце. На следующий день экзарх, не встретив сопротивления, окружил папский дворец войсками, а сам проследовал в Латеранскую базилику, где папа в окружении духовенства покоился на своем ложе перед главным алтарем. Здесь Феодор огласил императорский декрет, который предписывал низложить Мартина как узурпатора, занявшего святой престол без утверждения императора.

Духовенство ответило экзарху анафемой, после чего императорские солдаты стащили Мартина с ложа и увлекли во дворец цезарей. Ночью 18 июня папа был посажен на корабль и увезен в Порто. После долгого морского путешествия он был высажен на остров Наксос, а в сентябре доставлен в Константинополь, где был посажен в тюрьму. В числе прочих ему было предъявлено обвинение в призыве на Сицилию арабов. Низложенный и сосланный в Херсонес (Крым) Мартин умер 16 сентября 655 года. Его тело сначала было погребено в Константинополе, а позднее перевезено в Рим. Святость папы Мартина признана и греческой церковью.

10 августа 654 года по требованию императора был избран новый папа, римлянин Евгений. Константинопольский патриарх выслал Евгению свое изложение веры, синодик, как это было принято по существовавшему обычаю. Однако данное изложение было составлено в таких неопределенных выражениях, что встретило протест и со стороны народа, и со стороны духовенства, и Евгений был вынужден предать его осуждению.

Виталиан

Евгений умер в июне 657 года, а 30 июля в папы был посвящен латинянин из Сигнии Виталиан. Император, надумавший посетить Запад, постарался наладить отношения с римской церковью, и новый папа выразил ему свою готовность к примирению. Шесть лет спустя Констант действительно прибыл в Рим, но что происходило в городе в этот промежуток времени, совершенно неизвестно.

Император выехал из Константинополя в 662 году с намерением освободить от лангобардов Южную Италию, после чего подчинить себе Рим и римских епископов. Посетив Афины, весной 663 года он отплыл в Италию, где высадился в Таренте. Собрав войска из Сицилии, Неаполя и других, еще принадлежавших грекам, местностей, Констант двинулся на Беневент, два года назад захваченный лангобардским королем Гримоальдом. Сыну Гримоальда, герцогу Ромуальду, удалось отразить нападение императора. Узнав же о приближении с войском самого короля, Констант снял осаду и, оставив у Неаполя отряд в 20 000 воинов для прикрытия своего тыла, направился к Риму по Аппиевой дороге.

Прибытие в Рим восточного монарха, все еще по праву именовавшего себя императором римлян, стало для горожан великим событием, воскресившим в их памяти последние времена империи. Его торжественное вступление в город произошло 5 июля 663 года. Если бы императору удалось овладеть Беневентом и вступить в Рим победителем, это могло бы иметь тяжелые последствия для римской церкви. Но, поскольку этого не произошло, такие последствия не наступили. Однако смирение папы Виталиана перед Константом и вид греческих царедворцев, смотревших на обнищавших римлян с полным презрением, несомненно должны были вызвать у горожан горькие воспоминания о былом величии.

Известно, что император посетил базилику Санта Мария Маджоре, где сделал приношение, а так же базилику Святого Петра и Латеран. Нет никаких сведений о том, устраивались ли игры, была ли раздача народу денег и хлеба, предписывал ли император приступить к реставрации каких-либо зданий. Неизвестно и какой суммой из церковных средств Констант вознаградил себя за честь, оказанную им Риму своим посещением. Не испытывая никакого благоговения перед древним городом, он видел перед собой лишь церкви и монастыри, стоящие между развалин античных памятников, назначение которых уже мало кто помнил, и воздвигнутые из их же материала. Лишь амфитеатр Флавиев, в то время уже называвшийся в народе Колизеем, возвышался своей громадой в центре города. Именно в конце 7 века появилось знаменитое предсказание англосаксонского монаха Беды:

«Пока стоит Колизей, будет стоять и Рим;
Когда падет Колизей, падет и Рим;
Когда же падет Рим, погибнет мир».

Едва ли греческий император предавался размышлениям о судьбе бывшей столицы мира. Скорее, оглядывая развалины Рима как свою собственность, он с удовольствием отметил, что есть еще вещи, способные удовлетворить его корысть. На улицах и площадях еще оставалось немного бронзовых статуй, а всюду сновавшие греки разыскивали их и в закрытых языческих храмах. Сам Констант, заметив, что крыша Пантеона покрыта позолоченной бронзой, ни сколько не смущаясь ни Девы Марии, ни всех мучеников, приказал перенести драгоценную черепицу на свой корабль. С большой неохотой отказался он от намерения поступить также и с крышей базилики Святого Петра, побоявшись, видимо, вызвать восстание римлян.

Император пробыл в городе 12 дней, и за это короткое время город лишился всех своих последних бронзовых античных украшений. Каким-то чудом уцелела лишь конная статуя Марка Аврелия, стоявшая тогда на Латеранском поле, где во дворце своего деда Вера Марк Аврелий родился и получил воспитание. Правда воспользоваться своей добычей Констант не смог — достигнув на обратном пути Сиракуз, он стал собирать подать с Сицилии, Калабрии, Африки и Сардинии, не стесняясь забирать даже священную церковную утварь, и четыре года спустя был убит рабом во время купания. Собранные же в городе художественные произведения из Рима вскоре достались овладевшим Сиракузами арабам.

Виталиан умер в конце января 672 года, и 11 апреля папой был провозглашен римлянин Деодат. Его четырехлетнее правление ничем не отмечено в римской истории. Деодату наследовал избранный 2 ноября 676 года римлянин Домн, пробывший на престоле чуть более года. Книга пап сообщает, что он вымостил атриум базилики Святого Петра большими плитами из белого мрамора. Преемник Домна, сицилиец Агафон, добился признания первенства Рима и его ортодоксального вероучения как на Западе, так и на Востоке. Этому способствовало то, что новый император, Константин Погонат, благосклонно относился к католицизму.

Святой Агафон

Возросший авторитет папы Агафона помог и поражению монофелитства. Для того, чтобы положить конец долгому спору об этом учении, Константин Погонат предписал созвать в Константинополе вселенский собор, который был открыт 7 ноября 680 года. Заключения Рима были признаны каноническими, а монофелиты, после ряда заседаний, были объявлены побежденными. Патриарх Константинополя Георг раскаялся и признал свое заблуждение, тогда как Макарий Антиохийский упорствовал и был низложен и отправлен в ссылку. Таким образом христианство получило примирение в учении о двух волях, а Рим был признан догматическим главой христианского мира.

Лето 680 года принесло в Италию очередную эпидемию чумы, которая почти опустошила Рим. Было откровение, что чума прекратится, когда в церкви Сан Пьетро ад Винкула будет воздвигнут алтарь Святому Себастьяну. Мощи этого мученика перенесли в церковь, и чума действительно прекратилась. В левом приделе этой церкви можно увидеть древнюю грубую мозаику в греческом стиле, созданную, вероятно, по заказу самого Агафона. Святой Себастьян изображен на ней старцем и в одежде. Знакомое всем изображение святого в виде пронзенного стрелами обнаженного юноши появилось гораздо позднее.

17 августа 682 года, через год и семь месяцев после смерти Агафона, папой был объявлен Лев II, грек из Сицилии. При нем в Риме была построена церковь, посвященная Святому Георгию — Сан Джорджио ин Велабро. Основной изначальный план базилики сохранился до сих пор. Едва ли какая-нибудь другая римская церковь проникнута духом раннего христианства так же как эта — с ее первобытной формой и совершенной непритязательностью, с принадлежащими самым ранним векам скульптурами и надписями, частично греческими.

сан джорджио ин велабро
Сан Джорджио ин Велабро

Лев II умер уже летом 683 года, а год спустя на его место был избран римлянин Бенедикт II. Он умер 7 мая 685 года. Следующим папой стал Иоанн V, сириец из Антиохии, тоже не проживший долго — его смерть наступила 1 августа 686 года. От чего зависела такая кратковременность правления большинства пап того периода, неизвестно. Возможно в папы избирались лица весьма преклонного возраста, но возможно присутствовали и обстоятельства другого, жестокого характера.

Из Книги Пап известно, что в то время население Рима разделилось на три больших класса — духовенство, войско и народ. Войско являлось представителем имущественных классов и под его понятием подразумевались вообще все полноправные римские граждане. Тогда же в Риме начала зарождаться новая знать. Ни одного древнеримского рода уже не существовало, и нигде более не встречаются имена древних патрицианских семей. Напротив, все чаще встречаются имена греческого происхождения — Сергий, Иоанн, Константин, Павел, Феодор и другие. И это продолжается до 9 века. Имущественные условия, дарованный церковью или императором тот или иной сан положили начало новым фамилиям. Помимо того, в Риме проживали и потомки латинизировавшихся знатных готов. Из всех этих людей и выбирались новые первые сановники церкви и государства, так называемые judices (судьи).

При выборе преемника Иоанну V Рим разделился на две партии. Духовенство предлагало архипресвитера Петра, а войско — пресвитера Феодора. Войско заняло Латеран, чтобы воспрепятствовать духовенству, и после долгих переговоров был избран третий кандидат — фракиец Конон. Затем акт избрания был подписан представителями всех трех классов и отослан экзарху. Насколько было велико влияние экзарха на избрание папы показывает следующий факт. Конон тяжело заболел, и стремившийся избраться папой архидиакон Пасхалис решил заблаговременно заручиться поддержкой экзарха, для чего поднес ему ценный подарок. Экзарх Иоанн Платина подарок принял и приказал судьям, назначенным им для управления городом, избрать папой по смерти Конона Пасхалиса.

21 сентября 687 года Конон умер, а римляне снова разделились на две партии со своими кандидатами — архипресвитером Феодором и архидиаконом Пасхалисом. Снова состоялось соглашение, по которому был выбран третий кандидат — пресвитер Сергий. Феодор подчинился решению, а Пасхалис тайно послал вестников к экзарху в Равенну. Экзарх объявился в Риме и убедился, что избрание Сергия было проведено по всем правилам, но потребовал, чтобы избранник уплатил ему обещанные Пасхалисом 100 фунтов золота из церковной казны. Сергий был вынужден расплатиться, после чего, 15 декабря 687 года, был посвящен в папы, а Пасхалис низложен и заключен в монастырь.

Сергий I

Не смотря на свое сирийское происхождение, Сергий с такой же решимостью, как и его предшественники, выступил противником константинопольских доктрин. Сам же город уже привык видеть своего защитника только в папе, и вскоре время показало, что и папа мог рассчитывать на поддержку римлян.

Несколько лет спустя после избрания Сергия, в Константинополе проходил Трулланский собор. Греческие теологи выяснили, что предыдущим собором не был установлен дисциплинарный канон, для чего и был созван нынешний. Было принято 102 закона, в части которых внимательный взгляд Сергия усмотрел опасность. Папа отказался подписать постановления собора и запретил их обнародование. Тогда император Юстиниан отправил в Рим своего чиновника с приказом доставить в Константинополь двух наиболее уважаемых прелатов. Поскольку римляне не оказали этому никакого сопротивления, Юстиниан решил, что может позволить себе большее — взять в плен самого папу. Вот тогда и стало очевидным национальное объединение Италии.

Когда императорский посол направился в Рим, туда же для спасения папы двинулись войска Равенны, Пентаполиса (пять приморских городов — Анкона, Синигалия, Фано, Пезаро и Римини) и всех местностей между Равенной и Римом. Причем войско Равенны теперь не состояло из греческих наемников, а представляло собой гражданскую милицию. Посол, уже находившийся в Риме, приказал закрыть городские ворота, а сам бросился искать спасения под кроватью папы. При виде такого унижения Сергий счел достаточно отомщенным своего предшественника Мартина I, благословил своих защитников, и отпустил императорского посла, сопровождаемого насмешками народа. Этот день стал одним из самых знаменательных за всю предшествующую историю пап, показав, что власть их приобрела национальное значение.

Благоговение к Риму как к главе церкви и почитание апостола Петра все более и более росли на Западе. Гробница простого галилейского рыбака в сверкающей золотом базилике становилась для Запада главной святыней, и к середине 7 века Рим уже посещали тысячи паломников из Галлии, Испании и Британии. Вернувшись на родину, многие из них становились миссионерами Рима, рассказывавшими о красотах и чудесах святого города, устанавливая связь народов с «матерью человечества», куда более действенную, чем та, что могла быть достигнута политическими методами.

Приходили в Рим и кающиеся короли, принося с собой немало золота. Эти приношения с каждым годом становились все обильнее и служили папам источником средств для придания римским церквям все большего великолепия. Во множестве их Сергий завел драгоценную утварь. Искусство продолжило свое развите в лице мозаистов и литейщиков.

В базилике Святого Петра в 688 году Сергий воздвиг гробницу Льву I, первую устроенную внутри самой базилики. С тех пор здесь стали хоронить наиболее почитаемых пап и поклоняться им. Таким образом был нарушен древний христианский принцип, допускавший в каждой церкви только один алтарь. Умер Сергий 7 сентября 701 года.

Далее: Экзархат. 701 — 731 гг. Григорий II и начало иконоборчества
Назад: Экзархат. 604 — 649 гг

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Экзархат. 604 — 649 гг

Через полгода после смерти Григория I на престоле был утвержден Сабиниан (формальное утверждение все еще приходило из Константинополя). В это время в Италии был страшный голод, а церковных запасов не хватало. Начались бунты. Голодный народ был так раздражен против папы, что когда Сабиниан умер (февраль 606 года), его тело, во избежание эксцессов, пришлось переносить из Латеранского дворца в базилику Святого Петра обходным путем, вокруг стен.

Год престол оставался свободным. После этого папой был утвержден римлянин Бонифаций III. Ему удалось положить благополучный конец спору о первенстве между римским епископом и константинопольским патриархом. Императором Фокой было объявлено, что апостольской главой христианства следует считать Рим. Умер Бонифаций III 10 ноября 607 года.

15 сентября 608 года папой был признан Бонифаций IV. Его время так же было полно бедствий от голода и чумы, но одно событие, безусловно, привлекает к себе отдельное внимание. Уже более 600 лет в центре Марсова поля стоял величественный памятник Агриппы, Храм Всех Богов, Пантеон. Ни наводнения Тибра, ни зимние ливни, ни, наконец, само время не смогли нанести ущерба этому сооружению.

Эдиктами христианских императоров предписывалось закрыть все языческие храмы и поэтому внутри Пантеона уже пару сотен лет, скорее всего, не бывал никто их римлян. Конечно там побывали и вестготы и вандалы, и другие завоеватели, но никаких сокровищ в Пантеоне не было, а мраморная облицовка едва ли могла прельстить кого-либо из грабителей. Даже часть статуй богов была обнаружена новым папой на своих местах.

С большой надеждой Бонифаций IV смотрел на это изумительное сооружение, вполне подходившее для переоборудования в церковь. Он решил, что прекрасный купол с отверстием, через которое видны звезды, будет достойным кровом для Царицы Небесной Марии. Поскольку папам не принадлежали права собственности на древние сооружения Рима, Бонифаций попросил императора Фоку уступить ему Пантеон. Просьба была удовлетворена.

Осененные крестом двери Пантеона были раскрыты, и в ротонду впервые вошли процессии поющих священников. Все следы язычества были удалены, а мраморные стены окроплены святой водой. Под пение Gloria in excelsis римляне могли видеть, как «перепуганные бесы спасались через отверстие в куполе». Бесов было столько же, сколько и языческих богов. Христианская церковь обычно перепосвящала языческие храмы святым, соответствовавшим, в некоторой степени, упразднявшимся богам. Так и Пантеон, посвященный Великой Матери Кибеле и всем богам, превратился в храм Девы Марии и всех мучеников. Скорее всего Бонифаций прилично ограбил римские катакомбы и похоронил в исповедальне нового святилища целые повозки костей предполагаемых мучеников. Освящение нового храма произошло 13 мая. Правда относительно года в источниках есть расхождения — 604, 606, 609 или 610.

