Архив рубрики: ИСТОРИЯ

Средневековье. 1254 — 1266. Конец германской империи

Смерть Иннокентия IV, победа Манфреда при Фоджии и потеря войска, остатки которого кардинал Фиески привел в Неаполь, шокировали кардиналов. Говорили, что сарацины уже приближаются, чтобы захватить священную коллегию. Только Фиески помешал постыдному бегству и заставил кардиналов провести новые выборы.

Александр IV

12 декабря 1254 года папой был избран толстый, добродушный и богобоязненный, но слабохарактерный и жадный до денег человек, епископ Остии и Веллетри, член дома Конти и племянник Григория IX, Реджинальд. 27 декабря он принял посвящение под именем Александра IV. Не одаренный большими талантами, новый папа попытался идти дальше по опасному пути, проложенному Иннокентием IV. Посылая в Германию письма, удостоверявшие его благоволение к маленькому Конрадину, Александр уже 9 апреля 1255 года отправил в Англию буллу, утверждавшую ленное право наследников Генриха III на Сицилию.

Данный Генрихом обет крестового похода новый папа бессовестно обратил в обязанность завоевания Сицилии, однако английский король, обещая все, не исполнял ничего. И когда Александр IV потерял надежду отнять Сицилийское королевство у Манфреда, признанного регентом опекунами Конрадина, он покинул Неаполь и в июле отправился в Ананьи, а в конце ноября 1255 года прибыл в Рим, где в это время происходили важные события.

Уже три года городом управлял сенатор Бранкалеоне, сумевший добиться подчинения себе надменной аристократии. Силой оружия была восстановлена юрисдикция Капитолия как в окрестной области, так и в замках баронов. Сенатор обложил налогами духовенство, подчинил его гражданскому суду, а так же перевел часть церковного имущества в городское финансовое управление. Рим начал превращаться в настоящий вольный город, свободный от папы и императора, а римский народ увидел в Бранкалеоне своего защитника.

Однако трехлетний срок правления Бранкалеоне истек, и на очередных выборах аристократия и духовенство обвинили его в иноземной тирании (сенатор был родом из Болоньи) и при поддержке своей партии взяли штурмом Капитолий. Бранкалеоне был посажен в башню Пассерано и остался жив лишь благодаря тому, что Болонья удерживала у себя римских заложников. В разгар этих событий и прибыл в Рим новоизбранный папа Александр IV. На его требование безоговорочного освобождения заложников Болонья ответила отказом, после чего на нее был наложен интердикт. Победившая же партия выбрала нового сенатора (тоже иноземца, родом из Брешии) Эммануэля де Мадио.

Благодаря твердости болонцев летом 1256 года Бранкалеоне был освобожден и, покрытый славой, вернулся в родной город. С Болоньи, после выдачи ей заложников, был снят интердикт. Правление же де Мадио оказалось бурным и несчастливым. Своей слабостью и приверженностью исключительно партийным интересам новый сенатор ожесточил против себя народ. Власть в городе захватили магнаты, и старая смута вспыхнула с новой силой. Народ поднял восстание, сделавшееся к весне 1257 года всеобщим. Разрозненные цехи объединились, Эммануэль был убит, часть аристократов изгнана из города, а папа скрылся в Витербо. Римляне снова призвали Бранкалеоне и вручили ему сенаторскую должность еще на три года.

Второе правление Бранкалеоне началось со строгостью, необходимой ввиду плачевного состояния города. Гвельфская знать была либо изгнана, либо брошена в тюрьму, либо казнена. С Манфредом, готовым возложить на себя корону Сицилийского королевства, был заключен союз против гвельфской партии. Александр IV отлучил Бранкалеоне и его советников, чем вызвал лишь ответные насмешки и заявление сенатора об отсутствии у папы права на отлучение римских должностных лиц. Гражданская власть папы в Риме тем более не признавалась.

После этого Бранкалеоне взялся за магнатов. Он приказал разрушить дворянские замки, служившие темницами для должников и вертепами насилия и разврата. По списку 1257 года должны были быть уничтожены более 140 укрепленных башен, что дает некоторое представление об их общем количестве. Судя по всему Рим того периода представлял собой воинственную картину с несколькими сотнями вздымавшихся к небу башен.

Поскольку многие из этих башен, составлявших значительную часть баронских дворцов, были воздвигнуты на древних постройках, такое систематическое их истребление послужило причиной гибели и многих памятников древности. Поэтому Бранкалеоне считается одним из худших врагов римских монументов, и с него началась новая эпоха разрушения античного города. Предназначенные к уничтожению дворцы были в то же время отданы на разграбление, при котором погибло множество фамильных архивов вместе с хранившимися в них документами.

Вид, который город приобрел после этого акта правосудия, должен был быть ужасен, но Рим уже давно привык к подобным разрушениям. Граждане того времени постоянно ходили среди развалин и почти каждый день видели, как их количество растет. Варварское разрушение домов было совершенно обычным делом. Средневековые города находились в состоянии постоянной революции, и как только народ где-нибудь поднимал восстание, он тут же разрушал дома врагов. Когда один род воевал с другим, разрушались дворцы побежденной стороны; когда государственная власть изгоняла виновных, их жилища подвергались разорению; когда инквизиция находила в каком-нибудь доме еретика, этот дом по распоряжению государственной власти сравнивался с землей, а если войско овладевало неприятельским городом, оно разрушало стены, а то и обращало в развалины и сам город.

Вместе с гибелью своих башен погибли и владевшие ими дворянские роды, поскольку многие магнаты искупили свою вину изгнанием, конфискацией имений и смертью от руки палача. Зато в городе и в Кампаньи теперь царили спокойствие и безопасность. Бранкалеоне управлял, внушая и страх и любовь, но недолго. Он заболел лихорадкой во время осады Корнето, города, имевшего важное значение как хлебный рынок и отказавшего ему в присяге на подданство. Сенатор велел перевезти себя в Рим и умер в Капитолии в расцвете сил в 1258 году. Единогласное суждение современников прославило Бранкалеоне д’Андало как непреклонного борца со всякой несправедливостью, строгого защитника закона и народа.

бранкалеонеСейчас воспоминания о Бранкалеоне совершенно исчезли в Риме, где ему нет ни одного памятника и не посвящена ни одна надпись. Сохранились только его монеты. На одной их стороне находится изображение идущего льва и имя Бранкалеоне, а на другой — богиня Рома на троне с шаром и пальмовой ветвью в руках и надпись «Рим — глава мира». Таким образом имя сенатора впервые появилось на римских монетах, и они не содержали обычного для того времени изображения Святого Петра или его имени.

Воспользовавшись смертью Бранкалеоне, папа попытался восстановить в Риме власть Святого Престола. Он отправил в город послов и запретил выбирать нового сенатора без своего согласия. Однако римляне лишь посмеялись над этим запретом. Умирая, Бранкалеоне посоветовал им выбрать своим преемником его собственного дядю, и сенатором был назначен Кастеллано дельи Андало. По примеру своего племянника он так же обезопасил свое положение заложниками, но смог продержаться на посту лишь до весны 1259 года. Подкупленная аристократами чернь восстала, и Кастеллано был брошен в тюрьму. Под влиянием папы снова были выбраны два местных сенатора — Наполеон Орсини и Рихард Анибальди. Но, несмотря на то, что гвельфская партия опять вошла в силу, эти двое сохранили независимость Капитолия.

урбан IV
Урбан IV

25 мая 1261 года Александр IV умер в Витербо. Несколько месяцев кардиналы колебались и только 29 августа ими был избран папой случайно оказавшийся на коллегии иерусалимский патриарх Иаков Панталеон, сын сапожника из Труа. 4 сентября 1261 года здесь же, в Витербо, он принял посвящение под именем Урбана IV. Этот папа не поехал в Рим и никогда не вступал в Латеран. Более того, занятие Святого Престола французом увело папство с национального пути и отдало его в руки французской монархии.

Рим продолжали сотрясать межпартийные распри. Вскоре после смерти Александра гвельфы выбрали в пожизненные сенаторы Ричарда Корнваллийского, коронованного римского короля, гибеллины же провозгласили сенатором Манфреда Сицилийского. Впервые римляне передавали власть чужому королю, поскольку чувствовали себя слишком слабыми для противостояния папе. Урбан IV, в свою очередь, постарался устранить обоих претендентов и прекратить партийную борьбу. В конце концов ему удалось добиться спокойствия в городе, и народ передал полномочия по выбору сенатора доверенным людям.

С подачи папы должность досталась Карлу Анжуйскому, младшему брату французского короля Людовика IX. Помимо того, Урбан тут же предложил Карлу сицилийскую корону. Людовик не соглашался на завоевание Сицилии своим братом, поскольку это нарушало чужие права, но папа сумел убедить короля, что обладание Сицилией откроет дорогу на Восток. Избрание Карла сенатором состоялось в августе 1263 года и не вызвало удовольствия у римского народа.

Нахождение в руках одного человека власти и над Сицилией и над Римом ставило папу в затруднительное положение и поэтому Урбан подготовил для Карла договор, по которому последний принимал сенаторскую должность на пять лет и отказывался от нее, если в течение этого времени овладевал Сицилией. И в любом случае Карл должен был позаботиться о том, чтобы господство над Римом снова перешло к Святому престолу. Папским предписанием легату приказывалось прервать переговоры и уехать в случае отказа Карла от торжественного признания и охраны прав церкви как обязанности сенатора.

Манфред много раз пытался вступить в переговоры с Урбаном и теперь с беспокойством наблюдал, как вызванный папой противник приобретал прочное положение в Риме. Наконец он решил идти на Рим, предполагая нанести удар по Церковной области из Марок, Тосканы и Кампаньи, где он сам стоял лагерем на Лирисе. Однако остававшаяся надежда договориться с папой ослабила решительность Манфреда, и он остановился, как только римская Кампанья отказала его войскам в пропуске, после чего вернулся в Апулию.

Несмотря на то, что Рим все это время находился во власти гвельфов, положение Урбана IV становилось все затруднительнее. Его казна была пуста, а войско собиралось с трудом. 2 октября 1264 года он умер, находясь в Перуджии, так не разу и не побывав в Риме за время своего понтификата. Его политика была лишена успеха, а правление — величия.

климент IV
Климент IV

После смерти Урбана кардиналы с трудом пришли к соглашению. Патриотически настроенная их часть еще желала примириться с Манфредом и предотвратить провансальское нашествие на Италию, но верх взяла гвельфско-французская партия, и выбор пал на подданного Карла Анжуйского. 22 февраля 1265 года в соборе Перуджии в папский сан под именем Климента IV был посвящен кардинал Гвидо Ле-Гро Фулькоди де Сент Жиль.

Новый папа подтвердил призыв Карла и приказал своему легату ускорить заключение договора. Из-за нехватки денег для похода на Сицилию Климент обложил сборами всю Европу, а жена Карла даже была вынуждена заложить свои драгоценности. Искатели приключений пришивали кресты на одежду, а жадные до земель французские рыцари были готовы участвовать в походе, который сулил им приобретение городов и графств в прекраснейшей стране.

Карл Анжуйский отправил большую часть своего войска пробиваться через Северную Италию, а сам в апреле 1265 года сел в Марселе на суда. Поднявшаяся буря прибила его к берегу у Порто-Пизана всего с тремя кораблями, но она же отнесла прочь флот Манфреда. Эта удача позволила Карлу добраться до Остии и выбраться на сушу, где его не ожидал неприятель. Услышав о прибытии графа Анжуйского, представители знатнейших родов гвельфского Рима тотчас отправились ему навстречу, после чего проводили Карла к собору Святого Павла. Суда же по расчищенному Тибру поднялся отставший провансальский флот и потянулись толпы римлян, чтобы посмотреть на избранного ими сенатора.

23 мая Карл, в сопровождении 1000 пеших рыцарей, вступил в Рим через ворота Святого Павла и был встречен торжественной процессией духовенства, граждан и дворянства. После обычной для монарших особ остановки во дворце Святого Петра Карл занял помещение в Латеране, удивив Климента своей дерзкой невежливостью. Сохранилось письмо папы по этому поводу: «Ты самовольно позволил себе то, чего никогда не позволял себе ни один христианский король. Вопреки всякой благопристойности, твоя свита по твоему приказанию заняла Латеранский дворец. Ты должен знать, что мне совсем неприятно, когда городской сенатор, как бы высока и почтенна ни была его личность, поселяется в папском дворце. Я желаю предупредить возможные в будущем злоупотребления. Верховенство церкви не должно нарушаться никем, а всего меньше тобой, кого мы призвали для ее возвышения. Ты не должен этого толковать в дурную сторону. Приищи себе помещение где-нибудь в другом месте города; в нем есть довольно обширных дворцов. Впрочем, не говори, что мы тебя неприличным образом выгнали из своих дворцов, напротив, мы заботились о твоем собственном приличии». Карл ушел из Латерана и занял помещение во дворце четырех королей на Целии.

Карл Анжуйский

28 июня произошло пожалование Карлу в ленное владение Сицилии. Климент попытался навязать ему королевство на таких стеснительных условиях, что графу доставалась лишь роль временного управителя на срок договора. Однако после тяжелых переговоров Карл вытребовал более благоприятные для себя статьи и получил (при условии полного освобождения духовенства от уплаты налогов) все нераздельное Сицилийское королевство в качестве церковного лена, наследственного в его роде, за что должен был платить ежегодную дань в 8000 унций золота и вернуть данные ему взаймы деньги. При этом он еще раз дал клятву передать свою власть в Риме в руки папы сразу после того, как им будет завоевана Апулия.

С этого времени Карл стал смотреть на себя как на короля Сицилии. Уже с июля он стал издавать королевские указы, а 14 октября 1265 года для увековечения памяти своего сенаторства в Риме и для блага великого города повелел основать университет. Однако теперь ему предстояло в действительности завоевать королевство, приобретенное на пергаменте.

Манфред в это время находился в Фоджии. Отсюда 24 мая он послал римлянам замечательный манифест, в котором будто подводил итог своей жизни. В манифесте говорилось, что как потомок славных императоров, владевших миром, он, Манфред, имел бы право домогаться даже императорской короны, но себялюбивая церковь начала с ним войну в его собственной земле, а когда она была там побеждена, то призвала на императорский трон графа Ричарда и короля Кастилии. По могуществу и богатству он превосходит всех других государей, так как владычествует почти над всей Италией, над морем до Туниса и Сардинии и над наибольшей частью Романьи, но несмотря на это папа призвал против него графа Прованского. Алчная церковь старается помешать ему восстановить империю, хотя она и отрицает это, подобно вдове, которая явно оплакивает смерть своего мужа, а втайне радуется тому, что получила его наследство.

Далее Манфред говорил римлянам, что церковь стремится к тому, чтобы ей самой завладеть империей, и преследует потомство Фридриха, чтобы окончательно получить господство над всеми королями и землями, право на которое она выводит из несуществующего дара Константина. Он упрекал римлян в том, что они своим малодушием потакают таким притязаниям, поскольку именно им принадлежит право на избрание и коронование императора. Сам он хотел бы получить императорскую корону от них, хотя бы мог сделать это и против воли сената, подобно Юлию Цезарю или своему прадеду Фридриху.

Манфред решил идти в римскую область. Рассчитывая выманить Карла из Рима и затем уничтожить его, он намеревался двигаться из Абруццких гор на Тиволи. В июле он дошел до Целле (теперь Карсоли), заранее приказав своему наместнику в Тусции графу Гвидо Новелло так же идти со всем войском на Рим. Оба противника впервые вступили в бой в горах возле Тиволи, но попытка проникнуть в город окончилась неудачей, и все ограничилось незначительными стычками.

Как всегда не обошлось без измены. Многие бароны Сицилийского королевства тайно вступили в переговоры с Карлом. В Европе шла пропаганда крестового похода против Манфреда. Народы, привыкшие слышать проповедь против одного и того же немецкого рода, без размышления внимали призывам Климента IV вставать под знамя Карла а главное — давать деньги, за что им будет прощено всякое прегрешение. Как и во времена Фридриха II, по Италии рассеялись толпы нищенствующих монахов, проповедовавших ненависть против существующего правительства, побуждавших к измене и наполнявших душу народа суеверным страхом.

манфред
Манфред

Манфред, хорошо знавший, какую нужду в деньгах терпели Карл в Риме, а Климент в Перуджии, не сомневался, что это обстоятельство приведет к крушению их плана. Редко такое большое предприятие велось с такими жалкими средствами. Расходы на завоевание Сицилии были в буквальном смысле слова выпрошены, как милостыня, или заняты у ростовщиков. Церковная десятина первого года была израсходована на снаряжение войск, Франция больше не хотела давать денег, и папа считал предприятие погибшим.

Карл попытался сделать заем у римских купцов, но они потребовали в залог римское церковное имущество, и Климент IV скрепя сердце согласился на выдачу залогового обязательства. Ростовщики Южной Франции, Италии и Рима воспользовались «Сицилийским гешефтом», чтобы обобрать и папу и графа. Климент никогда не переживал более страшных дней, чем те, когда политические предприятия церкви принудили его снизойти до «мелких забот», которые должны были бы остаться навсегда чуждыми христианскому пастырю.

В июне сухопутное войско Карла в количестве 30 000 человек перешло Альпы. Оно практически не встретило сопротивления; более того, по пути к ним присоединялись изгнанные из северных городов гвельфы. Таким образом итальянцы того времени из-за взаимной партийной ненависти впустили в свою страну чужеземного завоевателя и проложили сюда путь французам в последующие столетия. Манфред увидел себя обманутым в своих ожиданиях — его власть над столькими городами вплоть до реки По оказалась призраком, а вскоре выяснилось, что и его владычество над Апулией стоило не больше. В октябре он предпринял безрезультатную экспедицию в Марки, после чего решившил ограничиться одной обороной.

Карл, требовавший своего коронования королем Сицилии, чтобы так приобрести себе формальное право, просил папу, чтобы тот лично короновал его в Риме. Гордость римлян, говорил он, будет оскорблена, если это действие совершится где-нибудь вне Рима. Однако Климент IV медлил. Властное выступление Карла в качестве сенатора, его денежные затруднения, ужасы, совершавшиеся на пути провансальской армией, — все это создало между ними очень натянутые отношения. В конце концов, буллой от 29 декабря папа назначил день коронования, но совершение его он поручил своим пяти кардиналам-заместителям.

Коронование прошло 6 января 1266 года в соборе Святого Петра, что было отступлением от правила — до сих пор на том месте, где Карл Великий принял корону империи, короновались только императоры и папы. С этого момента надежда Манфреда привлечь папу на свою сторону исчезла навсегда. Узнав о короновании Карла, он послал к папе послов с протестом и требованием удержать вооруженного им разбойника от нападения на его королевство. Ответ Климента был жесток: «Манфред должен знать, что время пощады миновало. На все есть свое время, но не все возможно во всякое время. Сильный в оружии уже выходит из дверей; секира лежит уже у корня дерева». Вскоре в Рим вступило провансальское войско.

Полное отсутствие денег заставило Карла немедленно двинуть оставшееся без жалования войско против Манфреда, чтобы дать ему возможность насытиться в богатой вражеской стране. Французы выступили из Рима по Латинской дороге уже 20 января. К ним присоединилось множество итальянских гвельфов и изменников из числа римлян.

Преждевременная весна высушила дороги и облегчила Карлу путь. Первые же его успехи устрашили Кампанью, и города, зачастую благодаря измене, начали сдаваться один за другим. К 25 февраля войска Карла дошли до Беневента, где их встретил Манфред. Серьезное сопротивление французам оказали лишь немцы и сарацины, погибшие уже в первые часы битвы. Понимая, что перевес не на их стороне, итальянцы предпочли спастись бегством. Сам же Манфред, видя кругом измену, предпочел смерть в бою. Долгая война между церковью и империей завершилась на тесном поле при участии небольшого войска.

манфред
Смерть Манфреда в битве при Беневенте

Цель, к которой столько лет стремились папы, была достигнута — на троне Сицилии сидел новый правитель, а господство немцев в Италии и их вековое влияние на эту страну и на папство было уничтожено. Немецкая империя более не существовала, а род Гогенштауфенов был истреблен. Падение Манфреда стало поражением гибеллинов по всей Италии, большинство городов которой признало Карла своим защитником. Теперь папа, стремившийся вернуть себе господство над Римом, потребовал от Карла соблюдения договора, т.е. сложения полномочий сенатора, на что последний пошел с крайней неохотой.

Назад: Средневековье. 1241 — 1254. Иннокентий IV

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. 1241 — 1254. Иннокентий IV

1 ноября 1241 года преемником Григория IX был избран миланец Готфрид, епископ Сабины, принявший имя Целестина IV. Уже через 17 дней этот болезненный старик умер. Кардиналы, не приступив к новым выборам, заперлись кто в Ананьи, кто в своих замках. Возможно, это было следствием упадка духа, а возможно, и хорошо рассчитанным планом обратить народ против Фридриха II, выставив его источником смуты. Как бы то ни было, папский престол оставался незанятым неслыханно долгое время — почти два года.

Все сторонники папства собрались под знамена сенатора Матеуса Рубеуса. Они повели войну против императорской партии, главное укрепление которой, мавзолей на Марсовом поле, уже в августе было взято и разрушено. Народ также разрушил дворцы семейства Колонна и заключил в тюрьму могущественного сторонника императора, кардинала Иоанна Колонна, оставшегося в Риме после избрания Целестина. Помимо того, 12 марта 1242 года в Капитолии Рубеус заключил союзный договор с Перуджией, Нарни и другими городами, сторонниками папства, о совместном противостоянии императору, пока не прекратится война между ним и церковью.

В феврале 1242 года Фридрих отправил послов к кардиналам в Ананьи, чтобы уговорить их приступить к выборам папы, а в июне римляне выступили с войском против Тиволи, в котором император оставил свой гарнизон. В июле Фридрих снова двинулся на Рим и опустошил Кампанью в наказание за действия римлян против Тиволи и за насилия, учиненные ими над кардиналом Колонна и другими духовными лицами, сторонниками империи. Правда это его предприятие не имело серьезного характера, так как уже в августе он отошел назад.

Все это время церковная власть осуществлялась курией из пребывавших в Ананьи кардиналов. Слышались голоса, обвинявшие их в измене из властолюбия, но сами кардиналы во всем винили императора. К обеим сторонам конфликта отправлялись посольства, а император настоятельно требовал от кардиналов избрания главы церкви. В мае 1243 года он снова появился в Латинских горах с большим войском и опустошил имения кардиналов, а его сарацины разрушили город Альбано.

Несколько недель император держал Рим в осаде, пока кардиналы, наконец, не сообщили, что собираются приступить к выборам папы. Наконец, 25 июня 1243 года в Ананьи под именем Иннокентия IV был провозглашен папой Синибальдо Фиески, кардинал церкви Сан Лоренцо в Лоцине. Будучи генуэзцем, он сразу приобрел сильную поддержку от морского могущества своей родины. Помимо того, Синибальд находился в хороших отношениях с Фридрихом, который, соответственно, не имел причин отнестись к этому выбору с недоверием и высказал надежду на скорейшее прекращение распри.

иннокентий IV
Иннокентий IV

После своего посвящения Иннокентий IV оставался в Ананьи, ведя переговоры с императором и только 16 октября отправился в Рим. Римляне смотрели на нового папу с любопытством и ожиданием, а он не торопился доверять им, поскольку долгое правление сенатора Матеуса Рубеуса приучило горожан к независимости. Сразу по прибытии в Латеран папа подвергся навязчивости кредиторов, требовавших возврат ссуды в 40 000 марок, выданной одному из его предшественников. Толпы римских купцов наполняли своими криками залы папской резиденции, а Иннокентий вынужден был скрываться от них в своих покоях.

Немногим ранее, в августе 1243 года, произошло восстание в Витербо, уставшем от императорской власти. Наместник императора был заперт в замке Сан Лоренцо, и Фридрих немедленно двинулся к городу, а 8 октября начал его осаду. Иннокентий IV одобрил переворот, поскольку Витербо находился в пределах церковной области и должен был снова присоединиться к церкви. Папа стал увещевать римлян идти на помощь жителям Витербо, ободрять последних и собирать войска. Таким образом, еще во время мирных переговоров, он перешел в состояние войны с императором.

Римляне, еще недавно бывшие злейшими врагами Витербо, охотно выступили ему на помощь. Фридрих с армией из 6000 человек вел энергичную осаду, но маленькая тусцийская община покрыла себя военной славой, отразив все приступы. Более того, во время искусной вылазки защитники города сожгли осадные машины и подвергли опасности самого Фридриха, заставив его отойти от Витербо. В конце концов император согласился на предложения, сделанные папой, и снял осаду. Его бесславный уход в Пизанскую область возбудил в других городах желание поднять национальное знамя.

Теперь Иннокентий IV относился к Фридриху, как к человеку, потерпевшему поражение. Условия, которые папа поставил императору на продолжившихся переговорах, были унизительны и тяжелы, поскольку налагали на него покаяние и требовали сложить оружие по отношению к ломбардцам. Переговоры подошли к концу в марте 1244 года в Риме. Императорские уполномоченные (сам Фридрих находился в это время в Аквапенденте) обещали полностью возвратить Риму церковную область, признать духовную власть папы над всеми государями, помиловать всех его приверженцев и сделать это прежде, чем будет установлен срок снятия отлучения.

31 марта в Латеране полномочные послы Фридриха от имени своего государя клятвенно подтвердили предварительные условия мира в присутствии константинопольского императора Балдуина, римских сенаторов и римского народа. Это было столь неожиданно, что папа тут же велел переписать договор и публично продавать его в Латеране в виде листков по 6 денаров, что очень рассердило императора.

Со стороны Фридриха было большой ошибкой подчиниться условиям, которые он не мог выполнить не отказавшись от императорского достоинства. В результате он приостановил исполнение договора, удерживая церковную область в виде залога. Главным препятствием для примирения продолжало оставаться отношение империи к Ломбардии, о которой в договоре неопределенно говорилось, что она подлежит амнистии. Фридрих не хотел освободить ломбардских пленных прежде, чем города не присягнут ему в верности, так как это значило бы безусловно сдаться на волю папы и ломбардцев. Император требовал снятия с него отлучения, а папа не соглашался на это до тех пор, пока ему не будет возвращена до последней крепости вся церковная область и пока ломбардский городской союз не будет включен в мирный договор.

В апреле 1244 года Фридрих уговорил графа Генриха Франджипани уступить ему половину Колизея с построенным в ней укрепленным дворцом. Папа тотчас же признал этот договор ничтожным, поскольку Франджипани получили свои права на амфитеатр в ленное владение от церкви. Иннокентий потребовал от Фридриха полного отречения от всех имперских прав в Риме и церковной области, на что император ответил новыми предложениями и пригласил папу на встречу в Нарни.

Средневековый Рим

Папа, имея в голове свой план, согласился увидеться с Фридрихом и 7 июня уехал в укрепленную Чивита Кастеллана, откуда в течение 19 дней продолжал вести переговоры. За это время к Иннокентию прибыл генуэзский флот и 27 июня встал на якорь у Чивита Веккии. В тот же день хитроумный папа распустил слух о приближении 300 всадников, якобы посланных для того, чтобы его захватить. Ночью 28 июня Иннокентий IV снова превратился в графа Синибальдо, вооружился, сел на коня и в сопровождении верных людей поскакал в Чивита Веккию. 29 июня флот вышел в море, и уполномоченные Фридриха узнали о бегстве папы. 7 июля Иннокентий благополучно прибыл в Геную, где его торжественно встретили горожане.

«Бегство» папы было мастерским ходом. Оно выставило Фридриха гонителем, а Иннокентия мучеником, и повредило престижу императора больше, чем могло бы повредить проигранное сражение. Смущенный монарх послал графа Тулузского в Геную просить беглеца о возвращении и примирении, а в длинном манифесте изложил всему миру ход событий и описал переговоры, которые вел с папой до момента бегства последнего, однако папа не спешил вернуться в Рим. Вместо этого он направился во французский Лион, чтобы найти там себе приют и «защиту». Достигнув Лиона 2 декабря, Иннокентий выразил желание быть принятым каким-нибудь могущественным королем, но Англия и Франция вежливо отказали ему в этом.

3 января 1245 года Иннокентий созвал собор, на суд которого не был вызван император. Собор состоялся 26 июня и состоял из 140 прелатов, большей частью из Франции и Испании, и почти никого из Германии. Защитник Фридриха добился отсрочки суда, но она была столь коротка, что прибытия императорских послов не дождались. 17 июля над императором снова было произнесено отлучение, после чего его объявили низложенным. Адвокат Фридриха заявил свой протест и уехал.

Решение Лионского собора обрушило древнюю германскую империю. Низложение императора подразумевало противопоставление ему другого, тогда как Фридрих II даже не мыслил, чтобы, подобно своим предшественникам, назначить антипапу. Вместо этого он обратился за помощью ко всем государям Европы, обвиняя духовенство в корыстолюбии и в презрении к Богу. Иннокентий ответил на это «доказанным на практике» правом своей судебной власти над королями, полученным от Христа. Папа совершенно открыто отбросил принцип равновесия светской и духовной власти и прямо потребовал для Святого престола соединения этих обеих властей.