Совершенно точно, что одно из самых замечательных сооружений Рима своим спасением обязано церкви. Не случись его преобразования в христианский храм, в Средние века его обязательно превратили бы в подвергавшуюся бесконечным осадам и разрушению крепость какого-нибудь знатного семейства. Именно так произошло с Мавзолеем Адриана. Одной этой заслуги Бонифация IV достаточно для того, что сделать его имя бессмертным.

Бонифаций IV умер в мае 615 года, и через пять месяцев папой был избран римлянин Деодат. В это время в Равенне вспыхнуло первое восстание против греков. Был убит экзарх Лемигий, и только его преемник Элевферий справился с мятежом. Им же было подавлено и восстание в Неаполе, после чего, согласно Книге Пап, единственному скудному источнику сведений о том времени, по всей Италии установился мир. Между тем с 7 века латинский народ все более враждебно относился к греческому владычеству, чему способствовала и несогласная с греческими догматами римская церковь.

Умер Деодат 8 ноября 618 года от чумы. В 619 году в Равенне вспыхнуло второе восстание, на этот раз во главе с самим экзархом Элевферием. Он провозгласил себя императором Италии и двинулся на Рим, чтобы здесь узаконить свою узурпацию, но был убит собственными войсками, отославшими его голову в Константинополь. В декабре 619 года был утвержден новый папа, Бонифаций V. О нем нет никаких сведений, кроме даты смерти — октября 625 года.

Первая половина 7 века, самого бедственного для Рима времени, покрыта в истории глубоким мраком. Совершенно ничего не известно о внутреннем состоянии города, о его герцоге и префекте. Уже через несколько дней после смерти Бонифация V на престол вступил Гонорий I. Скорее всего, с этого времени право утверждения пап было перенесено с императоров на экзархов. Возможно об этом просили сами римляне, для которых любое промедление в утверждении папы представлялось крайне вредным.

Гонорий I

Гонорий, человек набожный и образованный, старался следовать примеру Григория Великого. Однако помимо стараний в укреплении и объединении церкви, а также усилий на политическом поле, славу Гонорию создали и его церковные постройки, обессмертившие имя нового папы.

Для базилики Святого Петра была создана новая драгоценная утварь. Ее исповедальню обложили чистым серебром общим весом в 187 фунтов, а двери центрального входа в базилику покрыли листовым серебром весом в 975 фунтов. На дверях существовала надпись, в которой папа был назван герцогом народа, dux plebis. Перестелили и крышу. Гонорию удалось получить в дар от императора Ираклия крышу храма Венеры и Ромы на Римском Форуме, медная позолоченная черепица которой давно не давала покоя папам. Величайший храм древнего Рима был обречен на разрушение, а базилика Святого Петра получила новую черепицу. Сомнительно, что хоть один римлянин того времени пожалел об этом.

Папе Гонорию Рим обязан и строительством ряда новых базилик, самой замечательной из которых, является базилика СантАдриано. Ее постройка была вызвана перевозом мощей этого никомедийского мученика из Константинополя в Рим. Выбранное для строительства место было одним из самых знаменательных в Древнем Риме и все еще носившим название Tria Fata. Здесь находилась древняя курия, или дворец заседаний сената империи, о чем в 630 году еще не мог не знать ни один римлянин. Во времена Теодориха и других готских королей в курии еще проходили последние собрания этого древнейшего и почтеннейшего института, но при Гонории ее залы уже оставались совершенно пустыми, а не прекращавшийся грабеж лишил их всех ценностей. Так мученику Адриану, носившему имя знаменитого императора, была посвящена древняя курия. Новейшие исследования подтверждают, что базилика СантАдриано была устроена в одной из ее зал.

Арка Септимия Севера и базилика Сант’Адриано (курия Юлия) на Римском Форуме. Этьен Дю Перак, 1575

Мало-помалу церкви появлялись на всем протяжении Римского Форума, за счет чего сохранились многие из древних памятников, хоть и в чуждом для них виде. Несмотря на то, что в 7 веке уже началось запустение Форума, он еще оставался центром Рима. Так чумная процессия, возглавляемая самим Григорием Великим, начала свое шествие именно отсюда. И при Гонории Форум еще сохранял свой античный облик.

На Целии Гонорий отреставрировал базилику Санкторум Кватор Коронаторум, построенную на развалинах древнего здания. Им же была восстановлена, если не выстроена заново, базилика Святой Агнессы за Номентанскими воротами. Памятником того времени все еще остается мозаика ее апсиды. По неподтвержденным данным он же заказал строительство церкви Санти Винченцо и Анастасио ад Аквас Сильвиас за воротами Порта Паоло, производящей сейчас такое впечатление старины, как никакая другая римская церковь.

Преемником умершего 12 октября 638 года Гонория стал римлянин Северин. Но еще до его утверждения императорские чиновники расхитили сокровищницу римской церкви, в которой хранилось бесчисленное множество принесенных ей в дар драгоценных предметов и деньги, шедшие, в том числе, на выкуп пленных и раздачу милостыни неимущим.

Экзарх Исаак испытывал большие денежные затруднения, а императорские войска требовали выдачи им жалования. Военачальником в Риме в это время был некий Маврикий, чье войско так же получало деньги из Константинополя. Маврикий созвал своих солдат и объявил им, что Гонорий накопил много богатств, среди которых скрыто и их жалование, время от времени посылаемое императором. После таких «разъяснений» народ в городе восстал и бросился на Латеран. Однако дворцовые служащие оказали сопротивление, а Маврикий не решился довести дело до кровавого столкновения. Он продержал дворец в осаде три дня, после чего собрал высших чиновников города, которые и позволили ему наложить императорские печати на сокровищницу.

После этого Маврикий предложил экзарху лично прибыть в Рим и самому взять все, что ему захочется. Исаак не заставил себя ждать. Прибыв в город, он прогнал кардиналов и в течение восьми дней вынес из Латеранского дворца все под чистую. Часть награбленного была отдана им войскам, другая оставлена себе, а третья отослана императору Ираклию, который не счел нужным наказать грабителя. Сразу после этого, 28 мая 640 года, Северин был утвержден на папском престоле, но пробыл на нем всего два месяца и шесть дней. Его преемник Иоанн IV, долматинец, был утвержден 25 декабря 640 года и тоже пробыл папой недолго — один год и девять месяцев. Ничем особенным это время в истории Рима не отмечено.

Лангобарды уже давно не беспокоили Рим, а все грозившие ему бедствия исходили от Константинополя. Решением экзарха 24 ноября 642 года на святой престол был возведен грек Феодор, который, однако, не оправдал ожиданий восточной церкви, как и все последующие папы греческого происхождения.

Здесь произошло событие, которое могло бы иметь серьезные последствия. Все тот же Маврикий поднял восстание. Опираясь на недовольство римлян греческим владычеством, он убедил гарнизоны всех замков в пределах города отказаться от повиновения экзарху Исааку. Сторону Маврикия приняли и римские чиновники, и знать, и простой народ, что придало мятежу вид национального освободительного движения. Осторожное духовенство, правда, осталось в стороне.

Но не сложилось. Восстание было быстро подавлено. Войска Исаака беспрепятственно вошли в Рим, а Маврикий укрылся у алтаря в базилике Санта Мария Маджоре. Здесь он был арестован и уведен вместе с другими важными сообщниками. По приказу экзарха Маврикия умертвили по дороге, а его голову, в назидание другим, выставили в цирке в Равенне. Остальных пленных спасла только смерть самого Исаака. Преемником Исаака стал Феодор Каллиопа.

В это время в Константинополе произошел дворцовый переворот, вовлекший папу Феодора в очередное столкновение с греческой церковью. Вступивший в 641 году на престол Константин через четыре месяца был отравлен своей мачехой Мартиной и, как полагали, патриархом-монофелитом Пирром. Императором был провозглашен сын Мартины Ираклеон, но, в результате народного возмущения, и он, и мать были изувечены и изгнаны. Императором стал Констант II, сын убитого Константина. Пирр бежал в Африку, а его место занял Павел, еще более ревностный монофелит.

Притворившись побежденным красноречие аббата Максима на африканском соборе, Пирр отрекся от монофелизма и отправился в Рим, чтобы у гроба апостола подтвердить свое возвращение к ортодоксальной вере. Появление кающегося константинопольского патриарха (Пирр добровольно покинул свое место, а не был низложен) у гроба Святого Петра стало серьезной победой римского епископа. Однако Пирр, приняв приглашение экзарха посетить Равенну, покинул Рим, отрекся от своего раскаяния и вернулся к монофелитству, чем нанес римской церкви оскорбление.

Узнав об этом, Феодор созвал собор в базилике Святого Петра, на котором осудил еретика-отступника и подписал ему анафему, обставив это действие внушительными церемониями. Патриарх Павел также был предан анафеме. Умер папа Феодор 13 мая 649 года. Из оставленных им городу построек известна только часовня Святого Себастьяна в Латеране.

Далее: Экзархат. 649 — 701 гг
Назад: Экзархат. 568 — 604 гг. Григорий I Великий

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Экзархат. 568 — 604 гг. Григорий I Великий

Преемник Нарзеса Лонгин принял управление Италией с титулом экзарха. Ему приписывается полная перемена управления Италией с упразднением должностей, установленных во времена Константина, однако реальные сведения о возникновении этого нового устройства весьма туманны. И весьма вероятно, что к переменам привели внешние факторы.

Захват Павии королем лангобардов Альбоином

Уже на следующий год после смерти Нарзеса в Северную Италию явились новые завоеватели. 1 апреля 568 года король лангобардов Альбоин с примкнувшими к нему гепидами, саксами, свевами и болгарами вторгся в долину реки По, где разбил войска греческого императора. После трехлетней осады Павии она стала столицей нового лангобардского государства (сейчас — Ломбардия). Столицей греческой Италии и местом пребывания ее правителя, экзарха, осталась Равенна.

Со времени Константина Великого Италия делилась на ряд провинций: Венетия Эмилия, Лигурия, Фламиния и Пиценум Анноариум, Тусция и Умбрия, Пиценум Субурбикариум, Кампанья, Сицилия, Апулия и Калабрия, Лукания и Бруттиум, Коттийские Альпы, Ретия Первая, Ретия Вторая, Самниум, Валериум, Сардиния, Корсика. Провинции управлялись консуларами, корректорами и президентами. Северные провинции были подсудны викарию Италии, а южные — викарию Рима.

Готские короли не меняли этого устройства, и Лонгин, скорее всего, тоже. Однако, вторгшиеся лангобарды постоянно раздвигали границы своих завоеваний, разрывая связи между провинциями и уничтожая единство Италии. Вероятно, именно по этой причине владения императора и приняли вид отдельных герцогств, ducatus (по названию должностей их военачальников, duces). С ослаблением центральной власти города начали обособляться в своей политической жизни. В этих условиях, напротив, все более возрастало значение их епископов.

Об устройстве управления самим Римом известно, что в городе по-прежнему оставалась должность префекта, а высшая воинская власть возлагалась на герцога (dux), назначаемого экзархом.

Италия во времена Альбоина

Сложно, если вообще возможно, представить себе чувства римлянина времен Нарзеса и Лонгина, видевшего, как разрушаются или уже лежат в руинах прославленные памятники древности, свидетели былого величия империи. Картина подвергшегося опустошению Рима с его ничтожным числом жителей, погибающих от голода или чумы, теряющихся на громадном пространстве умирающего города, должна была быть просто ужасающей.

В возвышавшемся на опустевшем холме Капитолии еще сохранялось изумительное собрание памятников величайшего государства. Но императорский дворец на Палатине, гигантский лабиринт залов и дворов, лишь небольшую часть которого еще занимал герцог, уже начинал разрушаться и принимать таинственный вид покинутого здания. Форумы цезарей пришли в запустение и превратились в предания. Большой Цирк, состязания в котором давно прекратились, заваливался мусором и зарастал травой. Колизей был еще цел, но уже лишен своих украшений. Необъятные термы, оставшиеся без подачи воды и потерявшие свое предназначение, обрастали плющом. Мраморная облицовка их стен отваливалась и расхищалась. Каменные купальные кресла и порфировые ванны уносились римскими священниками и превращались в троны епископов, реликварии для мощей святых и крестильные купели.

Удивительным образом Рим превращался в монастырь. Бывшая метрополия становилась городом духовных лиц с лишенным всякого политического значения гражданским населением. Священники и монахи начали безудержное строительство церквей и монастырей, подчинив все существование города своей власти. И все это время папы неутомимо работали над созданием римской иерархии, возникновение и рост которой в не самых благоприятных обстоятельствах явились одним из самых удивительных событий в человеческой истории.

С падением готской династии вся жизненная энергия римлян была направлена исключительно на служение церкви. Лишь она сохранила свое значение с той поры, как Рим начал утрачивать свое величие, что сделало ее единственным связующим нравственным началом для всей Италии и дало ей могущество, которым когда-то обладала империя. Здесь, за Аврелиановой стеной, церковь спасла римское гражданское право и наследие античной культуры.

Отсюда же церковь повела свою борьбу с сокрушившими империю варварами, цивилизуя их христианским учением и подчиняя церковным законам. Даже завоевания лангобардов, грозившие, казалось бы, гибелью римской церкви, на самом деле пошли ей на пользу, ослабив силу Константинополя. Это позволило римским епископам вести собственную политику, постепенно создавшую им могущество в Италии и воскресившую национальный римский дух, заставивший граждан вспомнить свои корни и взяться за оружие, чтобы отстаивать свою самобытность. В конце концов лангобарды обратились в католиков, а греческая власть была изгнана из Западной Европы. Церковь обрела полную свободу от Константинополя, а Западная империя организовалась как феодальное христианское государство латинян и германцев.

Прошло, однако, более полутораста лет, прежде чем лангобарды восприняли христианскую, а вместе с ней и классическую античную культуру, и эти годы стали одной из самых ужасных эпох в истории Италии. В народе Альбоина жил совсем иной дух, нежели в готах Теодориха. И если готы пытались сохранить латинскую культуру, то лангобарды боролись с ней. Переходившие в их руки города лишались последних остатков латинских гражданских институтов. Заслуга лангобардов состояла, однако, в том, что они начали заселять местности, опустошенные войнами и чумой. Здесь они создавали колонии, возрождавшие земледелие и постепенно латинизировавшиеся.

В 572 году свободными от германского вторжения оставались только Равенна, Рим и ряд приморских городов. Причем сохранение независимости практически не защищенным Римом казалось чудом самим римлянам. Альбоин же мечтал о дворце цезарей, и в 573 году его отряды оказались у Аврелиановой стены. Беспорядки в Риме были так велики, что престол Петра после смерти Иоанна III оставался свободным более года. Книга пап говорит, что в это время вся Италия была занята лангобардами, а народ умирал от чумы и голода.

Убийство Альбоина, короля лангобардов. Чарльз Ландсир. 1859

Альбоин был убит, а наследовавший ему Клеф умер в 575 году. Государство лангобардов было уже поделено на 36 герцогств. Тяжелое положение Рима требовало скорейшего избрания папы, даже без утверждения его императором, поскольку в городе не было никакой власти. Этот пост занял Пелагий II, римлянин готского происхождения. Какими средствами Рим защищался от непрекращающейся осады совершенно неизвестно. Скорее всего, эта осада положила начало воинской организации граждан, вернувшихся, наконец, к своим первоначальным традициям и создавшим городскую милицию.