В запутанности средневековой иерархии, противоречиях между различными слоями населения, городами и феодалами, правами и привилегиями лишь одна церковь являлась твердой и очень простой системой, объемлющей все народы, не допускающей толкований и обладающей единым центром — Римом, и бесспорным главой — папой. Неудивительно, что мир был готов мириться со злоупотреблениями папской власти при мысли, что в ней он имел единый трибунал, способный привлечь к ответственности и королей и императора. Тех же государей, к которым Фридрих II апеллировал против посягательства духовенства на светскую власть, Иннокентий IV призвал встать под знамена церкви, защищающей их свободу от тиранических замыслов Гогенштауфенов.

Напрасно император взывал к монархам, говоря, что его дело — это и их дело. Никакая выгода не связывала королей с империей. Они преследовали свои интересы и, так же как и епископы, боялись отлучения и низложения, поэтому возмущения против чрезмерной папской власти хоть и возникли, но носили единичный характер. Даже сама Германия, истощенная итальянскими войнами и редко видевшая своего императора, стала распадаться на партии и отдаляться от Фридриха.

Церковь перешла в решительное наступление, и всякое примирение сделалось невозможным. Папа со всей определенностью заявил, что никогда не заключит мира с Фридрихом и не потерпит, чтобы он или его сыновья, «порождения ехидны», были на троне. Война повелась самыми недостойными средствами, вплоть до подкупа и подстрекательств к восстаниям. Подливали масло в огонь и толпы нищенствующих монахов, и отпущения грехов тем, кто поднимал оружие против своего императора.

Еще Григорий IX публично заклеймил Фридриха, как еретика. Теперь же против него во всех странах проповедовался святой крестовый поход. Весной 1246 года тюрингский ландграф Генрих Распе принял на себя звание контримператора и стал призывать миланцев на войну против Фридриха, «врага распятого». Хорошо видя свою дальнейшую судьбу, император всячески пытался примириться с церковью, даже на самых унизительных для себя условиях, но всякий раз отвергался Иннокентием. Папа окончательно решил добиться гибели Фридриха и всего его рода, и принуждал последнего продолжать войну.

Письма папы, обращенные к народам Италии и призывающие их к восстанию, ходили и в Сицилии. Материалом для восстания здесь было и жестко подчиненное законом государства духовенство, и лишенное привилегий феодальное дворянство, и истощенное налогами городское сословие. Однако основанная Фридрихом в его королевстве монархическая власть оказалась достаточно прочной, и народ, получивший в обмен на свои свободы мудрые законы, не поднялся на своего государя. Заговор ограничился кругом аристократии, подкупленной имениями и почестями.

Этот заговор был раскрыт Фридрихом в марте 1246 года, и его участники бежали в Рим, по поводу чего разгневанный император написал письмо сенаторам и римскому народу. Папа же продолжал соблазнять сицилийцев возвращением потерянных ими свобод и привилегий и призывал их восстать против «второго Нерона». В своих бессовестных письмах он называл изменников «славными сынами церкви, над которыми сияет лик Божий». Тем не менее, счастье было на стороне императора. Истребив не укрывшихся в Риме мятежников, в июле 1246 года Фридрих вернулся на север, чтобы искать своего врага в самом Лионе. В это время его полководцы одерживали победы в Тусции и Умбрии, возвращая города под императорскую власть. Рим был предоставлен самому себе.

Долгое отсутствие Иннокентия IV стало тревожить римлян, подозревавших, что их папа может, оставаясь во Франции, утвердить там свой престол и что Рим, «зеница вселенной, трибунал правосудия, местопребывание святости, престол славы», будет лишен своей славы и единственного источника благосостояния. Имена сенаторов того времени неизвестны, но один из них настойчиво уговаривал папу вернуться из Лиона. В его письме Рим называется безглавым, не имеющим своего пастыря и изображается в виде скорбной вдовы, а папе напоминается легенда о бегущем из Рима апостоле Петре, который, встречая Спасителя, спрашивает его: «Domine, quo vadis?» — и слышит в ответ: «Я иду в Рим, чтобы снова быть распятым», после чего пристыженный апостол возвращается назад.

Однако Иннокентий не мог последовать призыву римлян, поскольку возвращение расстроило бы его хитроумный план и обесценило бы результаты его бегства. Вместо этого папа усиливал свою партию в Риме, щедрыми подарками переманивая на свою сторону приверженцев императора. Впрочем, император больше не притеснял Рим, так как предмет его ненависти там уже не находился. Напротив, он старался показать римлянам, что ведет войну с папой, а не с ними.

Восстановив господство над Италией, Фридрих II хотел идти на Лион, чтобы перед лицом своего врага убедить весь мир в своей правоте. К нему могла присоединиться и Германия, поскольку побежденный его сыном Конрадом «контримператор» Генрих Распе умер от ран в феврале 1247 года. Однако это предприятие не было исполнено, так как Фридрих вынужден был вернуться в Италию из-за отпадения Пармы, попавшей под власть изгнанных оттуда родственников папы вследствие неожиданного ее захвата 16 июня 1247 года. Ясный ум императора затмился, когда он, теряя время и силы, решился на осаду одного города.

Парма сковала Фридриха на всю осень и зиму. Наконец, 18 февраля 1248 года, когда император отлучился на охоту, доведенные до отчаяния крайней нуждой осажденные решились на вылазку. Тысячи солдат Фридриха полегли на поле боя и тысячи попали в плен к жителям Пармы. Была захвачена и императорская корона, которую пронесли по городу под радостные крики народа. А через год, 26 мая 1249 года граждане Болоньи взяли в плен любимого сына императора, Энцо. Счастливая звезда Фридриха закатилась. В конце весны 1249 года он вернулся в Апулию и уже больше не покидал Южную Италию. Сохранив власть в своем королевстве и в большей части Италии, он, тем не менее, утратил влияние на ход мировых событий и 19 декабря 1250 года умер после непродолжительной болезни в своем замке Фиорентино возле Лючерии. Мертвого императора перенесли на носилках в Тарент, а оттуда по морю сначала в Мессину, а затем в Палермо.

Казалось, что церковь окончательно победила империю после 40-летнего напряженного противостояния, и радость Иннокентия IV была так безгранична, что он выразил ее в форме неприлично грубого ликования. Однако у Фридриха оставались наследники, и папа поспешил отнять у них Апулию и Сицилию, которые он рассматривал как церковные лены. Иннокентий обратился к сицилийцам с увещеванием вернуться под власть церкви, а к немцам — стоять за короля Вильгельма, которому уже была обещана императорская корона.

19 апреля 1251 года папа выехал из Лиона, где вместе с Вильгельмом, соперником Конрада IV, сына Фридриха, отпраздновал Пасху. «Беглец» появился в Генуе, окруженный пышным блеском, как победитель императорской власти. Перед Миланом его встречали 15 000 монахов и священников, а бесчисленные толпы народа за 10 миль от города образовали почетный кортеж торжественному шествию.

Гвельфские республики принесли папе клятву на верность, но потребовали вознаграждение за военные расходы и дали понять, что не согласны поменять императорское иго на церковное. Гибеллинские же города были лишь временно удручены сложившимся положением, поскольку дух свободы, принесенный Гогенштауфенами, все еще оставался на Апеннинах. Вернувшийся папа увидел не ту Италию, которую он покидал, и должен был признать, что цель Гильдебранда привести весь полуостров под пастырский жезл Святого Петра осталась недостижимой.

Летом он поехал в Болонью, а в ноябре обосновался в Перуджии, так и не решаясь вступить в Рим. И хотя один из сенаторов настойчиво призывал Иннокентия, римляне дали понять, что обратятся к нему с безмерными требованиями. Помимо того, города Апулии и Сицилии, несмотря на смерть Фридриха, не спешили признавать папу своим сюзереном. Лишь некоторые бароны и города, в том числе Капуя и награжденный от папы обширными льготами Неаполь, объявили себя на стороне церкви.

Правивший Тарентом князь Манфред, молодой побочный сын Фридриха, наместник своего брата Конрада IV в Италии и Сицилии, обратился к Иннокентию с мирными предложениями, но не согласился на потребованную папой полную покорность. Искусными и быстрыми передвижениями он усмирил мятежников в Апулии, собрал вокруг себя немецкие наемные войска и появился перед Неаполем. После этого Манфред пригласил Конрада вступить во владение своей наследственной землей Сицилией.

Молодой король собрал войско и октябре 1252 года появился в Ломбардии, где пополнил свою армию гибеллинскими силами. После безуспешных самых выгодных мирных предложений Иннокентию взамен своего признания он прошел через Апулию и Кампанью, где бароны принесли ему присягу на верность. Весной же следующего года его признали все южные города вплоть до Неаполя, все еще находившегося в освде.

Успехи сыновей Фридриха заставили папу осуществить гибельный для Италии план. Не имея возможности собственными силами отнять Сицилию у Гогенштауфенов, он решился передать это королевство в качестве лена иностранному принцу. Франция отклонила это предложение, но английский король Генрих III согласился принять сицилийскую корону для своего восьмилетнего сына Эдмунда Ланкастерского.

10 октября 1253 года Конрад IV вступил в Неаполь. Папа узнал о падении города уже в Риме, куда он в начале месяца переехал из Ассизи, уступая настойчивым призывам римлян. «Мы очень удивляемся, — говорили папе их послы, — что ты, как бродяга, переезжаешь с одного места на другое, покидаешь Рим, местопребывание апостолов, бросаешь на съедение волкам твое стадо, за которое ты когда-нибудь должен будешь дать ответ Богу, и не думаешь ни о чем, кроме денежной прибыли. Папе следует быть не в Ананьи или в Лионе, не в Перуджии или в Ассизи, а в Риме». Таким образом, курия возвратилась в Рим после более чем девятилетнего отсутствия.

Как только римляне увидели папу в своих стенах, они стали неотступно преследовать его с требованием денег и других вознаграждений. Иннокентию пришлось обратиться к защите сенатора Бранкалеоне, который несколько охладил пыл толпы. Пребыванием папы в Риме воспользовался Конрад, вторично предлагая заключить мир. Однако Иннокентий поклялся погубить род Фридриха II, и королевские послы так ничего и не добились. В великий четверг 1254 года папа произнес отлучение против Конрада, после чего покинул ненадежный Рим и уехал в Умбрию.

В Ассизи Иннокентий утвердил ленную грамоту на Сицилию и передал ее со своим легатом юному Эдмунду. Генрих III переслал папе столько денег, сколько смог достать, и дал ему неограниченную доверенность на учет векселей в итальянских банках. Повелением папы завоеванию Сицилии был придан характер крестового похода, однако союзу церкви и Англии было не суждено состояться. Эдмунд неожиданно умер от лихорадки, и Иннокентию пришлось забыть о заключенном с Англией договоре.

Конрад вступил во владение Неаполем и Сицилией и намеревался продолжить борьбу своего отца с папством, но 21 мая 1254 года умер, вероятно, от чрезмерного напряжения сил в жарком климате Южной Италии. Так прервался сицилийский род Гогенштауфенов. Из всего многочисленного потомства Фридриха II в живых остался лишь находившийся в Баварии двухлетний сын Конрада, Конрадин. Причем, из недоверия к Манфреду, умирающий Конрад назначил опекуном ребенка самого папу!

Эта смерть побудила Иннокентия IV поспешить в Сицилийское королевство. Он заехал в Рим и произнес речь у базилики Святого Петра, в которой высказал множество хороших слов римлянам и попросил их поддержать его план относительно Сицилии. После этого папа быстро удалился в Ананьи.

В это время Тиволи отчаянно оборонялся против римской милиции, возглавляемой сенатором Бранкалеоне. Маленький укрепленный город всегда был свободной республикой и иногда давал у себя убежище преследуемым папам, а церковь постоянно защищала его от притязаний римлян. Теперь же Иннокентий, нуждавшийся в содействии сенатора, просто передал Тиволи в феодальное владение Рима, выступив «посредником» в переговорах летом 1254 года. Так папа купил себе обещание Бранкалеоне не предпринимать ничего враждебного у него в тылу в то время, когда он готовился к захвату в свое владение Апулии.

Манфред

Положение Манфреда стало опасным, поскольку многие бароны и города открыто встали на сторону папы. Не имея средств на ведение войны, он не видел иного пути к спасению, кроме как покориться церкви. Манфред заявил о своей покорности Иннокентию IV, и 27 сентября папа распорядился заключить договор, по которой молодой правитель поступал на службу Святому престолу в качестве наместника большей части неаполитанских владений на материке и получал, кроме Тарента и других имений, данных ему Фридрихом II, также графство Андриа как наследственный церковный лен.

Въезд Иннокентия IV в Неаполь совершился 27 октября. Упорный враг Гогенштауфенов встретил папу с искренним почтением и добровольно признал его власть. Видя, как норманнское королевство без борьбы возвращается под церковное управление, Иннокентий надеялся прочно удержать его во власти церкви. Но пылкий дух Манфреда внезапно разорвал его неестественное и унизительное положение. Надменное выступление кардинала-легата, потребовавшего от него присяги на верность, когда о правах Конрадина уже не было и речи, разъяснило ему будущность и заставило подумать о скорейшем своем спасении.

Манфред бежал из Ачерры, ночью пересек Апулийские горы и внезапно появился в Лучере. Отсюда, при поддержке мусульман, он выступил в поход и добился перехода на свою сторону апулийских городов. 2 декабря он разбил папское войско у Фоджиа. Легат бежал в Неаполь, чтобы уведомить папу о произошедшем несчастье. Однако, живший там Иннокентий был уже тяжело болен и 7 декабря 1254 года умер.

Английский хроникер рассказывает о видении, бывшем после смерти папы: один кардинал видел Христа, стоящего между Девой Марией и некоей благородной женщиной, державшей в руках изображение церкви, тогда как коленопреклоненный Иннокентий молил о прощении своих грехов. Почтенная матрона предъявила ему три главных обвинения — он превратил церковь в рабыню, сделал из Божьего храма меняльную лавку и поколебал основы церкви: веру, справедливость и истину. Спаситель сказал грешнику: «Иди и получи возмездие за твои дела», и так его увели прочь.

Далее: Средневековье. 1254 — 1266. Конец германской империи
Назад: Средневековье. 1227 — 1241. Григорий IX

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. 1227 — 1241. Григорий IX

Григорий IX
Григорий IX

Миролюбивому Гонорию III наследовал человек сильного характера и железной воли. Собственно за эти качества и был избран уставшими от терпеливости Гонория кардиналами родственник Иннокентия III, остийский епископ Гуголин. Его провозглашение папой под именем Григория IX произошло 19 марта 1227 года в церкви Святого Григория у Септизониума. Посвящение в базилике Святого Петра состоялось 21 марта, о чем император, вместе с напоминанием о крестовом походе, был уведомлен через 2 дня.

Фридрих II заявил, что готов к выступлению, а многие крестоносцы уже собрались в Бриндизи, ожидая посадки на корабли и страдая от эпидемии, унесшей жизни тысячи человек. Когда 8 сентября император действительно отплыл из Бриндизи, во всех церквях раздался Te Deum. Однако через несколько дней прошел слух, вскоре подтвердившийся, что Фридрих вернулся и отложил крестовый поход, сославшись на болезнь. Папу обуял неистовый гнев. Он не хотел слышать никаких объяснений и обещаний. 29 сентября в соборе в Ананьи Григорий IX объявил об отлучении императора на основании заключенного ранее договора.

В своем послании к епископам Григорий изобразил Фридриха самыми черными красками, что возмутило императора и побудило его к ответным действиям в виде манифеста к королям. В этом манифесте был впервые изложен протест светской власти против папства версии Иннокентия III с угрожающим абсолютизмом Рима. Пороки церкви выставлялись на обсуждение всего света, а император фактически подтверждал мнение еретиков о противоапостольском образе действий церкви. После прочтения этого документа в Капитолии в Риме тотчас образовалась императорская партия. В ответ Григорий IX велел сломать возле Латерана ряд башен, принадлежавших римской знати.

Фридрих уговорил семью Франджипани продать ему их имущество, в том числе городские укрепления, полученные ими в качестве ленов от пап, а потом вновь получить их от него, признав себя, таким образом, императорскими вассалами. Фридриху было важно создать себе партию в самом Риме, возбудить в нем врагов против папы и иметь в своей власти Колизей. Результатом этих мероприятий было восстание.

В великий четверг 1228 года Григорий IX еще раз провозгласил отлучение императора. После этого, во время обедни, в понедельник на Пасху в базилике Святого Петра он был прерван яростными криками и прогнан от алтаря. Город восстал с оружием в руках, и папа был вынужден бежать в Витербо, а оттуда — в Риети и далее, в Перуджию. Римляне выместили свою злобу на Витербо варварским опустошением его полей, а Григорий провозгласил отлучение своих преследователей.

Тем временем император действительно собрался в крестовый поход, поставив папу в весьма затруднительное положение. Это стало мастерским дипломатическим ходом Фридриха. Он отправлялся на совершение самого святого дела церкви, находясь под отлучением, и когда 28 июня 1228 года его корабли вышли в море из Бриндизи, церковь сопровождала его гневными словами, утверждая, что император отправляется в Иерусалим как пират, а не как крестоносец. Вместо благословения за ним следовало ее проклятие. Если бы Григорий IX освободил от отлучения своего врага, когда тот действительно отправился в Иерусалим, он одержал бы победу и над собой и над ним и явился бы миру в блестящем величии. Такое резкое противоречие ослабляло веру в искренность рвения пап к освобождению Иерусалима и уничтожало мечту двух столетий.

Оставшийся наместником императора Рейнальд тут же напал на Сполето, а Григорий, в свою очередь, попытался подчинить власти церкви Апулию. Народы услышали проповедь крестового похода против императора, который сам под знаменем креста отправился воевать с неверными. Они увидели войска, от имени папы занимавшие земли отсутствующего Фридриха, имущество которого, как крестоносца, и по международному, и по церковному праву считалось неприкосновенным. Римляне не пострадали от этой войны: папа, имевший в виду только Апулию, ни разу не сделал попытки посредством своих крестоносцев принудить Рим к повиновению. Он спешил завоевать Сицилийское королевство, города которого, обремененные налогами, он соблазнял к отпадению, давая им льготные грамоты.

Ввиду этих событий император внезапно вернулся с Востока. 18 марта 1229 года в Иерусалиме он собственноручно надел на себя корону и возвратил христианам святой город, заключив договор с султанами. Прибыв 10 июня в Бриндизи, он неожиданно выразил желание примириться с папой, но посольство с мирными предложениями не возымело успеха. Тогда Фридрих II почти без сопротивления выгнал папские войска из своих владений. К всеобщему удивлению, под Христовым знаменем сражались и сарацины. В Аквино императора приветствовали посланники от римского сената. В октябре он подошел к границе церковной области, и только после уничтожения Соры папа отнесся с вниманием к его мирным предложениям. Пробыв еще зиму в Перуджии, Григорий IX отправился в Рим лишь уступая необходимости и ввиду примирения с императором.

1 февраля 1230 года Тибр вышел из берегов. Леонина и Марсово поле были покрыты водой. Сенаторский мост (нынешний Ponte Rotto) был снесен, а наводнение вызвало голод и повальные болезни. Римляне, успевшие уже забыть про существование папы, под влиянием суеверного страха вспомнили, что святой отец есть властитель их области, и в Перуджию спешно направились посланники. 24 февраля Григорий, встреченный радостными кликами римлян, был введен в Латеран и мог с презрением взглянуть на народ, в течение более ста лет привыкший изгонять своих пап и снова возвращать их со славословиями.

Григорий нашел Рим в состоянии глубокой нищеты, совершенного одичания и наполненным еретическим духом, который впитала даже часть духовенства. Мир с императором был заключен 23 июля 1230 года после долгих переговоров и на столь выгодных для папы условиях, что становилось ясно, насколько Фридрих ценил силу своего противника. 28 августа с императора было снято отлучение. Стараясь привлечь к себе римлян, Григорий IX велел восстановить сенаторский мост, очистить клоаки, построить богадельню в Латеране и обеспечить бесперебойный подвоз хлеба. Это привлекло к нему массы и облегчило подготовку главного удара, направленного на еретиков, заполонивших город и церковную область.

Впервые в Риме состоялся массовый суд над еретиками и публично запылали костры. Трибунал инквизиции разместился перед дверями базилики Санта Мария Маджоре. Кардиналы, сенатор и судьи занимали места на трибунах, а зевающий народ окружал этот страшный театр, произносивший приговоры несчастным. Многие уличенные в ереси духовные лица были лишены их священнических одежд и присуждены к ссылке на покаяние в дальние монастыри, если они раскаивались. Других еретиков сжигали на дровяных кострах, иногда на площади возле самой церкви. Это было ужасное время, в которое выслеживание еретиков становилось высшей обязанностью гражданина. Каждый публичный или частный разговор о каком-либо догмате наказывался отлучением, как реальное преступление.

Вслед за духовенством свое усердие стали проявлять князья и правители республик. Обремененные долгами короли практически перестали дарить церкви имения. Вместо этого они нашли более удобным для спасения своей души сжигать еретиков и конфисковать их имущество. Даже Фридрих II, возвышавшийся над своим веком образованием и свободомыслием, издал в 1220 и 1232 годах самые жестокие законы, ничем не отличавшиеся от папских эдиктов и резко противоречившие мудрому законодательству, данному им в 1231 году королевству Сицилии.

Впрочем, все эти события никак не повлияли на римлян, и уже 1 июня 1231 года они принудили Григория в очередной раз удалиться в Риети, где он оставался до лета 1232 года. В городе вспыхнули беспорядки, вызванные войной с Витербо, поддерживаемом папой. В Средние века этот город был для Рима тем же, что и Вейи в глубокой древности. Они ненавидели его с яростью, переходившей в безумие, и хотели окончательно превратить в римское имущество.

Помимо этого римским народом завладела новая идея. Как во времена Камилла и Кориолана он вознамерился завоевать Тусцию и Лациум. На полях сражений снова появились римские знамена с древней аббревиатурой S.P.Q.R. на красном с золотым фоне и римское национальное войско под предводительством сенаторов. Летом 1232 года они дощли до Мантефортино в земле вольсков и даже угрожали самому папе под стенами его родной Ананьи.

Наконец римляне вернулись в свой город, а оставшийся в Ананьи Григорий IX стал искать посредничества императора, чтобы заключить мир с Витербо и самому примириться с римлянами. Римляне уступили требованиям императора, и в марте 1233 года сенатор Иоанн Поли прибыл в Ананьи просить папу возвратиться. 21 марта Григорий вошел в город, где был принят с почетом. В реальности народ примирился с ним за деньги, и впоследствии Фридрих жаловался на вероломство папы, заключившего мир с городом Римом без его ведома.

Однако, уже в 1234 году римляне возобновили борьбу против светской власти папы. Они все еще не имели той свободы, которая давно была достигнута другими городами, объединенными в два больших союза и процветавшими. Главной их целью было создание в границах бывшего римского герцогства могущественного вольного государства, подобного Милану, Флоренции или Пизе, пример которых и вдохновлял и пристыжал их. Теперь Рим объявил, что папские провинции Тусция, Сабина и Кампанья составляют его городскую область. Но требования Капитолия были направлены не только против папы, но и против вольных городов, таких как Витербо, Корнето, Тиволи, Веллетри, Террачина и Ананьи.

Если бы Риму удалось образовать в пределах этой области свободное государство, он достиг бы примерно тех размеров, которые имел до пунических войн. Примечательно, что во время этого восстания римляне вспомнили свои древние обычаи, поставив пограничные камни, termini, снабженные надписями S.P.Q.R., обозначавшими юрисдикцию города Рима. Они потребовали от папы свободного избрания сената, права чеканки монеты и передачи им различных податей. Другим требованием была неприемлемость отлучения римских граждан, поскольку великий город должен пользоваться привилегией быть свободным от церковных наказаний, как в древности к римскому гражданину было неприменимо бичевание.

Сенатором в 1234 году стал Лука Савелли, родственник Гонория III, очень могущественный человек и родоначальник знаменитой фамилии. Его указ объявлял, что Тусция и Кампанья составляют собственность римского народа. Лука отправил в обе эти области сенаторских судей, чтобы они, добровольно или насильственно, приняли от городов присягу на подданство. Римская милиция заняла Монтальто в Маритиме, где, как символ господства Рима, было выстроено большое укрепление.

В конце мая папа снова убежал в Риети вместе со всеми кардиналами. Какая судьба постигла бы папство, если бы городу Риму удалось стать такой же политической силой, как Милан или Пиза? Противодействовать такому развитию событий стало задачей церкви, и обуздание Капитолия превратилось в одну из главных забот пап. Бегство Григория, отлучение, направленное им на сенатора и совет общины, привели римлян в такую ярость, что они разграбили Латеранский дворец и дома кардиналов. Они собрали войска и, пылая жаждой мести, выступили в поход против Витербо.

Однако и папа не остался без союзников. Многие бароны и города Лациума присоединились к нему и оказали сопротивление римлянам для защиты собственной свободы. Папы постоянно призывали чужую помощь для усмирения их непокорной страны, и христианский мир никогда не отказывал им в денежной или военной поддержке. На этот раз даже Фридрих, безо всякой просьбы, поспешил послать Григорию IX войска во главе со своим вторым сыном Конрадом. Несмотря на взаимную ненависть, Григорий и Фридрих нуждались друг в друге, и римлянам пришлось вести войну одновременно и с папой, и с императором.

Результатом военных действий стал переход Сабины и Тусции под власть папы. И хотя римляне продолжили войну и объявили Григория навсегда изгнанным из Рима, если он не вознаградит их за понесенный ущерб, их силы были истощены, а финансы, даже несмотря на принудительно полученные с церкви налоги, исчерпаны. Когда весной 1235 года Лука Савелли вышел в отставку, трем кардиналам-легатам удалось уговорить Рим на заключение мира. В середине мая, так и не добившись своей цели, город снова признал над собой верховную власть папы.

Еще два года Григорий IX оставался вне Рима, поскольку не чувствовал в нем спокойствия. Причин для ненависти и раздора было достаточно, а Фридрих еще увеличивал их число, чтобы отторгнуть папу от ломбардского союза. В июне 1236 года император, находившийся на вершине своего могущества, повел войско в Италию для наказания ломбардов. «Италия есть моя наследственная земля, и это хорошо известно всему свету» — писал он папе. Фридрих хотел весь полуостров превратить в свою монархию.

Если бы Фридрих II подчинил себе Ломбардию, он соединил бы Италию под своей короной. Именно поэтому папы были естественными сторонниками ломбардского союза, в котором со времени потери норманнской поддержки в Сицилии они видели защиту для церкви. Такую же защиту папы нашли в тусцийском и умбрийском городских союзах, где постоянная противница итальянского объединения Флоренция, а также Витербо, Орвието, Ассизи и Перуджия, служившие постоянным убежищем для пап, оказывали им неоценимые услуги.

Всякий раз, когда императоры нуждались в Риме, они льстили ему, вспоминая о его древнем высоком положении. Фридрих ссылался даже на Lex Regia, выводя из него всеобщую судебную власть, которая была ему передана римским народом, тогда как папа выводил свое право на Рим, Италию и Западную Европу из баснословного дара Константина, а свою верховную власть судьи над императором и королями основывал на полноте власти Христа. Летом 1236 года император вызвал представителей всех городов в Пьяченцу. Римляне не явились, за что были обозваны выродками.

Как раз в это время римская знать прибавила к своим титулам еще один — античный. Знатные римляне на полном серьезе стали называть себя «проконсулами римлян», когда они занимали высокую должность в городе или в провинции и заседали в городском совете какой-нибудь республики или управляли каким-нибудь округом папских владений. Хотя старинный титул Consul Romanorum, который аристократы носили, когда они составляли политическое объединение, противопоставленное общине, еще оставался в употреблении, он потерял свое важное значение с тех пор, как исчезли городские правящие консулы и консулами стали называться старшины цехов. Возможно, что наиболее выдающиеся представители аристократии начали употреблять этот титул еще и для обозначения их действительного отличия в сенате, где они образовали нечто вроде палаты пэров. Это новое титулование было официально признано в первой трети 13 века как папами, так и императором.

Императорская партия нашла себе главу в лице Петра Франджипане, а папская имела сильную опору в сенаторе. Возникшие беспорядки снова приняли характер городской войны. Замок Петра у арки Тита был взят приступом и разрушен, а сам Петр был вынужден бежать. В марте 1237 года восстановилось спокойствие, но уже в мае, на выборах в сенат, беспорядки вспыхнули с новой силой. Партии сражались в городе до тех пор, пока осажденный в башне Конти ставленник сторонников папы, Иоанн Поли, не согласился на то, чтобы сенатором стал его соперник Иоанн Цинтий. Последний старался помешать возвращению папы, и лишь нападение на Капитолий заставило и его пойти на уступки и отправить в Витербо своего посланника с приглашением Григорию IX вернуться в Рим.

Папа прибыл в город в октябре 1237 года. Народ встретил его с шумной радостью, а сам сенатор торжественно вышел навстречу. Корабли доставили голодному городу хлеб и вино, распределение которых производилось через священников. Всего же возвращение и примирение с Римом стоило Григорию более 10 000 фунтов золота наличными деньгами. В то время в Риме существовало многочисленное обедневшее и задолжавшее дворянство, главный элемент революций. Возможно и в самом деле осчастливленные Григорием римляне издали эдикт, по которому никакой папа впредь не мог оставлять города.