Пелагий II

В 579 году Пелагий обратился с просьбой о помощи в Константинополь, отправив к императору посольство с 3000 фунтов золота. Однако Константинополь был занят войной с персами, и император ограничился отправкой небольших отрядов к более важной для него Равенне, а золото посоветовал употребить на умиротворение лангобардских военачальников, что римляне и сделали. Зото, герцог Беневента, получив выкуп, увел свое войско домой.

В 584 году новый император Востока Маврикий наконец уступил настойчивым просьбам о помощи и отправил в Рим герцога, после чего наступление лангобардов было приостановлено на три года. Договор об этом был подписан экзархом Смарагдом (преемником Лонгина) и новым лангобардским королем Автарисом. Мир, однако, вскоре был нарушен, а греческие императоры, занятые борьбой со славянскими народами на Дунае и персами на Востоке, совершенно предоставили Италию самой себе.

С этого времени римский папа начал обращать свои взоры на запад, где в Галлии на развалинах империи образовалось могущественное королевство франков, придерживающееся ортодоксальной католической веры. Император Маврикий также вел переговоры с их королем Хильдебертом, склоняя его к войне с лангобардами. В 584 году Хильдеберт действительно вступил на землю Италии, но затем заключил с Автарисом мир и вернулся обратно.

Хроники следующих лет очень смутные и упоминают лишь о стихийных бедствиях и эпидемии чумы. В конце 589 года Тибр разлился и затопил часть города, разрушив множество древних храмов и памятников на Марсовом поле. Еще ужаснее были опустошения произведенные в 590 году чумой. Возникнув в Египте, она через Константинополь попала в Рим, где достигла таких размеров, что, казалось, грозила уничтожить все население города. Потерявшим всякое самообладание людям казалось, что в воздухе слышны звуки труб, на домах появляется ангел смерти, а по улицам носится демон чумы и поражает каждого встречного.

От чумы 8 февраля 590 года умер Пелагий II. Памятником ему осталась построенная им в эти тяжелые времена на месте маленькой часовни знаменитая базилика Святого Лаврентия за стеной (Сан Лоренцо фуори ле Мура). На триумфальной арке базилики Пелагий приказал написать, что храм этот возведен под мечами врагов. Надпись существует до сих пор и служит памятником одной из самых мрачных эпох в истории Рима.

Базилика Сан Лоренцо фуори ле Мура

После смерти Пелагия выбор духовенства и народа единогласно пал на Григория из древнего рода Анициев, представитель которого (дед Григория, Феликс) уже избирался папой. Избранник, однако, не стремился к высокому сану и в своем письме к императору Маврикию просил того не утверждать своего избрания. Письмо было перехвачено префектом города и заменено другим с настоятельной просьбой признать выбор.

Григорий I
Григорий I

Григорий, по всей видимости, был одним из заместителей папы, поскольку еще до своего посвящения приказал совершать трехдневные искупительные процессии для испрошения у Бога избавления от чумы. Все население города было разделено на семь групп, каждая из которых должна была собраться у определенной церкви, а затем все они должны были направиться к базилике Санта Мария Маджоре. Удивительным и печальным было зрелище того, как весь римский народ с пением гимнов двигался по развалинам опустевшего города, словно предрекая то безотрадное время, которому предстояло наступить.

Григорий во главе своей процессии направился к базилике Святого Петра и был уже на мосту перед Мавзолеем Адриана, когда перед глазами народа предстало сверхъестественное видение — над мавзолеем появился архангел Михаил, вкладывающий в ножны свой пылающий меч. Видение было истолковано, как скорое прекращение эпидемии. В связи с этой легендой на вершине мавзолея не позднее 8 века была построена часовня Святого Михаила, а сам мавзолей в 10 веке был переименован в Замок Святого Ангела. Другая легенда приписывает прекращение чумы образу Девы Марии, который Григорий приказал нести во главе своей процессии.

Вскоре из Константинополя было получено утверждение избрания Григория папой. Сам же Григорий страшился предстоявшей ему ответственности и пытался уклониться от нее. В 9 веке в народе ходила история, согласно которой Григорий тайно бежал из Рима с купцами и укрылся в лесном овраге. В поисках беглеца римлянам помог столб света, указавший на место, где прятался беглец. Избранник был доставлен в город и 3 сентября 590 года посвящен в папы.

Замок Святого Ангела

Первая его проповедь говорила о близком конце света, предсказанном в библейских пророчествах, часть из которых в виде землетрясений и болезней уже сбылась: «Господь наш хочет просветить и являет нам устаревший мир в бедствиях, дабы отвратить нас от нашей любви к земному… Смотрите же за собою прилежно; кто любит Бога, тот должен радоваться кончине мира; тот же, кто сокрушается о ней, — таит в своем сердце любовь к земному, не жаждет будущей жизни и даже не помышляет о ней. Каждый день приносит миру новые бедствия, и вы сами видите, как мало осталось людей нашего, некогда бесчисленного народа; и все-таки каждый день новые страдания посылаются нам и непредвиденные удары поражают нас. Мир покрыт сединою старости и через море бедствий придвигается к кончине, теперь уже близкой».

Однако, несмотря на такие настроения, первым долгом папы, ставшего к этому времени истинным правителем Рима, поскольку единственным прибежищем для людей осталась церковь, была все же забота о благе города. И большую часть хлеба для голодающих римлян церковь доставляла из своих богатых сицилийских владений. Сложнее обстояли дела с продолжавшими нападения на город лангобардами — гарнизон Рима был ничтожен и плохо повиновался приказам, не получая регулярной платы.

Робер Кампен. Молитва Святого Григория

В 590 году умер король лангобардов Автарсис, и его место занял Агилульф. В 593 году он взял Перуджу и со всем своим войском направился на Рим, который, по словам самого Григория, не мог оказать действительного сопротивления и возлагал надежды на Бога и апостола Петра. В реальности удалению врага Рим оказался обязан исключительно кошельку церкви. В одном из писем императрице Констанции Григорий иронически называет себя казначеем лангобардов, поскольку жизнь римлянам сохраняется лишь потому, что за нее каждый день платит церковь.

Светское управление Римом в эту эпоху является одной из самых темных сторон истории города. Уже отмечено, что в это время нигде нет речи о римском герцогстве. Лишь иногда, и то временно, в Риме появляется военачальник с герцогской властью, в руках которого сосредотачивались военные и судебные дела. Встречаются упоминания о префектах (но лишь один раз с добавлением urbis, т.е. городской), ведавших гражданскими делами, но вступавшими в должность с одобрения папы. Интересно, что оставляя должность, чиновники обычно искали убежища в церквях, где оставались до тех пор, пока не получали от императорского нотариуса удостоверения о сохранении своей жизни.

Во времена империи префект города представлял собой высшую власть и по рангу находился над всеми патрициями и консуларами. С падением же Рима эта должность все более теряла свое значение, приобретая образ лишенного всякого достоинства чиновника, вынужденного искать защиты от произвола имперской бюрократии за стенами церкви. После 600 года упоминания о ней исчезают совсем, пока снова не появляются только в 774 году. Значения должностей других чиновников остаются неясными, а сенат, видимо, уже не существовал совсем. Итак, хотя формально компетенция папы ограничивалась церковными делами, способности Григория оказались настолько соответствующими требованиям времени, что он, в отсутствии другой реальной власти, был молча признан главой Рима и может считаться основателем светской власти пап.

Влияние Григория оказалось сильнее власти всех императорских чиновников вместе взятых. Римляне чтили в нем своего государя и защитника, сочетавшего в одном лице и сан епископа, и славу одной из знатнейших патрицианских фамилий. С падением государства готов Рим стал совершенно иным, а его граждане замкнулись на Церковь. К церкви имело отношение все, что хоть сколько-нибудь волновало народ. Неимущие находили здесь пищу и кров, а честолюбивые обеспечивали себе должности, не уступавшие должностям трибунов, преторов и консулов имперских времен. В 592 году императору Маврикию (по инициативе Григория) пришлось даже издать эдикт, по которому солдатам воспрещалось уходить в монастыри, а гражданским чиновникам поступать на церковные должности.

Народ, когда-то требовавший «хлеба и зрелищ», теперь просил только хлеба, и папа в изобилии снабжал им население. В начале каждого месяца нуждающиеся получали от Григория хлеб, одежду и деньги, а в каждый большой праздник папа делал подарки церквям. Доходившие до ворот Рима паломники или люди, спасавшиеся от лангобардов, обеспечивались пристанищем и пищей в госпиталях или приютах.

Уже 200 лет поля Рима разорялись готами, греками и лангобардами. Повсюду вокруг города виднелись развалины среди которых кое-как поддерживали земледелие знатные землевладельцы, базилики и монастыри. Колонны и мрамор разоренных вилл расхищались для украшения сельских церквей, так же как городские памятники шли на постройку городских базилик. Римская Кампанья, прекраснейшая равнина в мире, в 6 веке представляла собой невозделанную пустыню.

Частные имения мало-помалу приносились в дар церкви, делая папу самым богатым землевладельцем Италии. Управлял этими имениями Григорий вполне добросовестно и пользовался в их пределах некоторой ограниченной юрисдикцией, что делало его положение сходным с положением крупного государя. Владения римской церкви были разбросаны по многим странам, и папа, подобно королю, назначавшему в провинции своих наместников, посылал в эти патримонии диаконов и иподиаконов, обязанных следить за духовными и светскими делами.

Владения церкви в пригородах Рима составляли четыре группы: patrimonium Appiae (земли между Via Appia и морем), patrimonium Labicanense (земли между Via Labicana и Ашеном), patrimonium Tiburtinum (земли между Via Tiburtina и Тибром) и patrimonium Tusciae (земли по правому берегу Тибра). Помимо этого существовал еще patrimonium urbanum, в который входили городские владения церкви, занятые зданиями, садами и виноградниками.

Богатства римской церкви стали поистине неистощимы. Папа оказался способен удовлетворять казавшиеся невыполнимыми запросы — поддерживать церкви, кормить Рим, выкупать пленных. Григорий оказался в состоянии даже купить у лангобардов мир. Именно его богатству Рим был обязан своему спасению от врагов и почти независимым от Равенны положением. Вместе с тем перед императором церковь надевала личину бедности и с покорной признательностью принимала от него те крохи золота, которые император время от времени приносил Риму в знак сострадания.

В руках Григория оказалась сосредоточена светская власть не только в Риме, но и в других, не занятых захватчиками областях Италии. Он назначает трибунов и занимается военными распоряжениями, давая войскам указания, как им действовать против врага. В 599 году он, после долгих переговоров, наконец заключает мир с лагобардами. Причем король лангобардов отнесся к Григорию как к независимому правителю, отправив своего посла в Рим (столицей Италии, напомним, в то время была Равенна) и требуя, чтобы мирный договор был подписан непосредственно папой. Григорий, однако, уклонился от этого требования, назвав себя лишь духовным пастырем, которому светские и политические дела должны быть чужды.

Следует отметить, что 6 век стал одним из переломных в истории человечества. В это время по натиском варваров происходило полное крушение древней культуры и росла вера в то, что приближается конец света. Такое столкновение народов и переход к новым формам общественной жизни усиливали религиозные чувства людей. Католическая церковь, мало-помалу победив арианство, окрепла и привела к единству вновь образовавшиеся в Европе сообщества.

спасение народа римского
«Спасение народа римского» — икона, которую Григорий I нес впереди процессии

Некогда юношеский образ Христа на мозаиках постепенно превратился в сурового старца, в котором люди видели теперь только Страшного Судью. Богоматерь стала им ближе, чем ее Сын. Недаром процессия, устроенная по случаю чумы, направлялась к церкви Девы Марии и несла икону с ее изображением. Латинский народ вообще не был склонен к монотеизму, и чистое служение Богу превратилось у него в новую мифологию. Нисходя от Христа к апостолам, стоявшим на вершине новой иерархии, верующие сделали объектом своего поклонения и множество мучеников. Повсюду появлялись посвященные им церкви, в которых хранились их мощи.

Во времена Григория поклонение мощам уже достигло той степени, на которой оно находится и сегодня. Римляне утверждали, что являются обладателями самых священных останков — мощей апостолов Петра и Павла. Когда императрица Константинополя потребовала от папы уступить ей для вновь построенной церкви голову апостола Павла или какую-нибудь другую часть его мощей, Григорий ответил ей решительным отказом, с трудом сдерживая негодование. Великим даром считались даже раздаваемые папой опилки от цепей апостола Петра.

Отказав императрице, Григорий тем не менее сам добыл на Востоке руки апостолов Луки и Андрея, а также чудотворный хитон евангелиста Иоанна, который был отдан в Латеранскую базилику. Такое собрание реликвий, пользовавшихся самой широкой славой, безусловно привлекало в Рим огромное количество паломников и поднимало его статус на недосягаемую высоту.

Натянутые отношения между папами и Востоком закончились полным разрывом, что помогло Западу стать полностью самостоятельным. Греческая церковь постепенно утрачивала свое могущество, и с течением времени ее патриархаты оказались почти полностью уничтожены исламом. Римская же, напротив, объединившись с германцами, по сути воссоздала распавшуюся империю. Даже отделившаяся пару столетий назад Британия при Григории, направившем туда в 596 году свое посольство, оказалась подчинена римской церкви. Так один сильный духом человек, которого называют последним Отцом Церкви, сумел совершить то, что оказалось не под силу целым армиям.

Положив в течение своего правления начало верховной власти римского епископа над всей западной церковью, продлившейся тысячу лет, Григорий I Великий умер в Риме 12 марта 604 года. В городе осталось совсем немного напоминающих о нем памятников. С одной стороны украшению Рима новыми постройками могло помешать бедственное время, а с другой — отсутствие у Григория стремления к внешнему великолепию сверкающих золотом церквей, к которому стремились другие епископы. Книга пап в поразительно кратком жизнеописании Григория I упоминает лишь о воздвижении им серебряного балдахина на четырех колоннах в базилике Святого Петра.

Далее: Экзархат. 604 — 649 гг
Назад: Готы. Нарзес. 552-567 гг

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Готы. Нарзес. 552-567 гг

Нарзес

После поражения от Нарзеса 6000 готов остались лежать на поле Тагины. Спасшиеся же бегством направились к реке По, где в Павии избрали нового короля — Тейаса, самого храброго из воинов. Нарзес тем временем пришел в Тоскану, взял штурмом Перуджию, Сполетто и Нарни, после чего подошел к Риму, где ему оказал отчаянное сопротивление остававшийся в городе небольшой готский гарнизон.

С самого начала готы решили ограничиться защитой лишь Мавзолея Адриана, куда они снесли все свои ценные вещи. Прилегающая к замку местность еще при Тотиле была обнесена небольшой стеной, соединенной Адриановым мостом с городской стеной. Но силы были слишком неравными. В конце концов готы сдались под условием сохранения им жизни и свободы. Так Рим за время царствования Юстиниана оказался завоеван в пятый (!) раз.

Движимые любовью к Риму, многие римляне поспешили вернуться в город, узнав, что он освобожден. Но готы, потеряв всякую надежду на дальнейшее обладание Италией, отдались ненависти и мести. Они стали убивать каждого попадавшегося им на дороге римлянина, а их примеру последовали и варвары, служившие у Нарзеса. Погибла большая часть сенаторов; уцелели лишь те из них, кто бежал в Константинополь или на Сицилию. Древнее учреждение окончательно прекратило свое существование, а славные некогда звания сенаторов и консулов превратились просто в титулы богатых людей.

Порто тоже был отнят у готов, как и остальные города Кампании. Часть войска под начальством Иоанна Нарзес отправил в Этрурию, чтобы преградить путь Тейасу. Однако Тейас, пройдя по побережью Адриатического моря, неожиданно объявился в Кампании, и Нарзес, получив об этом известие, собрал все свои войска и направился из Рима к Неаполю по Аппиевой или Латинской дороге.

Два месяца стояли друг против друга греки и готы у подножия Везувия. Только когда весь готский флот изменнически перешел на сторону греков, Тейас снял свой лагерь и поднялся на склон Лактарской (Молочной) горы. Но голод заставил их спуститься и принять решение погибнуть героями. Здесь, в виду Неаполитанского залива, и закончилась история этого мужественного народа. Даже после гибели Тейаса его воины продолжали сражаться тесными рядами. Готы проявили беспримерную храбрость, но шансов у них не было совершенно. Лишь на третью ночь противостояния ими было принято решение прекратить сопротивление и по согласию Нарзеса навсегда покинуть Италию. Их дальнейшая судьба совершенно неизвестна.

нарзес
Битва при Молочной горе. Александр Цик (1845-1907)

Вместе с готами на все последующее время исчезло и единство Италии. А в течение Средних веков и до Новейшего времени в Риме держалось бессмысленное поверье, что готы разрушили город. Глядя на развалины и не зная, что памятники древности разрушены не столько даже временем, сколько дикими баронами Средних веков и некоторыми папами, римляне помнили лишь то, что готы долго владели Римом, много раз ходили на него приступом, брали и грабили. Видя в стенах древних сооружений множество дыр и не находя им объяснений, римляне полагали, что эти отверстия оставили готы, когда выламывали камни или вытаскивали бронзовые скобы. Даже в конце 16 века существовала вера в то, что готы все еще где-то живут, тайно приходят в Рим и роются в земле, чтобы достать спрятанные их предками сокровища (на самом деле, так поступали некоторые кардиналы).

Победа Нарзеса не была окончательной. Внезапно на Италию устремились огромные толпы варваров, грозившие похоронить Рим в развалинах. 70 000 алеманнов и франков перешли через Альпы и опустошили верхние провинции, практически не встретив сопротивления со стороны малочисленных греческих отрядов. Они не решились идти на Рим только потому, что Нарзес переместился в него из Равенны и провел здесь зиму 553-554 годов. Вместо этого варвары разделились на два отряда и опустошали оба побережья.

К концу лета 554 года один из этих отрядов, нагруженный добычей, вернулся с юга к По, где погиб от чумы. Второй же отряд приблизился к Капуе и встретился с идущим из Рима Нарзесом. Толпы варваров не устояли перед греческими ветеранами и практически все были уничтожены. Нагруженное добычей убитых греческое войско направилось в Рим, и улицы пустынного города засверкали блеском последнего триумфа, увиденного римлянами. Италия была освобождена от германских народов, восстанавливалось единство империи и единство католической церкви. Благочестивый евнух Нарзес направился к базилике Святого Петра и не ее ступенях был встречен духовенством.

Ни в какое другое время Рим не доходил до такого упадка, как по окончании готской войны. Его население, массово гибнувшее от голода, войны и чумы, в это время не превышало 40 000 человек. Все те драгоценные предметы древности, которые ускользнули от внимания вандалов и готов, исчезли в результате лихоимства греков. Оставшиеся в живых римляне едва ли могли унаследовать от своих предков что-либо большее, чем опустошенные жилища с голыми стенами или права собственности на отдаленные имения, находившиеся не в лучшем состоянии, как и вся, лежавшая в руинах, Италия.

Для установления внутреннего порядка в Италии Юстиниан 13 августа 554 года издал специальный эдикт. Им подтверждались указы изданные Аталарихом, его матерью Амалазунтой и Теодатом, т.е. признавалась династия Теодориха, а указы Тотилы объявлялись недействительными. Все трудности в отношении имущественных прав должны были быть устранены, собственность беглецов сохранялась за хозяевами, договоры, заключенные во время осады города, подлежали обязательному соблюдению. Папе и сенату предоставлялось установить меру и вес для всех провинций Италии.

Из этого эдикта можно заключить, что сенат в Риме, несмотря ни на что, все еще существовал, а власть папы уже распространялась и на гражданские дела. Папа стал официально принимать участие в управлении Римом, как впрочем и остальные епископы в своих городах. Юстиниан облек их авторитетом законной власти, что со временем привело к абсолютному владычеству пап в Риме. По поводу же сената ничего более не известно.

12-я глава эдикта предписывает восстановить общественную раздачу еды народу, производившуюся Теодорихом, и впредь уплачивать жалование грамматикам и ораторам, врачам и юристам, «дабы обучение юношества свободным искусствам процветало в римском государстве». Однако эти намерения Юстиниана так и не были претворены в жизнь. При глубоком упадке общественной жизни школы, процветавшие при Теодорихе, погибли. Аристократия, занимавшаяся изучением наук была истреблена, меценаты бесследно исчезли, роскошные библиотеки погибли. Уцелело лишь то, что удалось собрать и спасти монастырям ордена бенедиктинцев. Латинская культура и наука умерли.

Зато серьезно упрочилось положение церкви. С падением готского государства ушла арианская ересь, а Итальянское королевство, как самостоятельная государственная единица, исчезло. Гибель древнеримского патрицианства тоже расширила возможности римского духовенства. Правда теперь, под военным игом Константинополя, римской церкви было уготовано противостоять неспокойному духу востока, где еще не исчезла греческая философия и не перестали оспариваться господствовавшие догмы. Другую проблему представлял и абсолютизм императорской власти.

Отправленному Юстинианом в ссылку папе Вигилию, наконец, было разрешено вернуться в Рим. Это произошло после признания им решений пятого собора в Константинополе. Однако по дороге Вигилий умер в Сиракузах в июне 555 года, и через несколько месяцев после этого на престол Святого Петра взошел дьякон Пелагий (556-561). Избран он был по приказанию Юстиниана, и значительная часть духовенства отказалась иметь с ним дело, подозревая Пелагия в соучастии в смерти Вигилия. Чтобы избавить себя от подозрений, Пелагий поднялся на кафедру базилики Святого Петра и, держа в руке Евангелие, положил себе на голову крест и перед всем собравшимся народом поклялся в своей невинности.

Папа Пелагий

При Пелагии началась постройка церкви апостолов Филиппа и Иакова на Via Lata (ее место теперь занимает церковь 12 апостолов, но 6 колонн первоначального здания уцелели). Весьма вероятно, что на строительство пошел материал из расположенных рядом терм Константина, поскольку снабжавший их водой акведук был разрушен, да и сами термы уже превращались в развалины.

В скором времени строительство церквей стало единственной формой общественной деятельности в городе. Частные дома и гражданские здания приходили в упадок, а число украшенных золотом храмов только росло. Правда строить их было можно только за счет хищения и разорения всего того, что составляло древнее величие Рима и осталось теперь без заботливого надзора. И Вечный Город стал все быстрее и быстрее приходить в разрушение. Если готы еще были озабочены сохранением величия Рима, то теперь народ, одолеваемый нескончаемыми бедствиями, утратил последние следы сознания своего славного прошлого и благоговения к древнему наследию. Не было этого благоговения и у Константинополя, тем более что римский епископ вскоре возбудил к себе зависть и ненависть восточной церкви. К неблагоприятным для города факторам можно добавить и господство в эти годы чумы, землетрясений и наводнений.

История Рима после окончания готской войны и за все время наместничества Нарзеса скрыта во мраке. Неизвестно ни одно здание, восстановлением которого город был бы обязан этому правителю. Существует только одна надпись на Саларском мосту через Аниен, сброшенном Тотилой и восстановленном в 565 году Нарзесом. Ее напыщенный и хвастливый тон наряду с незначительностью работы (перекинуть маленький мост через неширокую реку) является характерной чертой эпохи:

«В царствование государя нашего, благочестивейшего и всегда победоносного Юстиниана, отца отечества и августа, на 39-м году его правления, Нарзес, знаменитый муж, экс-препозит священного дворца, экс-консул и патриций, после победы над готами, когда короли их с изумительной быстротой, в открытом бою были одолены и низвергнуты, и свобода была вновь возвращена городу и всей Италии, очистил русло реки и возобновил разрушенный презренным тираном Тотилой мост саларской дороги, причем привел его в лучший, чем прежде, вид».

Свои последние годы Нарзес провел в Риме, во дворце цезарей. Сведения о его деятельности в это время очень отрывочны и ограничиваются отчетами о войнах с франками и остатками готов. Нарзесом, по-видимому овладела страсть к накоплению богатства. Это богатство возбуждало ненависть в римлянах, но не меньшую роль играли и его военный деспотизм, тяжесть налогов, алчность греков, вмешательство их в церковные дела и оскорбления, наносимые латинянам.

Не имея возможности поколебать положение Нарзеса при жизни Юстиниана, римляне попытались сделать это в 565 году, когда императором стал Юстин Младший. Их стремление вполне совпало с новыми настроениями в Константинополе, начавшем опасаться могущества, достигнутого Нарзесом, и желавшем завладеть богатством последнего. Римляне написали Юстину жалобу, и вот, после 16 лет наместничества в Италии, полководец был отозван из Рима.

Вернуться в Константинополь Нарзес не отважился, поскольку ему была известна угроза императрицы Софии, обещавшей одеть его в женское платье и заставить вместе с женщинами прясть шерсть. В результате он нарушил приказ и удалился в Неаполь. Это испугало римлян, которые стали опасаться его мести, и папа Иоанн III (561-574) поспешил вернуть изгнанника в Рим. Нарзес снова занял дворец цезарей, но очень скоро умер. Его тело положили в свинцовый гроб и вместе с принадлежавшими ему сокровищами отвезли в Константинополь. Произошло это в 567 году.

Далее: Экзархат. 568 — 604 гг. Григорий I Великий
Назад: Готы. Тотила. 541-552 гг

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Готы. Тотила. 541-552 гг

В конце 539 года, после 22 месяцев упорной борьбы с готами, Велизарию, наконец, удалось вступить в Равенну. Согласившись на словах принять от побежденных корону Италии, великий полководец обманул готов и передал ее своему императору. Уезжая морем в Константинополь, Велизарий забрал с собой сокровища из дворца Теодориха и попавшего в плен готского короля Витигеса.

Византийский генерал Велизарий, отказывается от короны Италии, предложенной готами. Резьба по дереву. Нью Йорк. 1830

Однако государство готов не было уничтожено. Не успел Велизарий покинуть Апеннинский полуостров, как стоявшие в Павии готы предложили корону племяннику Витигеса, Урайе, а тот передал ее призванному из Вероны Ильдебаду. Новый король тут же отправил послов к Велизарию с предложением отказаться от своего титула, если Велизарий исполнит данное им обещание стать королем Италии. Но мудрый полководец, не желая восставать против императора, спокойно направился в Константинополь, чтобы принять на себя командование в персидской войне, а итальянские проблемы оставил своим генералам Вессасу и Иоанну.

Юстиниан I Великий

Прошло совсем немного времени, и вот император Юстиниан и Велизарий были приведены в ужас появлением нового готского героя, напомнившего им страшного Ганнибала. В конце 541 года Ильдебад был убит, и те же отряды готов из Павии предложили занять трон его юному племяннику Тотиле. С этого момента ситуация стала меняться как по волшебству. Одного года хватило Тотиле, чтобы занять множество городов и посеять повсюду ужас. Весной 542 года он перешел Тибр, но не стал задерживаться у Рима, а поспешил в Самний и Кампанию, чтобы упрочить свое положение покорением более важных городов.

С первого приступа был взят Беневент. Наступил черед Неаполя. Осаждая город, Тотила в это же время посылал отряды всадников в Луканию, Апулию и Калабрию. Эти провинции охотно сдавались готам и отдавали им подати, собиравшиеся по распоряжению императора, поскольку готы щадили земледельцев, тогда как греческие чиновники совершенно не сдерживали свою алчность. К этому времени итальянцы не один раз пожалели, что сменили весьма умеренное правление готов на деспотизм греков. Более того, наемных солдат империи так же обманывали и не платили им жалования, вследствие чего они массово начали переходить к готам, у которых получали и обильную пищу, и плату.

тотила
Портрет Тотилы. Франческо Сальвиати. 1549

Весной 543 года измученный голодом Неаполь открыл ворота. Готы и здесь поступили благородно. Имущество неаполитанцев и честь их женщин Тотила взял под свою личную охрану, а греческий гарнизон отправил в Рим под охраной своих солдат. Лишь стены Неаполя, как и других покоренных Тотилой городов, были разрушены до основания. Отсюда король отправил послание римскому сенату с упреками в их отношении к готам, от которых Рим видел только добро, но променял на алчных греков, и с предложением не доводить войну до крайности, но восстановить справедливость. Генерал Иоанн, однако, запретил сенату отвечать на это письмо, как и на последующие, так же носившие миролюбивый характер.

В конце зимы 543-544 годов Тотила пошел на Рим. Его не остановила весть о том, что Велизарий отозван с персидской войны и снова назначен главнокомандующим в Италии. Пока Велизарий набирал войско, готский король уже подходил к стенам Вечного Города. Здесь, благодаря измене, он овладел важным укрепленным городом Тибуром (совр. Тиволи). Оставив в Тибуре свой гарнизон, Тотила занял верховье Тибра и отрезал римлян от сообщения с Тусцией (древн. Этрурия), однако снова отсрочил осаду города. Вместо этого он решил захватить несколько городов Этрурии и Эмилии, на что ушел 544 год и часть следующего.

Только летом 545 года Тотила разбил лагерь перед Римом, который защищал Вессас с 3000 солдат и двумя присланными Велизарием командирами — персом Артасисом и фракийцем Барбатионом. Несмотря на строгий приказ не делать вылазок из Рима эти двое напали на готов, едва те показались перед стенами, и были разбиты, успев спастись в городе лишь с горсткой солдат. На этом вылазки прекратились.

Эта осада значительно отличалась от предпринятой Витигесом. На первое время Тотила удовольствовался перекрытием доставки продовольствия в Рим. Причем со стороны моря использовался флот, построенный королем в заливе Неаполя. Велизарий в это время находился в Равенне и ничего не предпринимал, требуя у императора присылки дополнительных войск, которые набирались, но очень медленно. Осаду Рима затягивало лишь то, что Порто, римская гавань, была еще во власти греков, правда доставку оттуда продовольствия перекрывал лагерь Тотилы, расположенный между гаванью и городом. Попытка греков напасть на этот лагерь закончилась их полным поражением и бегством.

В силу ряда связанных с церковными разногласиями обстоятельств папа Вигилий (537-555) во время осады находился не в Риме, а на Сицилии. Здесь римская церковь владела обширными имениями, в которых папа собрал хлеб и отправил его в гавань Тибра. Узнав об этом, готы устроили засаду в устье реки, и весь сицилийский флот попал к ним в руки. Это произошло весной 546 года, когда голод в Риме уже стал невыносимым. В отсутствие папы на его место заступил пользовавшийся большим уважением дьякон Пелагий. Помня о папе Льве, который когда-то молил о милосердии короля вандалов Гейзериха, Пелагий по той же дороге отправился послом в лагерь Тотилы.

Тотила разрушает Флоренцию. Библиотека Ватикана

Тотила принял Пелагия с уважением, но отказался от длинных объяснений, сразу сказав, что выслушает все, за исключением трех вещей — речей в защиту сицилийцев, речей в защиту стен Рима и разговоров о возврате бежавших из Рима рабов. Сицилия первая совершила измену, впустив к себе греков. Стены Рима заставляют готов тратить силы, а римлян — терпеть лишения осады. Обещание, данное готами бежавшим из города рабам не может быть нарушено. После этого Пелагий вернулся в Рим.