Тем временем Фридрих II вел победоносную войну с ломбардцами. 1 ноября 1236 года он взял приступом Виченцу, но был вынужден вернуться в Германию, где его сын Конрад был избран римским королем. В августе 1237 года император снова собрал войско для похода на Италию. Еще в начале года его наместником была занята Падуя. 1 октября Фридриху сдалась Мантуя, а 27 ноября были разбиты войска Милана. Император вступил в Кремону вместе с захваченными миланскими знаменами, а миланский градоначальник был выставлен напоказ, прикованный цепями к мачте колеснице, которую вез белый слон. Свидетелями этого триумфа были римские послы, известившие Фридриха о возвращении папы.

Полный сознания значения своей победы, император послал римскому народу остатки миланской колесницы и множество захваченных знамен для хранения их в Капитолии. Папа с неудовольствием смотрел на ввоз этих трофеев, но ничем не мог помешать их торжественной встрече. В Капитолии для их экспозиции были поспешно установлены античные колонны.

Императорская партия снова взяла верх в июле 1238 года, когда папа отправился в Ананьи. С этих пор в Риме иногда было по два сенатора, а впоследствии это даже сделалось правилом. В октябре вернувшемуся Григорию удалось усмирить своих противников. Башни сторонников императора были сломаны, но вместе с ними пропало и множество древних памятников. Вероятно была разрушена и часть дворца цезарей.

Победа императора над ломбардцами не получила ожидаемых последствий. Миланцы и другие горожане согласились признать свою вассальную зависимость, но Фридрих потребовал от них полного подчинения, и тогда города приняли решение защищать свою свободу до последнего человека. Это снова спасло папство, а стараниями Григория IX был еще и заключен союз Генуи и Венеции. В самом же Риме снова господствовала папская партия.

Все это побудило Григория вторично начать борьбу со своим могущественным противником и открыто встать на сторону ломбардцев. 20 марта 1239 года он отлучил Фридриха от церкви без каких-либо фактических оснований и освободил от присяги подданных императора. Фридрих, в свою очередь, направил римлянам послание с призывом восстать и защитить императора под страхом его немилости в противном случае.

Булла об отлучении Фридриха была беспрепятственно обнародована во Франции и даже в Англии, но Григорий так и не нашел ни одного князя, согласившегося бы служить ему в качестве антикороля против великого монарха. Фридриху тоже не пришло на ум выставить антипапу. Исход борьбы фактически зависел теперь от ломбардского союза. На стороне папы стояли Генуя, Венеция, Равенна, большая часть умбрийских и тусцийских городов. Фридриха поддержали Падуя, Виченца, Верона, Феррара, Мантуя, Реджио и Парма.

В июле 1239 года оба противника начали войну. Фридрих смотрел теперь на церковь как на враждебную ему политическую силу и задумал совершенно разрушить ее организацию внутри государства. Сопротивление епископов в сицилийском королевстве каралось беспощадным преследованием, а нищенствующие монахи были поставлены вне закона. Церковное имущество либо конфисковывалось, либо облагалось налогом. Сам император решил перенести войну на территорию папы и уничтожить своего врага в Риме, который приобретал исключительную важность.

В феврале 1240 года Фридрих II вступил в церковную область, открыто заявив о своем намерении снова включить ее в состав империи. После этого многие города Тусции, Умбрии и Сабины открыли ему свои ворота, и даже Витербо, вернейший союзник папы, из ненависти к Риму отпал от церкви. В нем Фридрих и организовал свою ставку. В напыщенных выражениях он писал римлянам послания с обещанием возрождения их древней славы и приглашением прислать к его двору своих проконсулов. Два дневных перехода отделяли императора от Рима, но папская партия в городе все еще имела перевес, поскольку семьи Конти, Орсини и Колонна единодушно стояли на стороне Григория.

Такое стойкое поведение римлян имело свою причину. Если бы Фридрих овладел городом, устав Капитолия был бы тут же уничтожен, а сенатор превращен в императорского управляющего. Господство императора, последовательного врага всякой городской автономии, оказалось бы куда жестче господства папы. Патриоты встали на сторону Григория IX, в силу обстоятельств превратившегося в защитника национальной самостоятельности Рима.

Однако, когда Фридрих подошел к воротам Рима, его сторонники подняли головы и стали кричать, что сдадут ему город. В этой ситуации 22 февраля папа устроил торжественную процессию с переносом реликвии Святого Креста и голов апостолов Петра и Павла из Латерана в базилику Святого Петра. Положив их на главный алтарь, Григорий возложил на них свою тиару и воскликнул: «Вы, святые, защитите Рим, который римляне хотят предать». Это произвело на толпу ожидаемый эффект, и римляне взяли из рук папы крест, чтобы идти с ним против императора как язычника.

Фридрих, войско которого было недостаточным для успешной атаки Рима, понял, что его надежды не сбылись и 16 марта ушел в Апулию. Летом он согласился на перемирие с папой, но исключил из него ломбардцев. Однако Григорий неожиданно получил большие денежные средства и прекратил начавшиеся было переговоры. Кардинал Иоанн Колонна, бывший на этих переговорах посредником, счел себя оскорбленным, и с этого момента его дом сделал решительный поворот в сторону имперской партии.

9 августа 1240 года Григорий IX созвал в Риме собор на ближайшую Пасху. Не желавший допустить этого Фридрих разослал духовенству оповещения с запретом ехать на этот собор, подкрепленным отказом в гарантии безопасности путешествия. Множество прелатов Испании, Франции и Верхней Италии не вняли запрету императора и, собравшись в Генуе, отправились в путь на кораблях. 2 мая 1241 года эти корабли были атакованы пизанским и сицилийским флотом. После того как генуэзские галеры были рассеяны и вместе с войсками и прелатами отчасти были потоплены, отчасти взяты в плен, императорский адмирал со своей добычей, торжествуя, направился в Неаполитанский залив. Собор не состоялся. Захват духовных лиц обратил на себя общее внимание и наделал много шума, а церковь никогда не простила императору этого поступка.

В это же время татарские орды опустошили Русь, Польшу и дунайские страны, возродив на латинском западе страх, посеянный некогда гуннами. Христианский мир умолял папу и императора о спасении, но слышал от папы лишь проповедь крестового похода против императора, а от императора — необходимость в первую очередь принуждения папы к миру. В июне 1241 года Фридрих написал Римскому сенату о наступлении татар, ввиду которого город должен восстать и помочь ему покончить с итальянской смутой.

Своей неуступчивостью Рим был обязан исключительно Матеусу Рубеусу, главе папской партии из дома Орсини, сумевшему со своими дружинами нейтрализовать отпавших от Григория членов семьи Колонна. Однако, подошедшего в августе к городу Фридриха встретили не только запертые ворота, но и гонцы с вестью о смерти папы. Григорий IX умер 21 августа 1241 года в возрасте 96 лет, и церковь возложила вину за его смерть на императора. Фридрих же, имея намерение показать миру, что вел борьбу не с церковью, а исключительно с Григорием IX, тотчас прекратил военные действия против Рима и в сентябре вернулся в Апулию.

Далее: Средневековье. 1241 — 1254. Иннокентий IV
Назад: Средневековье. 1198 — 1227. Иннокентий III. Возрождение церковного государства.

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. 1198 — 1227. Иннокентий III. Возрождение церковного государства.

8 января 1198 года в портике Септизониума папой был единогласно избран принадлежавший к графскому роду Конти кардинал Лотарь, принявший имя Иннокентия III. Сразу же после избрания римский народ начал требовать с Иннокентия денег, и новый папа не поскупился, чем сразу приобрел благосклонность народных масс. 22 февраля в базилике Святого Петра состоялось его посвящение с последующим торжественным шествием в Латеран в сопровождении префекта города, сенатора, дворянства и консулов.

иннокентий iii
Иннокентий III

В наследство от предшественников Иннокентию III достались развалины и отсутствие реальной власти над городом. Отдаленные провинции Церковной области оказались во владении немецких графов, а местность вокруг Рима — в подчинении дворянству и сенату. Исправление такого положения стало первой задачей папы, а смерть Генриха VI поспособствовала ее скорому решению.

Городской префект Петрус был ставленником Генриха и, оказавшись беспомощным, ради признания своей должности подчинился Иннокентию, принеся папе вассальную присягу. Подкупленный же денежными подарками народ отказался от своего права избрания сенаторов, и Иннокентий III назначил выборщика, который, в свою очередь, назначил нового, угодного папе, сенатора. До нас дошла формула произнесенной им присяги:

«Я, сенатор города, отныне и всегда буду верен тебе, господину моему, папе Иннокентию. Ни делом, ни помышлением я не буду способствовать тому, чтобы ты потерял жизнь или здоровье или коварным образом был захвачен в плен. Все, что ты мне лично доверишь, я никому не открою к твоему вреду. Я буду предотвращать твой ущерб, если о нем узнаю, если же не буду иметь к тому возможности, то уведомлю тебя лично, или письмом, или через верных посланных. По мере сил и разумения я буду тебе помогать в охранении римского папства и прав Святого Петра, которыми ты обладаешь, и в возврате тех, которых ты не имеешь, и возвращенное буду защищать против всего света: Святого Петра, город Рим, Леонину, Транстеверин, Остров, замок Кресцентия, Святую Марию Ротонда, сенат, монеты, почет и достоинства города, гавань Остию, Тускулумские имения и вообще все права и преимущества как в городе, так и вне его. Кардиналам и состоящим при твоем и при их дворе, когда они будут приходить в церковь, оставаться там и возвращаться назад, я ручаюсь за полную их безопасность. Клянусь добросовестно и верно исполнять все сказанное; так да поможет мне Бог и Его святые Евангелия».

Из этой формулы вытекает интересный факт. Город Рим того времени был отделен от Леонины, Острова и Трастевере. Трастеверинцы вообще считались иностранцами и не могли избираться в сенат.

Итогом первого месяца правления Иннокентия III стало признание его своим верховным властителем как городом Римом, так и ленами Кампаньи, Сабины и Тусции. Однако папа желал приобрести и другие провинции, которые при Каролингах были включены в Церковную область, а при Генрихе VI оказались преобразованы в новые немецкие государства. Умный Иннокентий тот час же выступил как освободитель Италии от господства немцев. Воодушевлялся он, правда, не патриотизмом (род Конти как раз имел немецкие корни), а сознанием того, что временное ослабление империи — хороший шанс на воссоздание прочного церковного государства.

Многие города тогда примкнули к папству из ненависти к чужестранцам, стремясь изгнать немецких феодалов. Самым могущественным из последних был Марквальд, отказавшийся от своего владения — Равенны — лишь после долгого сопротивления восставшим городам и папским войскам. Равенну и другие части бывшего экзархата Иннокентий III присвоить не мог, но все же список его приобретений оказался довольно впечатляющим. Присягу папе принесли Перуджия, Сполето, Ассизи, Риети, Фолиньо, Норция, Губбио, Тоди, Чита ди Кастелло и ряд других местностей.

Еще 11 ноября 1197 года Флоренция, Сиена, Лукка, Вольтера, Ареццо, Прато и еще несколько городов создали тусцийское товарищество по образцу ломбардского союза. Они приняли на себя обязательство защищать церковь и ее владения и никогда не признавать в своих областях без согласия папы ни императора, ни его наместника. Этот союз, к которому отказалась присоединиться лишь Пиза, тоже пытался подчинить себе Иннокентий. Однако, общины так и не признали за церковью никаких политических прав.

Первые шаги нового папы указывали на него как на человека, рожденного быть монархом. Всего лишь за два года пребывания на святом престоле он довел церковное государство от руин до размеров пипинова дарения. И в то же самое время, отняв у империи часть ее земель, он был третейским судьей в споре Филиппа Швабского и Вельва Оттона за имперский трон. Тем не менее и ему не удалось достичь спокойного пользования своей светской властью.

Город Рим быстро показал, что народное возбуждение представляет собой силу, которую папы так и не научились преодолевать, хотя иногда и господствовали над ней. Демократы, люди конституции 1188 года, не могли перенести того, что папа завладел сенатом и отнял у Капитолия всю его юрисдикцию в пределах города.

Вождями этой партии были два демагога из знатных римских фамилий, бывшие сенаторы Иоанн Капоччи и Иоанн Пьерлеоне Райнерий. Оба будоражили общину, объясняя ей, что папа похищает всю ее власть над городом и «ощипывает ее, как ястреб курицу». Неудовольствие римлян искало лишь случая для своего проявления, и такой случай давал им Витербо, как ранее Тиволи и Тускулум.

Витербо, богатый торговый город, был свободной общиной под главенством папы, но находился в состоянии войны с Римом, не желая признавать над собой судебную власть последнего. Граждане Витербо обратились за помощью к тусцийскому союзу, предусмотрительно вступив в него ранее, и помощь была им обещана. Таким образом тусцийский союз нарушил свой договор с церковью, принял участие в войне и даже угрожал Риму, резиденции папы.

Вмешательство союза в войну принудило римских вождей обратиться за помощью к папе, и если бы он отказал городской общине в поддержке, немедленно бы последовало народное восстание, чего Иннокентий III должен был всячески избегать. После напрасного обращения к Витербо подчиниться его решению, папа наложил на этот город интердикт (отлучение). Тусцийский союз отозвал свои войска, и 6 января 1200 года римляне нанесли противнику сокрушительное поражение.

Иннокентий получил надежду на спокойствие в Риме, но борьба за власть в дворянской среде продолжала держать город в постоянном возбуждении. Господствовавшие в предыдущем столетии фамилии Пьерлеоне и Франджипани отошли на второй план, уступив свое место семьям Колонна, Анибальди, Конти, Савелли, Орсини и др. Ряд этих семей выдвинулся вперед исключительно благодаря принадлежности к ним некоторых пап. Так благополучие рода Орсини было связано с предшественником Иннокентия III, Целестином III (Джачинто Бобоне Орсини). Происхождение их темно. Само имя Орсини имеет корни в латинском Ursinus или Ursus, т.е. медведь, и, возможно, восходит к воину, обладавшему грубой силой. Его личность неизвестна, но имя Ursus упоминалось уже в эпоху Оттонов.

В начале 13 века многочисленные Орсини приобрели могущество и жили во дворцах, построенных на античных монументах квартала Парионе. Они находились в наследственной вражде с двумя ветвями Конти и, пока Иннокентий осенью 1202 года был в Веллетри, выгнали эти роды из их жилищ. Вернувшийся папа приказал им помириться, но ненависть Орсини к родственникам Иннокентия перекинулась и на него самого. В результате умелого подстрекательства в городе в очередной раз вспыхнули беспорядки, и в начале мая 1203 года папа был вынужден бежать в Палестрину.

В то время, когда латинские крестоносцы взяли Константинополь, папа не имел возможности находиться в Риме! Такое противоречие между его формальным могуществом и реальным положением не могло не приводить Иннокентия в глубокое уныние. Осенью, находясь в Ананьи, папа заболел так тяжело, что даже ожидали его смерти. Между тем приближалось время выборов в римский сенат. Дикая война раздирала город, и народ, вконец измученный аристократами, стал упрашивать папу вернуться. Иннокентий сначала отказывался, но в марте 1204 года все же приехал в Рим, твердо решив устроить сенат по своей воле.

Принятый в городе со всеми почестями, папа быстро успокоил восстание. Он назначил выборщиком человека, уважаемого всеми партиями, Иоанна Пьерлеоне. Выбор последнего пал на Григория Райнерия, благородного человека, отличавшегося не силой, а справедливостью. Но противоборствующая (демократическая) партия и слышать не хотела о мире. Она объявила договор 1198 года отмененным и выбрала свой сенат, назвав его «добрыми людьми общины». Городская война вспыхнула с новой силой.

Сражения шли по всему городу от Колизея до Латерана и Квиринала. За одну ночь на развалинах храмов, бань и водопроводов вырастали кирпичные и деревянные башни, откуда в противника летели камни. Узкие улицы перегораживались цепями, а вокруг церквей рылись окопы. Под звон оружия и грохот камней Иннокентий III оставался заключенным в Латеране, квартале дружественных ему Анибальди. Наконец, утомленный народ снова потребовал мира. Иннокентий согласился на то, чтобы четверо третейских судей решили спор между сенатом и антисенатом, а сам он подчинился бы их решению на один год.

Папа победил. Третейские судьи присудили ему право избрания сената, а римская община потеряла значительную часть своего политического могущества. Не найдя ни одного человека, который в качестве сенатора устроил бы обе партии, благоразумный Иннокентий III согласился на избрание 56 сенаторов. Это коллективное правление уже через шесть месяцев было благополучно отменено навсегда, после чего новый сенатор добился спокойствия в городе.

Окончательно мир между городом Римом и Иннокентием был заключен в 1205 году. С этого времени исполнительная власть сосредотачивалась в руках одного человека, которого назначал сам папа. Таким образом, римский народ последовательно отказывался от всех своих великих исторических прав: выбора папы, выбора императора, а теперь и выбора сената. Для пап же началась более спокойная эпоха.

Налаживались дела и на Сицилии. Констанца, вдова Генриха VI, оказалась беззащитна перед бурными волнениями, поднявшимися в этом королевстве после смерти императора. 17 мая 1197 года она короновала в Палермо своего трехлетнего сына Фридриха, но сицилийцы восстали против немцев, казавшихся им лишь угнетателями отечества. Тогда Констанца обратилась за помощью к папе, имя которого уже гремело по всей Италии. В результате долгих переговоров Иннокентий III добился от императрицы отказа от древней церковной свободы норманнских королей, а сам был назначен опекуном юного Фридриха. Покровительство папы сохранило Фридриху корону Рожера, но Сицилия стала церковным леном.

Дальнейшей заботой Иннокентия стало подчинение немецких графов Генриха VI, владевших землями Апулии и притеснявшими сопротивляющееся им местное население. Папа набрал войска из церковной области и Тусцийского союза (воевавшие с Витербо римляне отказали ему в поддержке). В это же время к нему на службу поступил один из лучших полководцев, авантюрист из Франции, Вальтер, граф де Бриенн. Кампания, начавшаяся в 1201 году, счастливо закончилась в 1208-м. В голодной и измученной войной Южной Италии постепенно восстанавливалось спокойствие.

15 мая 1208 года Иннокентий III выехал из Рима для установления оснований папской правительственной власти во вновь приобретенных провинциях церковной области, а также для утверждения тамошних вассалов и городов в верности церкви. Заодно он щедро наделил имениями и почетными званиями свою родню, видимо, в качестве награды за оказанные ими услуги. Можно ли было упрекать римлян за их обвинения папы в непотизме? 12 ноября 1208 года Иннокентий вернулся в Латеран и был встречен с большими почестями. Город в это время был на удивление спокоен.

4 октября 1209 года в соборе Святого Петра Иннокентий III короновал императором Оттона Вельфа, сына Генриха Льва и английской принцессы Матильды. Часть германских войск оставалась в палатках на Нероновом поле, а часть расположилась на одном из тибрских мостов, чтобы не допустить традиционного возмущения римлян после коронации. Они так и пустили германцев в город, и Оттон со своей свитой могли лицезреть великий Рим лишь со стен Леонины. Иннокентий же, со своей стороны, потребовал от императора покинуть пределы города на следующий день после церемонии, что явно было унижением для последнего.

оттон iv
Оттон IV

Едва завладев императорской короной, Оттон IV решил вернуть империи все владения, которые Иннокентий присоединил к церкви. Он возобновил привилегии Генриха VI и начал привлекать к себе его сторонников, раздавая итальянские земли и пытаясь восстановить уничтоженные папой немецкие ленные княжества. Папа оказался в отчаянном положении и для защиты Средней Италии стал искать помощи у тусцийских и умбрийских городов.

В августе 2010 года Оттон вошел в Тусцию и занял там все земли, относившиеся к наследству Матильды. Однако, если новый император хотел прочной будущности своей династии, ему следовало обезвредить юного Фридриха, наследника Барбароссы, и Оттон решил вторгнуться в Апулию, королевство, принадлежавшее Фридриху наравне с Сицилией. 18 ноября, всего через год после коронования, Иннокентий III отлучил императора от церкви, но это не спасло Италию от завоевания.

В следующем году Оттону IV сдались почти все южные города, включая Неаполь и Тарент, а пизанские корабли стояли наготове для перевозки германских войск на Сицилию. Рим был окружен так плотно, что в него не могли попасть ни послы, ни пилигримы. В городе начали звучать обвинения папы в том, что он стал зачинщиком раскола в империи. Спасение пришло из Германии, в которой трон Оттона заколебался.

Как только там стало известно об отлучении, против императора составилась сильная партия. В Нюренберге часть немецких князей объявила Оттона низложенным и призвала на престол Фридриха сицилийского. Это заставило Оттона в ноябре 1211 года покинуть Апулию и направиться на север Италии, где большинство городов сразу перестало признавать его. Весной 1212 года император вернулся в Германию.

Иннокентий III ухватился за предоставившуюся ему возможность устранить от власти Оттона, и это стало его роковой ошибкой. Считал ли папа возможным предотвратить соединение Сицилии, королем которой был последний из Гогенштауфенов, противников абсолютной власти церкви, и Германии? Тот момент, когда он предложил сицилийскому королю взять римскую корону, был одним из самых роковых в истории папства. Следствием его стала борьба, разрушительная и для церкви, и для империи, а затем и господство Анжуйского дома, Сицилийская вечерня и Авиньонский плен.

Осенью 1211 года в Палермо с предложением немецкой короны прибыли швабские послы. Королева и парламент выступили против этого предприятия — слишком велика была неприязнь сицилийцев ко всему, связанному с Германией. Сам Фридрих поначалу тоже колебался, но молодость взяла верх. На тот момент королю было всего 18 лет. Он короновал королем Сицилии родившегося у него недавно сына Генриха, сел на корабль в Мессине и прибыл в Рим, где в апреле 1212 года папа приветствовал его как избранного римского короля.

Внук Барбароссы явился перед Иннокентием не тем беспомощным юношей, которым папа видел его в первый раз, но как избранный по праву император. Проницательный взор понтифика увидел в нем прирожденную силу и искушенный ум. И тем не менее, папа своими руками продолжал создавать своего противника. Снова, как и в случае с Оттоном, были определены условия занятия императорского трона, одним из которых было обязательство не присоединять Сицилию к Германии.

Папа простился с Фридрихом и даже снабдил его деньгами, и 5 декабря 1212 года во Франкфурте тот был избран королем Германии. После победоносных действий против Оттона IV 25 июля 1215 года в Аахене Фридрих II был коронован папским легатом Зигфридом, архиепископом Майнским, и еще раз торжественно подтвердил папское владычество над Апулией и Сицилией. Помимо того, после коронования он дал обет совершить крестовый поход в Святую Землю.

Спор за германский престол был окончательно решен на Четвертом Латеранском соборе, созванном Иннокентием в ноябре 1215 года. Адвокаты Оттона и представители Фридриха выслушали решение, которым первый был отвергнут, а последний признан. Более 1500 прелатов из всех христианских стран вместе с князьями и посланниками королей и республик преклонили колена перед могущественнейшим из пап, который сидел на Всемирном престоле как повелитель всей Европы.

Умер Иннокентий III 16 июня 1216 года в Перуджии, куда он отправился, чтобы примирить Пизу и Геную и получить содействие этих морских держав для крестового похода, бывшего главным предметом прошедшего собора. Его преемником стал Ченчиус Савелли, кардинал церкви святых Иоанна и Павла. Он вступил на папский престол в Перуджии 24 июля 1216 года под именем Гонория III.

9 апреля 1217 года Гонорий короновал в Константинопольские императоры французского графа Петра де Куртенэ. Это был первый и последний случай получения короны греческим императором в Риме из рук папы. Правда церемония прошла не в базилике Святого Петра, а в церкви Сан Лоренцо фуори ле Мура, что низводило ее до королевского уровня. Можно добавить, что до Константинополя этот бессильный ставленник Запада так и не добрался, умерев в албанской тюрьме.

гонорий 3
Гонорий III

Одной из важнейших целей своего понтификата Гонорий III считал организацию задуманного Иннокентием крестового похода, однако Фридрих II медлил с исполнением своего обета, чему были веские причины. Прежние рыцарские чувства уже потеряли в Европе практическое значение, а мир, видевший, как крестовый поход франкских князей разделался с христианским Константинополем, вскоре после того со смехом взирал на удивительный крестовый поход нескольких тысяч детей, указывавший на болезненное вырождение этого предприятия.

Религиозные стремления превратились в политические задачи, направленные не на обладание Гробом Господним, а на Египет, ключ к Востоку, и на торговые пути в Индию. Исполнение своего обета не позволило бы Фридриху исполнять свои обязанности правителя и увлекло бы в Сирию, где нашел себе бесполезную смерть его дед. Напротив, ближайшей целью Фридриха было устройство своих сицилийских владений, достижение императорской короны и укрепление престолонаследия в Империи.

19 мая 1218 года умер Оттон IV, и теперь Фридрих был повсеместно признан римским королем. В 1220 году он повторил Гонорию обещание, данное еще Иннокентию III, не присоединять Сицилию к землям германской короны, но потребовал утверждения за собой пожизненного владения ею. С этого момента личная связь Сицилии с домом Гогенштауфенов уже не прерывалась. Гонорий III должен был предвидеть будущее соединение обеих корон, но был слишком слаб, чтобы предотвратить его.

Папа еще в 1219 году удалился из снова становившегося беспокойным Рима в Витербо. Не чувствуя на себе сильной руки, городская община стала добиваться возвращения утраченных ей прав. Здесь Фридрих нашел возможным оказать Гонорию услугу. Он уведомил римлян о своем скором прибытии и убедил их повиноваться папе. В октябре Гонорий смог вернуться в город.

Сам Фридрих прибыл в Рим в ноябре 1220 года и 22 числа был коронован Гонорием в базилике Святого Петра при полном, еще неслыханном до сих пор, спокойствии в городе. Римляне, впервые после долгого времени допущенные до торжественного участия в церемонии, гостеприимно открыли свои двери. Блеск и важность торжеству придавало присутствие многих князей и посланников от городов. Для принесения присяги на верность явились даже сицилийские бароны.

фридрих 2
Фридрих II

Коронование Фридриха II досталось ему дорогой ценой. Конституции, данные в пользу церкви, были провозглашены в базилике как законы, которые должны были действовать по всей империи. Церкви давалась полная свобода, а все изданные князьями или городами статуты против духовенства и его имущества были объявлены еретическими. Была признана свобода духовенства от податей, паломникам обещана безопасность, потерпевшим кораблекрушение — охрана их имущества, крестьянину — мирный труд. Императорская власть в городе была бессильна и бесправна. Победа церкви была полная. Когда же Фридрих II в день коронования взял крест и дал обещание в следующем августе сесть на корабли для отправления в Сирию, Гонорий III был полностью удовлетворен.

Подтверждая договорами существование церковного государства, Фридрих действительно предполагал оставить его неприкосновенным, на что указывает ряд его актов. Однако, идея всемирного владычества Римской империи находилась в постоянном противоречии с идеей всемирного владычества церкви, а естественным объектом этого конфликта являлась Италия, вызывавшая у Фридриха желание снова покорить эту страну, заключавшую в себе корни империи.

Гонорий совсем недолго оставался довольным. В Риме снова начались волнения, вынудившие папу покинуть город. Отношения же между ним и императором начали портиться уже в 1221 году. Фридрих занимался реформами в Сицилии и всячески затягивал начало крестового похода. В апреле 1222 года они договорились о созыве конгресса в Вероне, который, однако, не состоялся. На следующем собрании в Ферентино, весной 1223 года, это предприятие было отложено до 1225 года.

Наставший 1225 год не принес исполнения желания папы, поскольку в содействии походу отказали западноевропейские короли. Посланники Фридриха потребовали от Гонория очередной отсрочки, с чем он, поневоле, согласился. Наконец, 25 июля, император дал клятву перед папским легатом, что в августе 1227 года он выступит в крестовый поход под страхом отлучения от церкви в случае неисполнения обещания.

Папа провел зиму в Риети. О его возвращении в Рим велись переговоры, посредником в которых снова выступил Фридрих. Осенью между церковью и городом был заключен мир, и в феврале 1226 года Гонорий III смог вернуться в Латеран. Тем не менее, его отношения с императором только ухудшались, поскольку реформы последнего превращали Сицилию в самостоятельную монархию, что совершенно не соответствовало интересам римской курии.

18 марта 1227 года Гонорий III умер в Латеране.

Далее: Средневековье. 1227 — 1241. Григорий IX
Назад: Средневековье. Рим в 12 веке

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Римские папы 11 -12 веков

Борьба за господство в папской области между Кресцентиями и тускуланскими графами в первой половине 11 века. Реформирование церкви и начало борьбы за инвеституру с германскими императорами во второй половине 11 века и первой половине 12 века. Воссоздание римлянами сената и борьба с папами за светскую власть в городе. Противостояние императору Фридриху Барбароссе.

139. Сильвестр II (999-1003)

Француз из Оверни. Активная борьба с симонией. Изгнание в Равенну и возвращение в Рим. Популяризация арабских достижений в математике и астрономии. Возрождение применения абака и астролябии. Похоронен в Латеранской базилике.