Тогда римляне выбрали депутатов для похода к правителям. Обращение депутатов к Вессасу было ужасным: «Римляне умоляют вас поступить с ними не как с друзьями, которые равны вам по своему происхождению, не как с согражданами, которые живут под теми же, как и вы , законами, а как с побежденным врагом и с пленными, обращенными в рабство. Дайте же вашим пленным кусок хлеба! Мы не просим вас, чтобы вы хорошо кормили нас; нет, мы просим только куска хлеба, чтобы мы могли поддержать нашу жизнь, работая на вас, как подобает рабам. Если вам наша просьба кажется чрезмерной, дайте нам возможность свободно уйти и избавьте себя от труда зарывать в землю ваших рабов; наконец, если и это наше желание вам покажется неумеренным, сжальтесь над нами и предайте нас всех смерти!» Вессас ответил, что пищи для них у него нет, отпустить их — опасно, а убить — безбожно, и вообще, Велизарий скоро освободит Рим.

В это же самое время ростовщики, пользуясь голодом, бесстыдно торговали хлебом за золото. Даже греческие солдаты меняли часть своей порции на драгоценный металл. Когда же золотые монеты закончились, люди понесли на рынок свою посуду и другие ценные вещи. Нищие просто наполняли свои желудки травой. Когда не стало и травы, многие кончали жизнь самоубийством. Рим начал пустеть.

С прибытием в гавань Тибра Велизария ситуация, казалось, неожиданно изменилась. Чтобы ввести в город войска и доставить продовольствие ему было необходимо разрушить перегородивший реку мост, построенный Тотилой ниже Рима из громадных древесных стволов. План Велизария состоял в том, чтобы направить на мост гигантскую плавучую зажигательную машину, наполненную горючими веществами. За ней должны были пройти двести хорошо защищенных судов с провизией.

Однако, из-за несогласованности действий с Вессасом в Риме и с оставшимся гарнизоном в Порто план Велизария провалился. Несмотря на то, что мост был сожжен, прорыв не удался, а сам Велизарий тяжело заболел. Наступило затишье, и беззащитный город выглядел могилой. По улицам шатались голодные тени, Вессас во дворце продолжал копить золото, а Тотила все не решался идти на приступ стен, погубивших в прошлом столько его соотечественников.

Наконец сторожевой пост у Азинарских ворот, состоявший из исаврян, изменил Риму. Несколько раз охрана спускалась ночью со стен по веревкам в лагерь готов и убеждала короля занять ворота. В конце концов его недоверие было побеждено. Четыре гота влезли ночью на башню, спустились в город и взломали ворота. 17 декабря 546 года готское войско спокойно вступило в Рим и расположилось на Латеранском поле.

В городе поднялся шум и Тотила приказал всю ночь трубить в трубы, чтобы дать возможность римлянам бежать из города или спрятаться в церквях. Греческий гарнизон вместе с Вессасом бежал при первом звуке труб. За ними последовала и часть сенаторов. Когда с наступлением утра готы двинулись по улицам, их встретила тишина опустевшего города, вид которого отбил у них желание мести. Подавленный тяжелым зрелищем, Тотила поспешил принести свою первую благодарственную молитву у гроба апостола Петра, где его встретил дьякон Пелагий. Король утешил Пелагия, поручившись ему, что готы не будут убивать римлян.

Разграбление города прошло без кровопролития — дома просто некому было защищать. Да и брать было уже особо нечего. Лишь в немногих дворцах еще сохранились какие-то произведения искусства и библиотеки, и только во дворце цезарей в руки короля готов попало все то золото, что скопил там Вессас. Найденные же во дворцах патриции представляли собой такое жалкое зрелище, что ни у кого не поднялась на них рука.

На следующий день Тотила собрал своих людей и обратился к ним с речью о том, что несмотря на огромные потери в прошлом и почти утраченную надежду на возрождение, им удалось вернуть себе утраченное государство. Он говорил, что есть таинственная сила, карающая вероломство королей и народов, и убеждал готов быть справедливым к побежденным, чтобы избежать возмездия этой силы. Затем Тотила произнес гневную речь собранию сенаторов, которое, по всей видимости, было последним. Король обвинил их в неблагодарности к Теодориху и Амалазунте, в клятвопреступлении, измене и глупости. Сенаторы выслушали обвинения молча, и лишь дьякон Пелагий молил Тотилу за «несчастных грешников», пока тот не согласился сменить справедливость на милосердие.

В результате вся ярость Тотилы обрушилась на стены Рима, у которых сложило головы великое множество готов. Третья часть стен была уничтожена, а сам Рим король обещал превратить в пастбище для скота. Узнав об этом, находившийся в Порто больной Велизарий отправил Тотиле письмо, в котором убеждал короля готов пощадить город, созданный заботой многих императоров и усилиями огромного количества выдающихся людей. История не сохранила ответ Тотилы, но Рим был пощажен, а жертвой огня стали лишь несколько домов.

Несмотря на это, историки Средневековья и даже новейших времен утверждают, что виновником превращения Рима в развалины был именно Тотила. Тотила, уверяют они, срыл стены, поджег Капитолий, Форум, Субурру, Квиринал и Авентин. Фантазия писателей нарисовала и обезображивание готами Колизея, и обрушение ими обелисков. Между тем сбылось предсказание Святого Бенедикта, о котором только 47 лет спустя сообщил папа Григорий (590-604): «Рим не будет уничтожен варварами; он истлеет сам после того, как на него обрушатся бури и молнии, вихри и землетрясения».

тотила
Святой Бенедикт принимает Тотилу. Гаспар де Крайер (1584-1669).

Разрушив треть римских стен, Тотила покинул город и направился в Апулию. Почему-то он не обрушился на Порто, чтобы враз покончить с войной. В качестве заложников король забрал с собой всех сенаторов и затем, в порыве оставшегося гнева, приказал всему населению покинуть Рим и уйти в Кампанию. После этого в течение более 40 дней в Риме можно было встретить только бродячих животных и не увидеть ни одной человеческой души.

Узнав о уходе Тотилы, Велизарий сделал попытку проникнуть в оставленный город с 1000 воинов, но по дороге был встречен готскими всадниками и принужден ими повернуть назад. Выждав более благоприятного времени он сделал еще одну попытку, увенчавшуюся успехом, перехитрил готов и вошел в Рим через Остийские ворота. Это произошло весной 547 года.

Первой заботой Велизария стало укрепление разрушенных стен. Ни материала, ни рабочих рук, ни времени не хватало, и стены были восстановлены в виде груд наваленных друг на друга камней. В дело пошел и мрамор, и травертин из стоявших поблизости зданий. Проведенный еще раньше ров был вычищен и углублен. Работа заняла 25 дней, после чего в город стали возвращаться бежавшие в Кампанию римляне.

Едва вести о появлении в Риме Велизария достигли Тотилы, король немедленно поспешил из Апулии назад. Подойдя к городу, он увидел, что греки еще заняты восстановлением ворот, которые по его приказу были разрушены и теперь проходы охранялись только солдатами. Ночь готы простояли в лагере, а наутро бросились на штурм, но после длившегося весь день сражения были отброшены. Приступ следующего дня так же завершился ничем. Готы снова несли потери у ненавистных им стен Рима. Третий, и последний, приступ был предпринят Тотилой лишь через несколько дней, но и он закончился неудачей.

К своему стыду готы вынуждены были признать, что не смогли взять и наполовину открытый город. На голову короля посыпались упреки в том, что он не сровнял с землей стены Рима, как поступал до этого с другими взятыми городами, и не вытеснил Велизария из Порто, когда тот находился там больным. Так отчасти померкла военная слава Тотилы. Весной 548 года он со всем своим войском ушел в Тибур, а Велизарий получил возможность не спеша навесить окованные медью ворота и второй раз отправить в Константинополь ключи от Рима.

Полагают, что Велизарий восстановил необходимый для работы мельниц водопровод Траяна (на остальные акведуки уже не было средств). Книга пап (Либер Понтификалис) отмечает, что Велизарий учредил в Риме дом для бедных и принес в дар апостолу Петру два больших канделябра и украшенный драгоценными камнями золотой крест весом в 100 фунтов с надписями об одержанных им победах.

Тотила же направился на Юг Италии, где рассеял греков по лесам и горам, после чего подошел к Брундизию и уничтожил только что высадившиеся греческие войска. Велизарий снова был вынужден покинуть Рим. Император передал ему верховное командование в Нижней Италии, но с этого времени успех покинул великого полководца. Отправившись с флотом к Таренту, он был отброшен бурей к Кротону, городу не защищенному стенами. Его конница направилась к Русции (совр. Россано), где была уничтожена Тотилой, что вынудило Велизария снова уйти в море и остановиться в Мессине. После года беспрерывных поражений греков, он, наконец, был отозван на Восток, где умер в немилости и забвении.

велизарий
Велизарий, просящий милостыню. Франсуа Андре Винсент, 1776

Удаление великого полководца облегчило задачу Тотилы. Неутомимый воин, покорив множество городов Калабрии, в начале 549 года в третий раз пошел к Риму, где правителем теперь был храбрый и опытный Диоген, имевший в своем распоряжении 3000 солдат. Амбары Рима были заполнены хлебом, а обширные пустые пространства превращены в засеянные поля (наверное римлянам было нелегко смотреть, как на развалинах их былого величия растет пшеница).

И снова приступы готов не давали результата. И снова только измена исаврян открыла им ворота. Раздраженная задержкой жалования охрана ворот Святого Павла, соблазняемая к тому же примером своих соотечественников, впустивших некогда в Рим короля готов, предложила Тотиле свои услуги. Ночью, отправленные Тотилой выше по течению Тибра несколько человек, начали громко трубить. Встревоженное неожиданным военным призывом римское войско устремилось к тому месту, откуда, как им казалось, грозит опасность. Ворота Святого Павла отворились и готы беспрепятственно вошли в город. Греки бежали по Аврелиевой дороге, но попали в устроенную заранее засаду. Спаслись немногие и в их числе раненый Диоген.

Во второй раз Рим оказался под властью Тотилы. Однако в Мавзолее Адриана, ища спасения, заперся военачальник Павел с 400 всадников. Атака готов была отбита с большим уроном для нападавших, и тогда Тотила решил взять осажденных голодом. Те же, не став дожидаться мучительной смерти, взялись за оружие, чтобы продать свою жизнь дорогой ценой. Узнав об этом решении, Тотила, из уважения к такой отчаянной решимости, объявил им, что они могут свободно уйти. Однако, всадники предпочли встать под знамя великодушного победителя, а не возвращаться в Константинополь, где их ждали нищета и насмешки. Все они, за исключением командира, перешли на сторону готов.

Больше Тотила не думал ни покидать Рим, ни разрушать его. Найдя город в диком запустении он призвал сюда и готов, и римлян, и даже сенаторов из Кампании, позаботился о доставке продовольствия и приказал восстановить все, что было разрушено во время первой осады, после чего устроил давно не видимые римлянами игры в Большом Цирке.

Нарзес

Однако, успехи Тотилы не произвели должного впечатления на императора Юстиниана, и посол готского короля даже не был допущен в Константинополь. Еще в 549 году Тотиле пришлось выйти из Рима, чтобы продолжить военные действия в Италии. Имея в своем распоряжении 400 судов, он вдруг оказался властителем на море и покорил Сицилию, Корсику и Сардинию, доходя даже до греческих берегов. Но вот, в конце 551 года, на сцене появился Нарзес. Борьба героя с евнухом — редкое зрелище, но герой пал, а евнух оказался победителем.

Новый греческий полководец, получивший от императора самые широкие полномочия, собрал в Далмации огромное войско из гуннов, лангобардов, герулов, греков, гепидов и даже персов. Все они различались своим видом и нравами, но одинаково горели желанием завладеть сокровищами готов и Италии. Сделав этому войску смотр в Салоне, Нарзес повел его к Равенне берегом Адриатического моря.

Летом 552 года Тотила выступил из Рима, прошел Тоскану и разбил лагерь у Апеннин в Тагинах. Прибыл сюда и Нарзес. На второй день битвы король готов был мертв — его, раненного, пронзил копьем в спину какой-то гепид. Войско готов было разбито и обращено в бегство. Описывая участь, постигшую славного врага, греческий историк Муратори предается скорби и причисляет Тотилу к героям древности, говоря, что он заслуживает бессмертия еще более, чем Теодорих. Еще будучи юношей, Тотила своей энергией и гением не только восстановил разрушенное государство, но и отстаивал его в течение 11 лет, ведя борьбу с войсками Юстиниана. Немного найдется героев, равных этому готу великодушием и справедливостью.

византийско-готские войны 535-554 годов

Далее: Готы. Нарзес. 552-567 гг
Назад: Готы. Велизарий и Витигес. Осада Рима. 537-538 гг

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Готы. Велизарий и Витигес. Осада Рима. 537-538 гг

Для удостоверения своей победы Велизарий отправил в Константинополь ключи от Рима и пленного Левдериса, после чего начал готовиться к предстоящей обороне города. Он немедленно приступил к укреплению частично разрушенной стены Аврелиана, дополнив ее рвом. Общественные амбары были наполнены зерном из Сицилии и Кампании.

Велизарий

В это же время, в течение зимы 536-537 годов, Витигес собирал в Равенне готские войска, снабжая их оружием и лошадьми. Нетерпение начать войну подстегивалось в нем римлянами, уверявшими, что их стало тяготить пребывание греков в городе. И вот, в марте 537 года, Витигес подошел к Риму со стороны Виа Салариа с таким многочисленным войском, что «их трудно было окинуть одним взглядом».

Перейдя Аниен по мосту, охрана которого малодушно бежала, готы встретились с 1000 всадников во главе с Велизарием. Первая жестокая стычка не дала преимущества ни одной из сторон, и Витигес отступил в лагерь у реки, решив приступить к основательной осаде города. Однако, готы привыкли вести сражения в открытом поле, не имея необходимого опыта осады, а обширная окружность городских стен Рима не давала возможности окружить его плотным кольцом. В результате Витигес ограничился тем, что расположил свои войска у наименее защищенной части города — от ворот Порта Фламиниа до ворот Порта Пренестина (это были ворота Фламиниа, Пинчиана, Салара, Номентана, Тибуртина, Клауза и Пренестина).

велизарий
Осада Рима Витигесом. Красным отмечены лагеря готов

Велизарий, помня о том как он сам проник в Неаполь, приказал заделать камнями отверстия всех четырнадцати входящих в Рим водопроводов. Впервые за многие века город перестал получать из них воду. С этого времени прекратили работу последние римские термы, а акведуки начали превращаться в источник строительного материала.

Осаждавшие продолжали опустошать Кампанию и препятствовать подвозу в город продовольствия. Видя, что наступает время нужды, народ в Риме начал жаловаться на неравенство боевых сил и обвинять Велизария, собиравшегося оборонять город с 5000 человек, в безумии. Роптал и сенат. Получив сообщения о настроениях в городе, Витигес отправил в Рим посла, напомнившего горожанам о их благополучии во времена Теодориха и пообещавшему грекам свободный проход, а римлянам — прощение. Велизарий отправил посла обратно, объявив, что будет защищать Рим до последнего человека.

Утро девятнадцатого дня осады началось штурмом. Надежды готов на разрушение стен таранами оказались тщетны — опытный Велизарий точными выстрелами просто не позволил им добраться до места — и на штурм бросилась воспламененная гневом пехота. Наиболее ожесточенная схватка произошла у Пренестинских ворот и у Мавзолея Адриана. У Порта Пренестина Велизарий лично возглавил сопротивление, и вскоре нападавшие были отброшены и обращены в беспорядочное бегство.

Защита Мавзолея Адриана, к тому времени уже включенного в оборонительную систему города, была поручена Константину, одному из лучших военачальников Велизария. Готы подошли к мавзолею по узким улицам на месте разрушенного цирка Адриана и оказались так близко от его стен, что метательные снаряды греков оказались бесполезны. Отчаяние, овладевшее греками, натолкнуло их на мысль воспользоваться для защиты статуями, украшавшими памятник. Тяжелые обломки произведений искусства — статуй императоров, богов и героев — полетели вниз, обращая в бегство готских воинов. Штурм был отбит, а Мавзолей Адриана навсегда лишился своих украшений, созданных 400 лет назад.

Были отбиты приступы и у остальных ворот. Витигес лишился цвета своего войска — не менее 30 000 человек были убиты и еще большее количество ранены. С наступлением ночи в Риме раздались победные гимны и восхваления Велизария, готы же оплакивали павших героев. Неудача парализовала волю готов, которые теперь опасались выходить из лагерей, чтобы приблизиться к стенам Рима или совершить очередной набег на равнинную Кампанию, где их тревожили нумидийские всадники.

Поскольку готы не могли взять в кольцо весь город, его сообщение с «внешним миром» оставалось свободным со стороны моря. Велизарий отправил императору Юстиниану сообщение о удачно отбитом приступе и просьбой присылки свежих войск, так как положение его оставалось опасным. Все войско Велизария в Риме сводилось к 5000 человек, часть из которых погибла за время осады. В сообщении совершенно не упоминается городская милиция — видимо Рим уже не имел граждан, способных владеть оружием. Известно лишь о том, что Велизарий привлек к сторожевой службе ремесленников, не имевших в то время работы.

велизарий
Император Юстиниан и Велизарий (слева). Мозаика базилики Сан Витале, Равенна

В это время в результате интриг императрицы Феодоры из Рима был изгнан папа Сильверий. Восточная императрица надеялась, что новый папа отменит постановления халкедонского собора и вернет сан осужденному константинопольскому патриарху, на что Сильверий упорно не давал согласия. Пользуясь бедственным положение Рима, Феодора потребовала от Велизария удаления Сильверия под любым приличным предлогом и возведения на престол Петра дьякона Вигилия.

Велизарию не хватило мужества противиться требованию Феодоры. Вигилий нашел лжесвидетелей, поклявшихся в том, что Сильверий писал Витигесу о своем желании отдать город в руки последнего, для чего назначал готскому королю встречу у Азинарских ворот. В марте 537 года папу доставили во дворец к Велизарию, сняли с него епископское облачение и надели на него монашескую одежду, а стоявшему перед дворцом духовенству объявили, что Сильверий лишен своего сана и стал монахом. Перепуганное духовенство разбежалось. После этого, повинуясь велению Велизария, духовенство и сенат избрали папой Вигилия (537-555).

Когда в Риме начал ощущаться голод, Велизарий выслал всех, кого нельзя было использовать для защиты стен. Готы не тронули этих людей. Вообще, отсутствие в них жестокости за время осады вызывало уважение даже у противника. Помимо того, готы не нанесли повреждений ни базилике Святого Петра, ни базилике Святого Павла, находившихся у них в руках. Единственным актом мести, который позволил себе Витигес, было приказание умертвить сенаторов, находившихся в Равенне в качестве заложников.

Наконец, чтобы совершенно прекратить доставку в Рим продовольствия, Витигес занял Порто, портовый город, принявший на себя функции давно заброшенной по причине обмеления гавани Остии. Не встретив никакого сопротивления, готский король разместил в Порто 1000 воинов. В 50 стадиях от города, между Латинской и Аппиевой дорогами, перекрещивались два акведука, и там готы устроили крепость, использовав древние сооружения в качестве стен. Арки заложили камнями, и в получившемся лагере разместилось 7000 человек, задерживающих все, что могло быть доставлено в Рим со стороны Неаполя.

витигес
Четверть Силиквы. Витигес

Нужда в Риме достигла крайней степени, и народ стал требовать от Велизария, чтобы он дал последнее отчаянное сражение. Однако полководец успокоил крикунов уверениями в том, что суда с провиантом уже идут к городу. А в Нижней Италии наконец высадились и отправленные на помощь войска. Для обеспечения доставки хлеба Велизарий занял Альбаум и Тибурскую крепость, на которые осаждавшие почему-то не обратили никакого внимания, а союзники греков, гуннские всадники, тревожили готов в их укреплениях на Аппиевой дороге.

Летом распространенная на равнинах Кампании малярия приобретала смертельную форму, и готы начали гибнуть от лихорадки. Не добавило им бодрости и приближение войск восточной империи. Неаполь уже заняли 3000 исаврийцев, в Гидрунтуме высадились 1800 фракийских всадников, еще один отряд всадников приближался по Латинской дороге. Шла молва и о прибытии флота с провиантом. Готы стали думать о снятии осады, и Витигес отправил послов к Велизарию с просьбой о заключении мира.

Готы доказывали Велизарию свое исторически сложившееся право на владение Италией, поскольку не захватывали ее силой, а были посланы правившим тогда императором Зеноном для освобождения ее от узурпатора Одоакра. После этого они, готы, соблюдали все римские законы не меньше, чем прежние правители, и никогда не вмешивались в дела веры итальянцев. Велизарий ответил на это, что Теодориху было поручено лишь освободить Италию от Одоакра, а не вступать во владение ею. Готы предложили уступить императору Сицилию, на что Велизарий с насмешкой ответил, что может сделать им еще больший подарок, уступив Британию. В конце концов было достигнуто соглашение о перемирии на три месяца, время, требующееся для переговоров послов с самим императором.

К этому моменту в Рим вступили подошедшие войска и был доставлен провиант, чему готы уже не могли помешать, не сорвав переговоры о мире. Соглашение было скреплено взаимной выдачей заложников, и готские послы отправились в Константинополь в сопровождении греческой свиты.

Велизарий, со своей стороны, совершенно не смущаясь, начал нарушать условия перемирия фактически сразу после его начала, занимая войсками оставляемые готами позиции. Более того, он приказал своим военачальникам брать в плен женщин и детей готов, грабя, заодно, их имущество. Доведенный до отчаяния Витигес решил перейти к открытым враждебным действиям и однажды утром пошел штурмом на ворота Порта Пинчиана, но был отбит защитниками города.

Наступала весна 538 года, срок перемирия подходил к концу, а о послах ничего не было слышно. Матазунта, не простившая Витигесу своего вынужденного с ним брака, давала надежду грекам на передачу Равенны в их руки. Король готов был вынужден уступить своему начавшему роптать войску, фактически самому оказавшемуся в окружении и страдавшему от голода и болезней, и однажды утром в начале марта римляне увидели объятые пламенем готские лагеря. Остатки войска Витигеса удалялись по Фламиниевой дороге. Так закончилась осада Рима, длившаяся год и девять дней. Но не закончилась война в Италии.

Далее: Тотила. 541-552 гг
Назад: Готы. Амалазунта (526-535) и Теодат (535-536)

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Готы. Амалазунта (526-535) и Теодат (535-536)

амалазунтаПосле смерти Теодориха в 526 году фактическая власть над западной империей перешла к его дочери Амалазунте, ставшей опекуншей своего юного сына Аталариха. И если римляне смеялись над не умевшим писать Теодорихом, то таланты Амалазунты приводили их в изумление. Владея и греческим и латинским языками, она была способна вести оживленные беседы о философах и поэтах древности. В ее регентство было приложено немало усилий для процветания наук в Риме. Сами римляне были полностью освобождены от воинской службы, которая целиком перешла к готам.

Первым государственным актом Амалазунты стало примирение с римским народом и сенатом, оскорбленными Теодорихом. В правительстве произошли перемены и юный король Аталарих дал клятву сенату и народу блюсти законы Рима. Стремясь изгладить воспоминания о действиях отца, Амалазунта за все время своего правления не лишила ни одного римлянина ни жизни, ни имущества. Сенаторы снова осыпались почестями, правда их число росло теперь за счет возведения в это звание готских героев, что, впрочем, по-видимому, не оскорбляло потомков Ромула.

Однако, почести, воздаваемые сенату, фактически носили лишь внешний характер. Реальные же права, признаваемые готским правительством, постепенно переходили к римскому папе, чье могущество все более возрастало. Будучи главой католической церкви и находясь между арианскими королями Италии и ортодоксальным императором Востока, папа приобрел очень важное значение. Опасаясь войны с восточным императором, готы старались не вызывать недовольство папы и относились к нему с почтением, как к своему верховному главе.

амалазунта
Амалазунта. Псевдоимперский чекан 534-535 гг

Получил папа и значительное влияние на внутренние дела города. Одним из эдиктов Аталариха он объявлялся третейским судьей в спорах между духовенством и мирянами. Не подчинившийся приговору папы подвергался штрафу в 10 фунтов золота. Такое преимущество духовного суда над светским, возникшее при папе Феликсе IV (526-530), в дальнейшем послужило основанием политического могущества духовенства. Видимо королевская власть в Италии после смерти Теодориха чувствовала себя не слишком прочной и такими привилегиями стремилась привлечь римскую церковь на свою сторону.

Во время недолгого правления папы Феликса была построена первая церковь у границ римского Форума на Виа Сакра — церковь святых Косьмы и Дамиана (Санти Космо э Дамиано), братьев-близнецов, аравийских врачей, погибших мученической смертью при императоре Диоклетиане. Притвором этой церкви послужил Храм Божественного Ромула. Сама церковь состоит из трех древних зданий, одно из которых называлось Templum Urbis Romae, поскольку на его стене располагалась мраморная доска с планом города, относившаяся ко времени Септимия Севера.

Базилика святых Косьмы и Дамиана. Вид со стороны Виа Фори Империали

Значимость этой церкви состоит в том, что она была создана для прославления арабов, а такой почести до тех пор удостаивались исключительно римские мученики. По всей вероятности, это было началом претензий римской церкви на универсальность. Возможно также, что римляне в это время жили под страхом приближавшейся чумы, а молитва братьев, спасших некогда императора Карина, считалась действеннее лекарств. Само место так же было выбрано не случайно — еще в древности здесь имели обыкновение собираться врачи. Предполагают, что здесь же жил и знаменитый Галлен.

Папа Феликс освящает базилику святых Косьмы и Дамиана.

Желая еще при жизни выбрать себе преемника, папа Феликс IV, заручился согласием части духовенства и назначил таковым Бонифация, архидиакона германского происхождения. Римский сенат возмутился подобным поступком и издал декрет, по которому каждый, попытавшийся назначить преемника папы еще при жизни последнего, наказывался изгнанием. После смерти Феликса в сентябре 530 года в церкви возник раскол — сторонники умершего посвятили в папы Бонифация, а его противники избрали папой грека Диоскора. К счастью для римской церкви Диоскор умер через чуть более полумесяца, и раскол не получил развития.

Бонифаций II (530-532) стал первым папой германского происхождения и принадлежал к древнему роду, служившему Риму во времена упадка. Желая устранить всякое влияние арианских королей на выбор папы Бонифаций повторил то, что сделал его предшественник, — сам назначил своего преемника. Ни Амалазунта, ни сенат не могли согласиться на такое самовластие, и Бонифаций был принужден торжественно отменить свое решение.

В римской церкви издавна установился обычай получать сан папы симонией, т.е. банальным подкупом лиц, от которых зависело назначение. Причем для покрытия расходов претенденты не стеснялись продавать даже церковное имущество. Для прекращения такой практики сенат еще при Феликсе IV издал декрет, запрещавший давать деньги за получение сана. Это сенатское постановление стало последним из известных нам и было подтверждено королем Аталарихом после избрания Иоанна II (533-535). Декрет был высечен на мраморной доске, которую повесили перед притвором базилики Святого Петра. Это говорит о том, что сенат все еще был в силе и даже мог издавать законы, которым церковь была обязана следовать. Однако дальнейшие события привели Рим к тяжелым катастрофам и долгой окутанной мраком истории.

Аталарих. Псевдоимперский чекан.

Дом великого короля Теодориха пал в результате столкновения готской доблести и римской цивилизации. Воспитывая юного Аталариха, Амалазунта знакомила его с римскими и греческими искусствами, которые, по мнению готских воинов, исключали мужественность и были враждебны господству их племени. Готы желали иметь своим королем не человека, знающего грамматику, а героя, достойного памяти своих предков. Амалазунта была вынуждена уступить.

Готская аристократия испытывала презрение к правлению женщины, чуждому их нравам и установлениям, и стремилась к ее свержению. В то же время среди римского населения набирала силу партия, относящаяся враждебно к абсолютизму правления Теодориха и стремлению его семьи привить готам римскую культуру. Сама же Амалазунта начинала понимать неизбежность гибели владычества готов над Италией, в которой они, будучи некатолическим народом, не могли пустить корни.

Аталарих стал немощен под влиянием предоставленных ему излишеств и 534 году умер в Равенне на 18 году жизни. Трон Теодориха остался без наследника. Положение Амалазунты стало весьма шатким и для его укрепления она взяла в соправители своего двоюродного брата Теодата, рассчитывая на то, что теперь он превратится из ее непримиримого врага в союзника. Амалазунта ошиблась.

Получив корону, Теодат, поддерживаемый врагами Амалазунты, отправил свою сестру на остров на озере Больсена и потребовал от нее сообщить восточному императору Юстиниану, что она совершенно довольна своим положением. Помимо того он отправил в Константинополь двух сенаторов, которые также должны были успокоить императора. Однако еще до их возвращения, в 535 году, дочь Теодориха была задушена проникшими к ней родственниками казненных по ее приказу готов. Вероятно, это было сделано не без ведома Теодата.

амалазунта
Остров, на котором была убита Амалазунта

Узнав об убийстве Амалазунты, Юстиниан притворился негодующим, но на самом деле был рад открывавшемуся для него пути в Италию. Пока его посол Петр вел переговоры с Теодатом, Юстиниан уже приказал своему войску в Далмации во главе с генералом Мандом напасть на готов, а консулу Велизарию — идти с флотом на захват Сицилии.

Отметим, что институт консульства подходил к концу. Со времени Константина консулы назначались ежегодно уже по одному для Рима и для Константинополя. Последний консул Рима, Деций Феодор Павлин младший, был назначен в 534 году, а в 541 году Юстиниан совсем упразднил эту должность. Правда в 566 году она была восстановлена, но принималась уже императором одновременно с вступлением на престол.

амалазунта
Амалазунта

Узнав о падении Сицилии, Теодат согласился на все поставленные ему Петром позорные условия. Он уступал Сицилию, обязался платить ежегодную дань в 300 фунтов золота и выставлять войско готов в 3000 человек по первому требованию восточного императора. Теперь король Италии не мог назначать сенаторов без разрешения императора, а так же лишался права казнить или отнимать имущество у сенаторов и священников. На играх в цирке первое приветствие народа предназначалось Юстиниану и только последующее — Теодату. При установке статуи королю справа от нее должна была ставиться статуя императора.

Испуг Теодата достиг таких размеров, что он, на всякий случай, если император не примет мира, заключил с Петром второй, еще более позорный договор, по которому обязывался уступить Юстиниану всю Италию за ежегодную пенсию в 1200 фунтов золота. Теодат взял с Петра клятву, что тот сообщит императору о втором договоре лишь в случае отвержения им первого. Послание с просьбой о мире отправил Юстиниану и сенат. Один из историков того времени сообщает, что король грозил сенаторам лишением жизни, если они своим влиянием не заставят императора отказаться от завоевания Италии. Рим был охвачен предчувствием катастрофы.