140. Иоанн XVII (1003)

Римлянин. Ставленник Кресцентиев. Похоронен в Латеранской базилике.

141. Иоанн XVIII (1004-1009)

Римлянин. Ставленник Кресцентиев. Поощрение миссионерства среди славян. Стремление к примирению с Константинополем. Похоронен в базилике Святого Петра.

142. Сергий IV (1009-1012)

Римлянин. Ставленник Кресцентиев. Инициативы по облегчению голода в Риме. Выступление против захвата Иерусалима мусульманами. Похоронен в Латеранской базилике.

143. Бенедикт VIII (1012-1024)

Итальянец, тускуланский граф. Короновал императором Генриха II. Борьба с антипапой Григорием VI, набегами сарацин и Кресцентиями в папской области. Акты против симонии. Распоряжение о безбрачии священников. Похоронен в базилике Святого Петра.

144. Иоанн XIX (1024-1032)

Итальянец, тускуланский граф. Купил папский престол. Короновал императора Конрада II. Похоронен в базилике Святого Петра.

145. Бенедикт IX (1032-1044)

Итальянец, тускуланский граф. Избран в возрасте около 18 лет (по другим источником — около 12 лет). Обвинялся в многочисленных преступлениях. Бежал из Рима после народного восстания. Избирался папой еще дважды — в 1045 году (147) и в 1047-1048 годах (150). После второго понтификата продал место на престоле. После третьего понтификата снова бежал, был отлучен от церкви и умер в монастыре. Похоронен в Гроттаферрата.

146. Сильвестр III (1045)

Римлянин. Ставленник Кресцентиев. Избран против своей воли. Низложен. Умер в Сабине.

147. Бенедикт IX (1045)

См. №145. Низложен.

148. Григорий VI (1045-1046)

Римлянин. Ставленник Кресцентиев. Купил престол у Бенедикта XIX и, признавшись в этом, отрекся. Похоронен в Клюни.

149. Климент II (1046-1047)

Саксонец, граф. Избран благодаря протекции Генриха III. Короновал генриха III императором. Умер, сопровождая императора в поездке по Италии. Похоронен в Бамбергском соборе.

150. Бенедикт IX (1047-1048)

См. 145. Низложен.

151. Дамасий II (1048)

Баварец, граф. Назначен папой по указанию императора. Умер от малярии. Похоронен в Сан Лоренцо фуори ле Мура.

152. Святой Лев IX (1049-1054)

Эльзасец, граф. Сторонник реформы церкви. Борьба с симонией и светской инвеститурой. Выступил с войском против норманнов, но потерпел поражение и признал их завоевания в Апулии и Калабрии. Конфликт с Константинопольской церковью, послуживший началом Великого Раскола. Похоронен в базилике Святого Петра.

153. Виктор II (1055-1057)

Немец, граф. Опекун малолетнего императора Генриха IV. Продолжение реформы церкви. Умер от малярии во время поездки по Тоскане. Похоронен в Мавзолее Теодориха в Равенне.

154. Стефан IX (1057-1058)

Лотарингец, граф. Продолжение реформ. Планы выйти из-под подчинения императорам. Умер во Флоренции. Похоронен в соборе Святой Репараты, Флоренция.

155. Николай II (1059-1061)

Бургундец. Признал норманнские владения в Италии. Узаконил избрание папы кардиналами без участия аристократии. Похоронен в базилике Санта Мария дель Фиоре.

156. Александр II (1061-1073)

Итальянец. Первый папа, избранный без участия немецкого императора. Конфликт с императором Генрихом IV. Возобновление диалога с Константинополем после схизмы 1054 года. Продолжение реформ церкви. Похоронен в базилике Святого Петра.

157. Святой Григорий VII (1073-1085)

григорий vii

Итальянец из Тосканы. Главный идеолог церковной реформы начиная с правления Святого Льва IX (152). Окончательное утверждение целибата. Борьба с немецкими императорами за инвеституру. Отлучение от церкви и принуждение Генриха IV к покаянию. Повторное отлучение императора. Первым облачился в ставшие затем традиционными бело-красные одежды. Разорение Рима освободившими его от Генриха норманнами. Изгнание из Рима. Умер в Салерно. Похоронен в соборе Салерно.

158. Блаженный Виктор III (1086-1087)

Итальянец из Беневента, князь. Трижды отказывался от своего избрания. Бежал из Рима, занятого ставленником императора, антипапой Климентом III. Умер и похоронен в Монтекассино.

159. Блаженный Урбан II (1088-1099)

урбан ii

Француз. Продолжил политику Григория VII. Делил Рим с антипапой Климентом III. Освободил Сицилию от мусульман. Инициатор первого крестового похода. Похоронен в базилике Святого Петра.

160. Пасхалий II (1099-1118)

пасхалий ii

Итальянец. Продолжил политику Григория VII и справился с тремя антипапами, но проиграл борьбу за инвеституру императорам. Был захвачен в плен, в котором провел 2 месяца, императором Генрихом V. После спора с императором о наследстве Матильды был вынужден бежать из Рима и умер сразу после возвращения. Похоронен в Латеранской базилике.

161. Геласий II (1118-1119)

Итальянец. Был избран без согласия императора и брошен в тюрьму. Освобожден возмущенным народом.Бежал из Рима и отлучил от церкви Генриха V и назначенного им антипапу. Похоронен в Клюни.

162. Каликст II (1119-1124)

Бургундец. Избран в Клюни. Подтвердил отлучения Генриха V и его антипапы. С помощью норманнов захватил антипапу и бросил в тюрьму. Издал буллу в защиту евреев. Заключил с Генрихом V соглашение, положившее конец 50-летней борьбе за инвеституру. Император сохранял за собой возможность влиять на выборы епископов в Германии, но терял свое влияние на выборах в Италии и Бургундии. Первый Латеранский собор. Умер от лихорадки. Похоронен в Латеранской базилике.

163. Гонорий II (1124-1130)

Итальянец. Способствовал приходу к императорской власти саксонской династии. Похоронен в Латеранской базилике.

164. Иннокентий II (1130-1143)

Римлянин. Избран одновременно с антипапой Анаклетом, захватившим все главные базилики Рима, ввиду чего возведен на престол в церкви Санта Мария Нуова. Бежал из Рима во Францию, где был признан практически всеми европейскими монархами. Дважды пытался вернуться в Рим с помощью императора Лотаря II, но сумел закрепиться в городе только в 1137 году. Второй Латеранский собор. Воссоздание сената, провозглашение республики и отмена светской власти папы в Риме. Похоронен в Латеранской базилике.

165. Целестин II (1143-1144)

Итальянец. Конфликт с римским сенатом. Похоронен в Латеранской базилике.

166. Люций II (1144-1145)

Болонец. Противостояние с римским сенатом. Смертельно ранен в голову во время штурма Капитолия.

167. Блаженный Евгений III (1145-1153)

Пизанец. После избрания был вынужден бежать из Рима. Анархия в городе. Организация Второго крестового похода. Похоронен в базилике Святого Петра.

168. Анастасий IV (1153-1154)

Римлянин. Полностью отказался от борьбы с римским сенатом. Похоронен в Латеранской базилике.

169. Адриан IV (1154-1159)

Англичанин. Впервые в истории наложил на Рим интердикт, чем восстановил в городе папскую власть. Короновал императором Фридриха I Барбароссу. Заключил союз с Константинополем против Сицилийского королевства. Конфликт с Фридрихом Барбароссой. Похоронен в Ватиканских гротах.

170. Александр III (1159-1181)

александр iii

Сиенец. Пережил четырех антипап. Отлучил от церкви Фридриха Барбароссу. Бежал во Францию и вернулся в Рим с помощью сицилийского короля. Снова бежал после взятия Рима Фридрихом. Провозглашен главой Ломбардской лиги, нанесшей поражение Барбароссе. Восстановление светской власти пап над Папской областью. Вернулся в Рим в 1178 году и созвал Третий Латеранский собор. Третий раз бежал из Рима после народных волнений. Похоронен в Латеранской базилике.

171. Люций III (1181-1185)

Итальянец. Через 4 месяца после избрания покинул Рим. Сложные отношения с Фридрихом Барбароссой. Похоронен в Кафедральном соборе Вероны.

172. Урбан III (1185-1187)

Миланец. Избран и посвящен в Вероне. Конфликт с Фридрихом Барбароссой и отказ короновать его сына. Похоронен в Феррарском соборе.

173. Григорий VIII (1187)

Итальянец. Потеря крестоносцами Иерусалима и призыв папы к Третьему крестовому походу. Примирение с Фридрихом. Похоронен в пизанском Кафедральном соборе.

174. Климент III (1187-1191)

Римлянин. Примирение с римлянами и возвращение в город. Организация Третьего крестового похода. Похоронен в Латеранской базилике.

175. Целестин III (1191-1198)

Римлянин. Короновал Генриха VI императором. Пытался перед смертью отречься от престола. Похоронен в Латеранской базилике.

Назад: Римские папы 9 — 10 веков

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. Рим в 12 веке

Весь 12 век духовная жизнь Рима ничем не отличалась от предыдущего столетия и носила такой же полуварварский характер, объясняемый непрерывной борьбой всех против всех — церкви, народа, знати, императоров. Святой престол в это время занимали выдающиеся люди, но лишь четверо из них, не самых замечательных, были римлянами по происхождению. А образование свое большинство пап получали во Франции, с которой у Рима установилась близкая связь, и начало которой положил клюнийский орден.

Уже с первой половины 12 века многие знатные фамилии отправляли своих сыновей учиться в Париж. В самом же Риме науки отнюдь не процветали, и этому не способствовала даже образованность пап. Лишь в 1179 году Александр III издал указ, предписывающий учредить при каждой кафедральной церкви бесплатную школу для духовенства и бедноты, но эта мера не увенчалась успехом. В 12 веке Рим не дал ни одного таланта, имевшего культурное значение, и не открыл ни одной известной школы.

Некоторым исключением являлась лишь юриспруденция. Законы Юстиниана, несмотря на вторжение германского начала, никогда не предавались забвению и не теряли своей силы в Италии, и в 12 веке право стало предметом усердного изучения. Однако, опять же, выдающейся школы права в Риме не существовало. Такую славу приобрел состоявший под покровительством Фридриха Барбароссы университет в Болонье. И даже изучение канонического (церковного) права по преимуществу происходило в той же Болонье.

Продолжалось составление Liber Pontificalis, Книги Пап. К сожалению, жизнеописания понтификов носят в ней формальный характер, а история города не отражена совершенно. Лишь биографии Пасхалия II, Геласия II, Адриана IV и Александра III, составленные их современниками и участниками знаменательных событий отступают от традиционной формы каталога. Этим, в отличие от других итальянских городов, и ограничилась римская историография 12 века.

Замечательно, что в этот период нашлись люди, составившие описания некоторых церквей. С течением времени появились даже особые историографы древних базилик, и наибольший интерес, конечно, представляли базилика Святого Петра и Латеран. Для Святого Петра таким человеком стал каноник базилики Петр Маллий, посвятивший свой труд Александру III. Маллий начинает с постройки базилики при Константине и уделяет много места Карлу Великому и пожалованной им в дар церковной области. И хотя главной задачей Маллия являлось обоснование прав Святого Петра, его труд содержит перечисление построек, ритуалы и описания папских гробниц с надписями на них. Аналогично и описание Латеранской базилики, выполненное ее каноником Иоанном.

12 век оказался благоприятным для возникновения римской археологии. Мечтая о восстановлении республики, сенаторы, устроившиеся на Капитолии, просто обязаны были вспомнить о величественных сооружениях античного Рима. Несмотря на безжалостное разорение, которому Рим подвергался все последние столетия, город все-таки оставался самым древним из западных поселений. Свою окончательную форму текст Mirabilia Urbis Romae (Чудеса города Рима) приобрел именно во время восстановления сената и в нем видно явное предпочтение языческому Риму.

В этом замечательном произведении нарисована картина Рима 12 века, когда его развалины еще не стояли огороженными и расчищенными с научной и музейной целью, а представляли собой или неприступные замки буйной знати, или мирные живописные жилища. Многие из них, ныне уже не существующие, в 12 веке были еще почти нетронутыми. Нельзя не удивляться и тому, что даже после пожара, последовавшего за вторжением в Рим норманнов, в городе все еще сохранялось большое число древних зданий.

мирабилияВот что говорит сам автор: «По мере наших сил мы приложили старание дать на память потомству возможно ясное описание этих и многих других храмов и дворцов, существовавших в золотом городе в языческие времена и принадлежавших императорам, консулам, сенаторам и префектам, и все эти здания, блиставшие своими украшениями из золота, серебра и бронзы, из слоновой кости и драгоценных камней, мы описали так, как читали о них в древних хрониках, видели собственными глазами и слышали в преданиях».

Несколько выдержек из Mirabilia:

«Здесь (около Форума) находится храм Весты, в котором, по преданию, спал Дракон; об этом можно прочесть в житии Святого Сильвестра; а там — храм Паллады, и форум Цезаря, и храм Януса, который, как утверждает Овидий, предвидел все совершающееся в году от его начала и до конца; ныне этот храм называется башней Ченчия Франджипане».

О развалинах на Палатине упоминается вкратце: «Внутри Palatium находится храм Юлия; напротив Palatium – храм Солнца; на том же самом Palatium помещается храм Юпитера, называемый Casa major».

О Большом Цирке: «Цирк Приска Тарквиния, изумительно красивый, с сиденьями, расположенными настолько большими уступами, что зрители совсем не загораживали друг другу зрелища; Наверху находились аркады, украшенные сплошь стеклом и желтым золотом; выше помещались дома Palatium, и здесь 14 мая женщины садились кругом и смотрели на происходившие игры; в середине стояли два обелиска, один поменьше, имел 87 футов высоты; другой, более высокий, 122 фута. Наверху триумфальной арки, стоявшей у входа, поставлен был вызолоченный, бронзовый конь, который, казалось, готов был умчаться, унося на своей спине воина; на арке, находившейся на противоположном конце, стоял другой конь, так же бронзовый и вызолоченный. На высоте Palatium, откуда можно было видеть игры, находились места, назначенные для императора и королевы».

«На Марсовом поле стоял храм Марса; здесь 1 июля выбирались консулы, которые сохраняли свои полномочия до 1 января; если избранный консулом оказывался невиновным ни в каких преступлениях, то он утверждался в этом сане. В этом храме римские победители выставляли ростры кораблей, служившие предметом зрелища для всех народов».