Теодат приказал занять город отрядом войск, чтобы не потерять власть в случае возмущений и быть готовым к внезапному вторжению греков с моря. Однако уже со времени Теодориха Рим, по закону, не мог быть занят чужестранными, в том числе и готскими войсками. Узнав о сопротивлении римлян, король начал писать им успокаивающие письма. В своем послании в сенат он говорил, что у готов нет никаких иных целей, кроме защиты Рима, города, которому нет равного в мире, и войско будет содержать себя само, никак не обременяя горожан. В конце концов Теодот пошел на уступки, объявив, что войска расположатся лагерем вне города, в Кампанье.

Теодат. Псевдоимперский чекан.

Посредником для заключения мира в Константинополь был отправлен папа Агапит I (535-536). Пошел он на это с большой неохотой и положительного результата не добился. От участи Иоанна I папу спасла только смерть, постигшая его в 536 году. Юстиниан принял второй договор, отвергнув первый и лишив этим недостойного гота короны Италии. Однако, когда послы императора прибыли в Равенну, они были заключены в тюрьму — бесхарактерный король, получив известия о небольших успехах готов в Далмации, решился на войну.

Летом 536 года Велизарий высадился на Апеннинском полуострове и обнаружил, что народы и города Нижней Италии встречают его с радостью и спешат облегчить его задачу. Первое сопротивление грекам было оказано лишь в Неаполе. Дело в том, что в этом небольшом, но хорошо укрепленном городе, проживало большое количество евреев, питавших вражду к преследовавшему их единоверцев Юстиниану и настроенных дружественно к веротерпимым готам. Лишь на двадцатый день осады Велизарий проник в город через водопровод, после чего Неаполь был разграблен, а жители подверглись беспощадной резне. Путь на Рим был свободен.

Готские войска стояли, вероятно, в гавани Тибра, у двух мостов реки Аниен и на Аппиевой дороге. Число их было невелико, поскольку большая их часть воевала с франками в Венетии и Галлии. Убедившись в неспособности своего короля дать отпор захватчикам и подозревая его в готовности заключить с Велизарием позорный мир, готы взбунтовались и удалились из лагеря по Аппиевой дороге. Остановились они в Регете, на понтийских болотах между Форумом Аппия и Террачиной, и здесь объявили Теодата низложенным. Воины подняли на щите своего предводителя Витигеса и по древнему обычаю громкими криками провозгласили его королем готов и римлян. Теодат же, спасаясь бегством, отправился по Фламиниевой дороге в Равенну, но был настигнут и задушен своим личным врагом по имени Оптарис.

Новый король со своим войском направился обратно в Рим, где обратился к готскому народу с воззванием, в котором говорил, что своему избранию обязан звукам военных труб. С этого времени последние короли готов снова стали свободно избираться войском и утратили всякую связь с римской культурой, которой так поклонялся дом Теодориха.

Витигес собрал своих воинов и объявил, что ситуация требует оставить Рим и идти в Равенну, чтобы сначала закончить войну с франками. Римляне же с помощью отряда готов смогут сами оказать сопротивление Велизарию, а если они сдадутся, то из скрытых врагов станут явными. Собрав сенат и духовенство, король напомнил им о всех благодеяниях, оказанных Риму Теодорихом, и принял от них присягу верности. После этого он, оставив 4000 своих воинов и взяв в заложники часть сенаторов, отправился в Равенну.

Велизарий

В Равенне король принудил выйти за него замуж жившую здесь дочь Амалазунты — Матазунту. С помощью этого брака он надеялся на признание себя королем всеми готами, а так же рассчитывал склонить к мирным предложениям Юстиниана. Франкам же он уступил провинции в Южной Галлии в обмен на мир и помощь, получив возможность призвать освободившиеся готские войска.

В это время Велизарий приближался к Риму по Латинской дороге. Римляне выслали ему навстречу послов с просьбой о мире и с ключами от города. Это решение поддерживал и папа Сильверий (536-537), надеявшийся с помощью греков установить ортодоксальную веру. Оставленный во главе готского отряда Левдерис не видел возможности защищать большой враждебно настроенный город с помощью 4000 человек и отправил своих солдат в Равенну, не причинив римлянам никакого вреда, а сам остался из чувства долга.

Велизарий вступил в Рим 9 декабря 536 года под всеобщее ликование римлян, мечтавших о искоренении арианской ереси и о восстановлении римской империи. Никто из них не подозревал, что на смену весьма умеренному 60-летнему готскому правлению со многими свободами приходит унизительное рабство под господством Константинополя.

Далее: Готы. Велизарий и Витигес. Осада Рима. 537-538 гг
Назад: Готы. Одоакр (476-493) и Теодорих (493-526)

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

Готы. Одоакр (476-493) и Теодорих (493-526)

Итак, в 476 году германский полководец Флавий Одоакр вошел в Равенну, где в это время находился императорский престол, и заставил отречься Ромула Августула, последнего римского императора. Это произошло 4 сентября. С этого дня заканчивается история Римской Империи и начинается история Средневековья или Темных Веков. Правда сама бывшая империя не сразу это заметила.

одоакр
Одоакр свергает Ромула Августула

Одоакр стал первым в истории германским правителем Италии. Он остался жить в Равенне и никакого нового политического строя не создавал. Даже форма правления осталась традиционной римской. И в отсутствие императора условия существования римлян не изменились. Самим Римом по-прежнему управлял префект, а с 480 года Одоакр возобновил традицию назначения двух консулов, которые, вступая в должность, как и раньше одаряли народ деньгами и устраивали игры в цирке. По-прежнему пользовались уважением и составляли городской совет сенаторы, наследники древних фамилий.

одоакр
Солид Одоакра

За 17 лет правления Одоакра существование Рима прошло совершенно незаметно для истории. Этот период известен лишь постройкой церквей и возрастанием почитания святых. Крещеные потомки язычников не утратили своей привычки ко множеству разнообразных храмов и богов и нуждались взамен такого же количества церквей и святых. Пригороды активно развивались вокруг захоронений мучеников. Здесь появилось множество постоялых дворов, лавок и таверн, обслуживающих паломников, стекавшихся в Рим со всех уголков христианского мира.

Папа Симплиций (468-483) посвятил первомученику Стефану базилику на Целии (Сан Стефано Ротондо), бывшую до этого, предположительно, храмом Фавна. Если такое предположение верно, то это первая церковь, созданная на базе языческого храма. На самом деле круглая форма Сан Стефано имеется лишь у нескольких церквей, и все они — языческого происхождения.

Еще одну базилику на Эсквилине, рядом с Санта Мария Маджоре, папа Симплиций посвятил Святому Андрею. Ее здание было построено в 317 году консулом Юнием Бассом для совершенно других целей. Оно представляло собой четырехугольную залу, украшенную разноцветной мраморной мозаикой с мифологическими сценами. Присоединив к готовому сооружению апсиду, папа превратил его в христианскую базилику, даже не тронув языческие украшения, что было характерной чертой 5 века. Эти украшения еще долго сохранялись в апостольской базилике. Но в 17 веке вся она была разрушена.

В 483 году папа Симплиций умер. До этого момента епископы Рима (папы) назначались по результатам выборов всей церковной общины города. Избирательный протокол предоставлялся императору, который, после проверки протокола имперскими чиновниками, и утверждал епископа. Этим правом императора решил воспользоваться и Одоакр. Будучи патрицием и королем, он, однако, не принадлежал к католической церкви, поскольку все германцы в то время исповедовали арианство, ересь в понимании католиков.

Одоакр послал в Рим Василия, своего чиновника, префекта претория, который должен был защищать права короля перед народом и сенатом и наблюдать за ходом нового избрания. Василий собрал духовенство в мавзолее императора Гонория, находившегося у церкви Святого Петра, и предъявил ему указ, будто бы признанный Симплицием, по которому избрание папы впредь должно было проводиться с участием королевских послов. Духовенство подчинилось воле короля. Папой был избран Феликс III, римлянин из знатного рода Анициев.

И все же Одоакр оставался в Равенне чужестранцем, которого боялись и ненавидели. Между варварством его соплеменников и римской цивилизацией лежала непреодолимая пропасть. Восточный император Зенон считал его узурпатором и только ждал случая покончить с Одоакром. Случай представился в лице Теодориха, вождя другого воинственного германского племени — остготов. Константинополь страшился повторяющихся набегов остготов на восточную империю, грозивших ей тем же, чем и Одоакр Италии. Зенон вступил в союз с Теодорихом, дав ему звание консула и титул патриция, и отправил остготов на запад, предложив Теодориху освободить Италию от Одоакра.

теодорихВ 488 году Теодорих со своим народом перешел Альпы. Борьба двух германцев за обладание Италией была долгой и жестокой. Разбитый у Вероны Одоакр отступил в Равенну. Римский сенат, находившийся в переписке с Константинополем, вел тайные переговоры с Теодорихом, а когда Одоакр оказался осажденным в Равенне, открыто встал на сторону первого, и уже в 490 году Теодорих послал к Зенону главу сената, патриция Феста, с просьбой о присылке ему королевского одеяния.

Три года Одоакр защищал Равенну, но 5 марта 493 года был вынужден открыть Теодориху ворота. Несколько дней спустя договор между ними был нарушен — по приказанию Теодориха Одоакр и его сторонники были убиты. Возведя себя в сан короля Италии, победитель уже не заботился о утверждении этого звания новым восточным императором Анастасием, занявшим трон после смерти Зенона в 491 году. Утверждение было получено в 498 году. Император вернул Теодориху все отосланные Одоакром в Константинополь регалии римского трона. Это давало ему право управления Италией так, как ей управляли западные императоры.

Новый завоеватель уважал законный авторитет империи, питая чувство благоговения к императору и признавая себя его подданным. Он поселился в Равенне, решив управлять отсюда по римскому образцу. Тем не менее, он отдал треть страны в собственность своим воинам, и местное население подверглось полному разгрому. К тому же Теодорих и его народ принадлежали к арианскому вероисповеданию, что так же грозило будущими неприятностями.

Уцелевшие латиняне стекались в разоренные города, где еще действовали римские законы, муниципальные учреждения и древняя цивилизация, а епископы охраняли национальное единство с помощью церковной организации. Рим тоже страдал от голода и нищеты, но в этот раз избег разрушений войны. Не имея возможности влиять на судьбу Италии, римский народ сосредоточился на делах церкви, найдя в них замену политической жизни.

К этому времени в Риме все еще сохранялся последний языческий праздник — луперкалии, который терпелся официально. Святыней луперкалий была темная пещера у подножия Палатинского холма, в которой мифологическая волчица вскормила Ромула и Рема, основателей Рима. Праздник проходил 15 февраля, главным образом у этой пещеры. Луперки, юноши, участвовавшие в праздновании, появлялись перед народом раздетыми (прикрытыми только фартуками из шкур жертвенных животных) и далее расходились по городу, нанося женщинам удары кожаными ремнями в правую руку, передавая им таким образом благодать плодородия.

Празднование Луперкалий. Андреа Камассеи. 1635

Древний обычай так вошел в жизнь римлян, что они не могли отказаться от него даже после перехода в христианскую веру. Это ежегодное действо приводило в ужас римского епископа, хотя участие в нем к тому времени принимали уже только рабы и простой народ. Воспламененный гневом папа Геласий (492-496) объяснял римлянам, что нельзя одновременно насыщаться и за трапезой Бога, и за столом демонов. Видимо папе удалось убедить сенат отменить праздник, а церковь, следуя своей обычной политике, превратила его в праздник Сретения Господня. Этот новый праздник был установлен на 2 февраля и отмечается в этот день и поныне.

Папа Симмах

Несколькими годами спустя в церкви случилось серьезное столкновение. 22 ноября 489 года при избрании нового папы большинство духовенства проголосовало за сардинца Симмаха. В это время из Константинополя вернулся ведший с императором переговоры о признании Теодориха королем сенатор Фест. Он же участвовал и в переговорах о принятии Генотикона, эдикта, которым еще император Зенон в 482 году пытался положить конец спорам о природе Христа. Восток принял эдикт, но римские епископы отказывались сделать это. Фест был согласен с императором и, подкупив привезенным из Константинополя золотом часть римского духовенства, добился избрания в епископы дьякона Лаврентия, который, в благодарность, обещал утвердить эдикт своей подписью.

В один и тот же день два человека были посвящены в папы: Симмах — в базилике Святого Петра, и Лаврентий — в базилике Святой Марии. Тотчас после этого священники, сенат и народ разделились на два враждебных лагеря. Раскол оказался подобен самой яростной гражданской войне с борьбой в церквях и на улицах. В конце концов Теодорих призвал руководителей враждующих сторон к себе в Равенну. Здесь арианский король своей властью и с полной справедливостью решил, что папой должен быть признан тот, кто выбран большинством. Апостольский престол занял Симмах (498-514).

Спокойствие было восстановлено, и 1 марта 499 года папа Симмах созвал свой первый римский собор в базилике Святого Петра. Этот собор занимался выработкой такого порядка избрания пап, при котором устранялось бы влияние интриг отдельных партий. Для нас соборные акты интересны тем, что по ним можно определить существовавшие к тому времени в Риме титулусы, первые базилики, построенные на основе действовавших во времена гонений домовых церквей. Всего их насчитывается 28:

  • Titulus Praxidae (нынешняя базилика Санта Прасседе)

  • Titulus Vestinae (нынешняя базилика Сан Витале)
  • Titulus S.Caeciliae (нынешняя базилика Санта Чечилия ин Трастевере)

  • Titulus Pammachii (нынешняя базилика Санти Джованни э Паоло; сенатор Паммахий раздал свое имущество бедным, стал монахом и устроил эту церковь)

  • Titulus S.Clementis (нынешняя базилика Сан Клементе)

  • Tituus Juli (нынешняя базилика Санта Мария ин Трастевере)

  • Titulus Chrysogoni (нынешняя базилика Сан Крисогоно)

  • Titulus Pudentis (нынешняя базилика Санта Пуденциана)

  • Titulus S.Sabinae (нынешняя базилика Санта Сабина аль Авентино)

  • Titulus Equitii (нынешняя базилика Сан Мартино аи Монти)

  • Titulus Damasi (нынешняя базилика Сан Лоренцо ин Дамасо)

  • Titulus Matthaei (находилась между Санта Мария Маджоре и Латераном; сейчас не существует)

  • Titulus Aemilianae (где находилась, неизвестно; сейчас не существует)

  • Titulus Eusebii (нынешняя базилика Сант Эусебио аль Эсквилино)

  • Titulus Tigridae (нынешняя базилика Сан Систо Веккьо)

  • Titulus Crescentianae (возможно, нынешняя базилика Салита ди Марфорио, но это не подтверждено)

  • Titulus Nicomedis (находилась где-то на Виа Номентана; сейчас не существует)

  • Titulus Cyriaci (находилась в районе терм Диоклетиана; сейчас не существует)

  • Titulus S.Susannae (нынешняя базилика Санта Сусанна алле Терме)

  • Titulus Romani (сейчас не существует; где находилась, неизвестно)

  • Titulus Vitantii (сейчас не существует; где находилась, неизвестно)

  • Titulus Anastasiae (нынешняя базилика Санта Анастасиа аль Палатино)

  • Titulus Sanctorum Apostolorum (местоположение неизвестно)

  • Titulus Fasciole (нынешняя базилика Санти Нерео э Ахиллео)

  • Titulus S.Priscae (нынешняя базилика Санта Приска)

  • Titulus S.Marcelli (нынешняя базилика Сан Марчелло аль Корсо)

  • Titulus Lucinae (нынешняя базилика Сан Лоренцо ин Лючина)

  • Titulus Marci (нынешняя базилика Сан Марко Евангелиста аль Кампидолио)

Любопытно, что практически все эти древние приходские церкви Рима были посвящены святым — римлянам или служащим римской церкви, принявшими мученическую смерть именно за эту церковь. Среди них нет ни одного греческого святого, и исключение сделано лишь для апостолов — им всем была посвящена одна церковь, и еще по одной посвятили евангелистам Матфею и Марку.