«Вверху над фасадом Пантеона были поставлены два бронзовых, вызолоченных тельца. Против дворца Александра находились два храма Флоры и Фебы. Позади дворца, где теперь помещается раковина-чаша, стоял храм Беллоны, на котором была надпись: Я был древним Римом, но теперь я буду называться новым Римом. Восстановленный из праха, я возношусь к небесам».

В ряде случаев есть возможность проверить эти сведения, сличая их с записями в церковных книгах того времени о папских процессиях. В некоторые торжественные дни папы совершали свое шествие пешком и, будучи людьми престарелыми, останавливались для отдыха в определенных местах на заранее приготовленных ложах. В других случаях они, окруженные всей пышностью своего двора, ехали на белом коне с серебряной уздечкой и пурпурным покрывалом. В Ordo, написанном в 1143 году каноником Бенедиктом, дается такое описание пути процессии:

«Папа выходит через (Латеранское) поле у церкви Святого Григория на Мартио, проходит под аркой волопровода, подымается на большую дорогу, минует находящуюся справа церковь Святого Климента и поворачивает налево к Колизею. Затем он проходит через Золотую Арку (ведущую к форуму Нервы) перед форумом Траяна (Нервы), идет до церкви Святого Василия, подымается в гору около Милитае Тиберия (Torre delle Milizie), спускается мимо Сант Аббакирус, минует церковь Святых Апостолов, направляется влево к Виа Лата, сворачивает вдоль Виа Квириналис к Санта Мария ин Аквиро, достигает арки делла Пьета, затем идет к Марсову полю мимо церкви Святого Трифона и доходит до моста Адриана. Пройдя мост, он выходит через Порта Коллина возле храма и замка Адриана, минует обелиск Нерона, проходит через портик возле гробницы Ромула и затем поднимается в Ватикан, в базилику апостола Петра».

«По окончании обедни перед базиликой совершается коронование папы, после чего он садится на лошадь и уже коронованный направляется в процессии обратно следующим «священным путем»: через портик и вышеназванный мост папа проходит под триумфальными арками императоров Феодосия, Валентиниана и Грациана, приближается ко дворцу Хроматиус, где евреи приветствуют процессию гимнами, затем следует через Парионе между цирком Александра и театром Помпея вниз через портик Агриппины (около Пантеона) и вверх через Пириэя; затем, миновав церковь Святого Марка, проходит под аркой Манус Карнеае, по Кливус Аргентариус, между базиликой Аргентария и Капитолием; спускается к Мамертинской тюрьме, проходит под триумфальной аркой (Севера), между Темпулум Фатале и храмом Конкордии, затем между форумом Траяна (Нервы) и форумом Цезаря; далее под аркой Нервии, между храмом этой богини и храмом Януса; далее вверх по вымощенной дороге, где пал Симон волхв (древняя Виа Сакра) около храма Ромула; затем идет под триумфальной аркой Тита и Веспасиана, спускается к Мета Суданс и к триумфальной арке Константина, сворачивает налево перед амфитеатром и, следуя по священному пути возле Колизея, возвращается в Латеран».

Таким образом, для торжественных христианских процессий в Риме была создана новая Виа Сакра, последний участок которой, от Колизея до Латерана, получил название Санкта Виа. На пути этих процессий встречались как языческие, так и христианские памятники, и тем не менее даже в книгах ритуалов того времени предпочтение отдавалось языческим памятникам, а папы старались пройти подо всеми триумфальными арками империи.

Интересен тот момент, что в Мирабилии практически отсутствуют какие-либо легенды, а те, что есть, относятся к римским статуям. Когда ваяние находилось в полном упадке, эти произведения искусства, уцелевшие в Риме, должны были вызывать всеобщее изумление. Народ, забывший древнюю поэзию, чувствовал в статуях воплощение идеалов классического мира живее, чем во всех остальных памятников древности. Сами греческие боги взирали глазами этих изваяний на низведенное до варварского состояния человечество.

Весь 12 век в Риме господствовала война, и нетрудно представить себе, как много в это время погибло древних зданий. Когда же устанавливалось относительное спокойствие, древние руины использовались для восстановления города. О сохранении памятников совершенно не заботилась никакая власть, и для получения извести, так же как и прежде, в дело шел благородный мрамор. А на великолепные колонны заброшенных зданий с жадностью смотрели иноземные князья и епископы.

Однако, публичные сооружения принадлежали государству, и из сохранившихся документов того времени видно, что папы жаловали памятники церквям и частным лицам, что и спасло их от окончательной гибели. Примером может служить триумфальная арка Септимия Севера. В 1199 году Иннокентий III передал часть этой арки церкви святых Сергия и Вакха: «Мы утверждаем половину всей триумфальной арки, состоящей из трех отдельных арок, именно одну из двух арок меньшей величины (над которой воздвигнута башня), стоящую ближе к вашей церкви, и половину всей средней и с камерами, примыкающими к меньшей арке». Далее говорится, что другой половиной арки владеют наследники некоего Цимина. Выходит, что эта арка принадлежала двум различным владельцам, была перестроена в укрепление и имела наверху башню.

Когда римляне добились независимости, собственником общественных сооружений, еще не обращенных в частные владения, объявил себя город, а сенат признал за собой обязанность заботиться о целости городских стен и обязал папу ежегодно выделять на эти цели определенную сумму. В 1157 году сенат восстановил часть стены у Порта Метробия, о чем говорит памятная доска на башне делла Марана. На доске приведены имена действовавших тогда сенаторов, но имя папы не упомянуто.

На одном из Тибрских мостов, мосту Цестия, тоже есть надпись, гласящая: «Бенедикт, светлейший сенатор великого города, восстановил этот, почти совсем разрушенный мост». По всей видимомти, этим сенатором был Бенедиктус Карусомо. 27 марта 1162 года римский сенат постановил принять меры по сохранению колонны Траяна, «дабы она никогда не могла быть разрушена или повреждена и, оставаясь в ее настоящем виде, служила бы всегда к славе римского народа, пока существует мир. Тот, кто дерзнет нанести ей ущерб, будет предан смерти, а имущество его будет конфисковано».

Колонна Траяна принадлежала в то время женскому монастырю Святого Кириака. А колонна Марка Аврелия находилась в собственности мужского монастыря Святого Сильвестра. Надпись в атриуме монастыря гласила: «Так как колонна Антонина принадлежала монастырю Святого Сильвестра, и стоящая возле нее церковь Святого Андрея с дарственными приношениями пилигримов в верхнем и нижнем алтарях уже с давних пор арендными договорами передавалась в сторонние руки, то мы, желая, чтобы это отчуждение никогда более не повторялось, властью святого апостола Петра и святых Стефана, Дионисия и Сильвестра проклинаем и предаем анафеме аббата и монахов, если они осмелятся сдать в аренду колонну и церковь или уступить их в виде бенефиции. И если кто-нибудь вздумает отнять у нашего монастыря эту колонну силой, тот да будет проклят, как грабитель церкви, и навеки предан анафеме. Да будет так! Это постановлено властью епископов и кардиналов в присутствии многих священнослужителей и мирян. Составил и скрепил Петр, милостью Бога смиренный аббат этого монастыря, совместно с братией, в лето от Рождества Христова 1119, в XII индиктион».

По мере достижения независимости у нобилей так же появилось желание прославиться возведением построек. Именно с такой целью была возведена башня на мосту сенаторов (понте Ротто), больше похожая на дворец, в позднее средневековье получившая название Монцоне, а теперь известная как дом Кресцентия. Карнизами и небольшими ложами башня делилась на несколько этажей; вход в нее с улицы имел свод; на верхние этажи вела каменная лестница. Снаружи башня была украшена древними изваяниями. Варварский стиль этого баронского дворца, от которого уцелела лишь ничтожная часть, выступает особенно резко из-за находящихся по-соседству двух хорошо сохранившихся римских храмов — Портуна и Геркулеса (см. Бычий Форум).

Не сохранившиеся до нашего времени дворцы Пьерлеоне и Франджипане, вероятно, были столь же причудливыми постройками. Башни из кирпича, где отдельно стоящие, а где пристроенные к древним памятникам, возводились в эту эпоху по всему городу. Не оставалось ни одной триумфальной арки, не увенчанной башней. Даже в Большом Цирке Франджипане возвели их несколько штук. Вообще, страсть к возведению башен господствовала тогда во всех итальянских городах. Эти сооружения, обычно, не отличались прочностью, тем не менее, часть их дожила до наших дней. Все они сложены из обожженного кирпича, имеют четырехугольную форму, не сужаются кверху и не разделены на ярусы.

По сведениям из Мирабилии на городских стенах возвышалась 361 башня. Добавим к ним множество церковных колоколен и башен фамильных замков на фоне древних развалин и увидим, насколько средневековый Рим отличался от современного. Этот лес мрачных и грозных башен придавал городу неприступный и воинственный вид, производя впечатление даже на могущественных государей.

Правда, внутри стен взгляду представала картина запустения и одичания. Холмы все более пустели и покрывались пышной растительностью. Городские кварталы превращались в поля, а низменности — в болота. Отсутствие чистой питьевой воды в разрушенных акведуках вынуждало население перемещаться в низины, к Тибру и Марсову полю. Здесь, в хаотичном лабиринте улиц, среди груд развалин храмов и памятников, и обитал невежественный римский народ, немногочисленный, но сумевший изгнать из города пап и противостоять императорам.

В отсутствие денег разоренный город не мог позволить себе возведение великолепных соборов нового стиля, как это происходило с северных итальянских республиках, и довольствовался реставрацией и отделкой того, что в изобилии сохранилось от прошлых времен. Однако, чувство прекрасного брало свое, о чем можно судить, например, по базилике Санта Мария ин Космедин. Эта небольшая церковь была отреставрирована при Каликсте II и отделана его камерарием Альфаном. В ней до сих пор сохранилось немало памятников того времени. Это и наивная скульптура, в которой, впервые среди господства сурового варварства, в робких чертах стал проступать пленительный облик музы, и пестрая мозаика каменного пола, и отделанные мрамором амвоны, и многое другое.

При том же Каликсте II в базилике Святого Петра и Латеране появились картины с изображениями одержанных церковью побед. Примеру Каликста последовали и его преемники. Настоящим памятником понтификата Иннокентия II стала церковь Санта Мария ин Трастевере. Сам Иннокентий II был транстеверинец по происхождению, и его фамильный дворец находился в районе прихода этой церкви. С ее 24 колоннами из темного гранита, с античными потолочными балками и мозаикой, эта церковь до сих пор несет в себе древнехристианский дух средневекового Рима. Большая мозаика в наружной нише, изображающая Богоматерь и десять дев, принадлежит середине 12 века и свидетельствует о том, что искусство снова начинало делать успехи.

Живописцы, служившие церкви своим искусством, по-видимому, уже пользовались почетом и становились состоятельными льдьми. Около 1180 года на сцену выходит семья знаменитых художников Космати, создавших свой стиль каменной инкрустации, получивший название косматеско. Началом новейшей скульптуры стала Opus Alexandrinum, мозаичная отделка церквей кусочками цветного мрамора. Так украшались гробницы, трибуны, канделябры для пасхальных свечей и реликварии. С середины 12 века римские мастера стали получать все больше заказов, поскольку уже все без исключения папы стали заботиться о реставрации и украшении церквей.

Люций II заново отстроил церковь Сан Криче, Евгений II возобновил базилику Санта Мария Маджоре и украсил ее портиком. Анастасий IV воздвиг дворец около Пантеона, а Евгений III – дворец в Сеньи и ряд построек в Ватикане. Существует предположение, что Евгений III и Целестин III положили основание Ватиканскому дворцу. Они же расширили Латеран. Климент III так же построил монастырский дворик в церкви Сан Лоренцо, являющийся самой древней постройкой такого рода в Риме и по своему стилю приближающийся уже к следующему веку.

Таким образом, несмотря на общую отсталость и тяжелую, связанную с постоянными войнами и мятежами, жизнь, в 12 веке в Риме, как и во всей Италии, начинается пробуждение интереса к искусству. Хотя именно в Риме искусство так и не получило национального значения.

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. 1181 — 1198.

6 сентября 1181 года в Веллетри был избран и посвящен в папский сан под именем Люция III кардинал-епископ Остии и Веллетри, Убальдо Аллючинголи. В ноябре он перебрался в Рим, но очень скоро стал во враждебные отношения с римлянами, поскольку не признал за ними прав, уступленных прежними папами. Яблоком раздора по-прежнему оставался Тускулум, жители которого с большим трудом восстановили разрушенные стены города.

Люций III

28 июня 1183 года римляне снова осадили Тускулум, и Люций III, укрепившись в Сеньи, призвал из Тусции на помощь Христиана фон Буха. Воинственный архиепископ не замедлил прибыть, и осаждавшим оказалось достаточно одного воспоминания о битве при Монте Порцио, чтобы бежать до самых стен Рима. А здесь снова сказала свое слово августовская лихорадка, и Христиан сошел в могилу, успев получить благословение папы.

Эта смерть стала большой потерей для Люция, и римляне уже с большей смелостью напали на города, сохранившие верность папе. В апреле 1184 года они разорили Тускуланскую область и проникли далеко вглубь Лациума, производя опустошения и насилие над духовенством. Люций бежал в Верону к находившемуся там императору, но встреча церковного и светского государей не оказалась дружественной из-за возникших между ними разногласий по вопросам инвеституры и наследия Матильды. Кроме того, Люций отказывался признать за Генрихом, сыном императора Фридриха, право на императорскую корону.

Тем не менее, Фридрих назначил на место умершего Христиана нового начальника войск в Кампаньи, графа Бертольда, для защиты Тускулума от римлян. Люций III, со своей стороны, на соборе в Вероне отлучил римлян от церкви. Здесь же, в Вероне, он и умер 25 ноября 1185 года. Его преемник, миланский архиепископ Гумберт Кривелли, принявший сан под именем Урбана III, оставался в изгнании в Вероне, а его отношения с императором приняли характер открытой вражды.

Опасения папы вызывал успех германской политики в Сицилии. Династия Рожера оказалась вымирающей, и бездетный Вильгельм II согласился на брак своей наследницы и тетки, дочери короля Рожера, Констанции, с Генрихом, сыном Фридриха. Несмотря на протест папы, суверена Сицилии, это бракосочетание состоялось в январе 1186 года, причем Фридрих торжественно провозгласил своего сына цезарем. Таким образом, Сицилия — лен Святого престола, служивший папам опорой против германских королей, — со смертью Вильгельма II должна была отойти к германской империи.

Григорий VIII

Следуя приказам своего отца, Генрих вторгся в церковную область и при поддержке римлян опустошил верные Святому престолу города Лациума. А 2 октября 1187 года Саладин овладел Иерусалимом, и весть об этом сразила папу — 20 октября Урбан III умер в Ферраре. Здесь же 25 октября под именем Григория VIII в папский сан был посвящен канцлер