Только эти 28 церквей-титулосов имели право совершать таинства. Каждая такая церковь имела одного пресвитера, но позднее их число возросло до двух и трех, и тогда первый священник стал называться Cardinalis или пресвитер-кардинал. Их число, 28, было установлено при папе Юлии I в 336 году и долгое время не превышалось. Оно соответствовало четырем патриархальным базиликам, в каждой их которых было по 7 кардиналов-пресвитеров, каждый из которых служил обедню один день в неделю.

Но вернемся к Теодориху. Ему, такому же чужеземцу и варвару, как и Одоакр, удалось, в отличие от последнего, внушить к себе уважение римлян. Его справедливость и мужество, а так же внимание к устройству римской государственности, расположили к нему народ. Да и господство германцев в Италии стало уже обыденностью.

теодорих
Теодорих, король остготов. Феликс Кастелло. 1635

Готский король не тронул ни одного из установлений римской республики, ничего не изменив ни в политической, ни в гражданской жизни Рима. Даже себе он взял патрицианское имя Флавиев. Его 17 посланий к сенаторам написаны официальным стилем римских императоров и содержат в себе уважение к достоинству сената и намерение сохранить и возвысить его значение. Теодорих сохранил все должности, бывшие при императорах, постаравшись вернуть им их значение. Не изменилось и римское законодательство. Можно сказать, что для обеспечения своего положения в Италии, ему было просто необходимо встроиться в существовавшую веками систему. Тем не менее, система эта уже стала безжизненной, и ее искусственная поддержка делала невозможной гражданскую реорганизацию Италии в соответствии с требованиями нового времени и служила лишь на пользу церкви, которая с распадом государства только усиливала свое влияние.

Теодорих вступил в Рим в 500 году как император, и римские льстецы приветствовали его как нового Траяна. Руководимый разумной предусмотрительностью, король-арианин сначала проследовал в базилику Святого Петра, где вознес свою молитву над могилой апостола «с великим благословением и как католик», а уже затем торжественно направился в Рим через Адрианов мост. Эта процедура в дальнейшем повторялась всеми его преемниками, носившими титул императора.

Теодорих разместился в давно пустовавшем императорском дворце на Палатине, чем привел римлян в восторг, дав им насладиться давно невиданным зрелищем вступления их властителя в курию. Здесь, с помоста сената, Теодорих обратился к народу с приветствием. Речь короля, не имевшего литературного образования и произнесенная на северном диалекте латыни, была краткой. Он объявил римлянам, что будет охранять все прежние установления императоров и велит выгравировать свое обещание на медной доске.

Эдикты Теодориха, записанные сенатором Кассиодором, дают нам возможность представить тогдашнее состояние Рима. Вместе с тем они свидетельствуют и о заботах короля, направленных на сохранение города и, видимо, более достойного владеть Римом, чем многие императоры до него.

Кассиодор говорит о многочисленных статуях и чрезмерном множестве конных статуй. Ни отвращение христиан к изображениям языческих богов, ни хищения Константина, ни разграбления Рима германскими племенами не смогли опустошить неистощимые сокровища римского искусства. Пусть число статуй уже не равнялось числу горожан, но их оставалось так много, что едва ли представлялось возможным сосчитать. Теперь особый начальник, имевший титул comitiva romana и подчиненный непосредственно префекту города, должен был наблюдать за сохранностью статуй. Разумный Теодорих признавал, что лучшей охраной произведений искусства во времена общего упадка служит не любовь к прекрасному, а уличная стража. Эта же охрана была распространена и на провинции.

Но сами римляне уже настолько впали в варварство, что никакие указы Теодориха не могли обуздать население, и ему оставалось лишь сокрушаться о том оскорблении, которое они наносили памяти своих предков, обезображивая прекрасные творения. Обнищавшие и деморализованные горожане, не имея возможности утащить целые статуи, отбивали у них отдельные части и вытаскивали из мраморных плит металлические скрепы. В конце Средневековья потомки этих римлян с изумлением смотрели на образовавшиеся в стенах провалы и приписывали разрушения тем самым готам, которые пытались уберечь город.

Теодорих считал своим долгом как охрану наследия древних римлян, так и пополнение города достойными его сооружениями, хотя никогда не собирался делать Рим своей резиденцией. Он назначил городского архитектора, подчиненного префекту, и возложил на него заботу о сохранении памятников и возведения новых сооружений в точном соответствии древнему стилю. По примеру прежних императоров Теодорих стал ежегодно отчислять часть доходов на реставрацию зданий, а на поддержание в порядке городских стен отпускать по 25 000 кирпичей. Не меньшая забота была уделена клоакам и акведукам.

теодорих
Солид Теодориха

Многие здания ослабели и начали расползаться под своим огромным весом. На восстановление дворца цезарей, в котором Теодорих останавливался по приеду в Рим, им была назначена ежегодная сумма в 200 фунтов золотом из налогов на вино. Восстановление театра Помпея было поручено сенатору Симмаху. Хорошо сохранились к этому времени форум Траяна, Колизей, Большой Цирк и, возможно, Капитолий.

Колизей (амфитиатр Флавиев) и Большой Цирк все еще служили местом игр, так любимых римлянами. Король, сокрушаясь о грубости развлечений римлян, нашел, что с ней приходится мириться, поскольку видел, что даже церковь не смогла искоренить подобные зрелища. Поэтому при каждом торжественном случае по-прежнему устраивались увеселения. Историки той эпохи отмечают, что Теодорих, пребывая в Риме, устраивал для народа зрелища в амфитеатре и цирке. Другие заведения, такие как цирки Фламиния и Максенция, при этом совершенно не упоминаются.

Колизей ремонтировался уже несколько раз. В 422 году он пострадал от сильного землетрясения и был восстановлен при Валентиниане III. Какие-то исправления проводились между 467 и 472 годами. В начале 6 века он пережил еще одно землетрясение и восстановление уже при Теодорихе. Гладиаторские бои исчезли с его арены еще при Гонории, но римляне, привыкшие наслаждаться видом крови по-прежнему имели возможность наблюдать за травлей диких зверей, промежутки в которой заполнялись борцами.

Большой Цирк впервые был построен еще при царях и в том или ином виде пережил все периоды существования города. После большого пожара при Нероне он был восстановлен Траяном, а последнее украшение — огромный египетский обелиск — в пару установленному Августом поставил Констанций. Оба обелиска существуют до сих пор — один стоит перед Латераном, а второй — на Пьяцца дель Пополо.

Сократившееся население Рима уже не заполняло собой 150 000 мест вокруг арены. К 500 году часть мраморных сидений была разрушена, портик поврежден, а наружные лавки покинуты торговцами. Статуи, установленные здесь Септимием Севером, были похищены или изуродованы. Тем не менее сооружение продолжало функционировать, давая повод к кровавым столкновениям. Происходило это, правда, вследствие страстной борьбы существовавших в народе цирковых партий.

большой цирк
Большой Цирк. Реконструкция

Эти партии — prasina (зеленые) и veneta (серо-голубые) яростно враждовали между собой. Так народ заменял утраченное им участие в государственной жизни. И хотя в римском цирке не проходило таких кровавых столкновений, как в константинопольском, где в 501 году во время драки голубых и зеленых погибло более 3000 человек, здесь тоже не было недостатка в побоищах среди зрителей.

В 509 году двое сенаторов, приверженцев голубых, напали на зеленых и убили одного человека. Если в Константинополе зеленые после такого события могли поджечь город, то не столь горячие римляне обратились к помощи властей. Теодорих приказал предать обоих сенаторов суду, после чего издал закон, каравший любое насилие сенатора над свободным человеком. Тем же сенаторам, которые в своем высокомерии не были способны спокойно относиться к оскорбительным и презрительным возгласам народа, король напоминал в каком месте они находятся — «В цирке не приходится искать Катонов». По словам самого Теодориха, он сохранял цирковые игры только потому, что не находил в себе сил бороться с детскими наклонностями народа и думал, что мудрость велит иногда делать уступку глупости.

Проявлял Теодорих и заботу о благополучии самих римлян, конечно, настолько, насколько позволяли средства. Некоторые историки восхваляют этот период как золотой век, но золотым он был лишь по сравнению с недавним прошлым. Была восстановлена раздача мяса и масла. Ежегодно народу выделялось 120 000 модиев (1 038 480 литров) зерна. Бедные в госпиталях Святого Петра дополнительно получали 3000 медимнов (157 500 литров) зерна ежегодно. Цены были снижены настолько, что за 1 солид можно было купить 60 модиев (около 525 литров) пшеницы или 30 амфор вина. Сенаторы смогли вернуться в свои разоренные виллы, не опасаясь новых варварских разграблений. После трагических событий последних лет Рим, казалось бы, возвращался в состояние мирного благополучия.

Беда пришла откуда не ждали. И ее причиной стал церковный фанатизм. Будто публика в Большом Цирке, римская церковь распадалась на партии.

Вернемся к первому расколу, сопровождавшему избрание папы Симмаха. После его утверждения Теодорихом враждовавшие партии в течение шести месяцев сохраняли внешнее спокойствие (возможно, из-за пребывания в городе короля). Однако далее спор вспыхнул в еще более ожесточенной форме. Симмах удалил Лаврентия из Рима, но руководившие противной партией священники и сенаторы вернули его и предъявили королю обвинения против папы. Для расследования дела Теодорих послал в Рим епископа Петра из Альтинума и приказал созвать собор для восстановления мира.

Этот собор, Synodus Palmaris, на котором присутствовало 115 епископов, состоялся в январе 499 года в портике базилики Святого Петра, а затем — в базилике Юлия (Санта Мария ин Трастевере). Однако здесь возникли шумные беспорядки, и собор было решено перенести в Сан Кроче ин Джерусалемме. По дороге на собравшихся напала вооруженная партия Лаврентия, и многие приверженцы папы были убиты. Собор снова собрался у Святого Петра и признал правоту Симмаха, осудив Лаврентия. Симмах был восстановлен на престоле Святого Петра. 6 ноября 502 года Симмах снова созвал собор в базилике Святого Петра. На этот раз епископы отменили декрет Одоакра, по которому избрание папы должно было происходить при участии королевских представителей. Теперь папа должен был избираться без влияния светской власти.

Все это так и не принесло спокойствия в город. Еще несколько лет враждующие партии дрались на улицах, зачастую доводя дело до убийств. Многие священники были забиты палками прямо у церквей. Даже монахини в монастырях подвергались насилию. Конечно, не обошлось и без грабежей. Успокоился Рим только к 514 году.

Фонтан базилики Святого Петра. Рисунок неизвестного автора. 1525 год

В промежутках между этими сражениями Симмах находил время для того, чтобы украсить существующие церкви и учредить ряд новых. Особое внимание было уделено базилике Святого Петра. Атриум выстлали мраморными плитами, а кантарус (род фонтана) и стены квадрипортика покрыли мозаикой. Для народа перед базиликой устроили дополнительный источник воды, ставший предшественником двух современных фонтанов. Лестницу расширили, а по двум ее сторонам выстроили жилые помещения для епископа (епископии). Неподалеку была построена базилика Святого Андрея. При базиликах Святого Петра, Сан Паоло фуори ле Мура и Сан Лоренцо фуори ле Мура были устроены госпитали. На Яникуле была построена базилика Святого Панкратия, стоящая в измененном виде и поныне.

Симмах умер в 514 году, и на его место был избран Гормизд (514-523), девять лет правления которого прошли довольно спокойно. Но при его преемнике, Иоанне I (523-526), добрые отношения между Теодорихом и католической церковью были нарушены. В 523 году восточный император Юстин издал эдикт, предписывавший преследовать ариан во всем государстве. По всей вероятности, он преследовал цель поколебать авторитет арианина Теодориха в Италии и вернуть запад под власть греков.

Подстрекаемый римским католическим духовенством, латинский народ начал испытывать вражду к чужеземцам-арианам, которые, став господами в Италии, не отказались от своей ереси. Конечно Теодорих заподозрил в неблагодарности и измене город, которому он оказал столько благодеяний, тем более, что сам он проявлял полную терпимость к католическому вероисповеданию. Полный гнева, он объявил, что за преследование ариан на востоке он запретит католическое богослужение в Италии. После этого король приказал сравнять с землей один молитвенный дом в Вероне (возможно, тому была причина) и запретил итальянцам носить оружие. После почти 33-летнего правления, давшего мир близкой к гибели Италии, король понял, что так и остался чужаком, и ради самосохранения был вынужден прибегнуть к деспотическим мерам.

По подозрению в государственной измене были казнены два сенатора, Боэтий и Симмах. Вызванный из Рима в Равенну папа Иоанн по приказанию Теодориха отправился в Константинополь, чтобы добиваться возвращения прав гонимым на востоке арианам. Однако Юстин принял его не как посла готского короля, а как главу католического христианства, со всем подобающим почетом и демонстративным торжеством. Важнейшие задачи посольства остались нерешенными, и по возвращении в Равенну папа был заключен в тюрьму, где и скончался 18 мая 526 года.

После этого Теодорих отказался от снисхождения, оказываемого им ранее католической церкви, и решил подчинить своей воле процедуру замещения престола Святого Петра. Как на очередного кандидата он указал на Фимбрия из Беневента, и трепетавшие от страха римляне избрали того папой под именем Феликса IV (526-530). Этот акт, обходимый молчанием книгой пап (Liber Pontificalis), имел важные последствия. С этого момента преемники Теодориха считали своим правом утверждать каждого папу.

30 августа 526 года Теодорих умер в Равенне после непродолжительной болезни. Книга пап утверждает, что эта смерть была ниспослана Богом в наказание за те мучения, которым был подвергнут папа Иоанн. Гот Иордан говорил, что когда король достиг преклонного возраста, он призвал к себе готских графов и объявил королем своего едва достигшего десятилетия внука Аталариха. Он так же завещал им охранять своего короля, любить сенат и римский народ и относиться к греческому императору с миролюбием и добрым расположением.

Правление Теодориха было первой попыткой германцев основать на развалинах империи новый мировой порядок, сочетавший в себе римскую культуру с северным варварством. Он стал предтечей Карла Великого, первым остановившим все еще идущие волны переселений и планировавшим объединить под одной властью все германские народности.

Память о Теодорихе, благородном чужеземце, правившем Римом и Италией до сих пор живет во многих, отстроенных им городах. В Равенне находится его огромный круглый надгробный памятник с монолитом в виде купола, над которы некогда возвышалась порфировая урна. В Вероне показывают замки Теодориха, и даже в Южной Террачине развалины одного из замков носят его имя. Это имя восхваляется в древней надписи, говорящей, что он восстановил Аппиеву дорогу и осушил Понтийские болота. Конечно, множество статуй короля было воздвигнуто и в самом Риме, но ни одна из них не сохранилась. Лишь Мавзолей Адриана, по образцу которого Теодорих, вероятно, приказал выстроить собственный в Равенне, в течение нескольких веков назывался «домом или темницей Теодориха», поскольку король пользовался им как государственной тюрьмой.

теодорих
Мавзолей Теодориха в Равенне

Римлянам никогда не стоит забывать о том, с какой заботой Теодорих охранял их памятники и культуру, чего нельзя сказать о их собственных предках. Впрочем, итальянские историки беспристрастно воздали хвалу доблестям великого готского короля.

Далее: Готы. Амалазунта (526-535) и Теодат (535-536)
Назад: Империя. Доминат. Основные события.

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email: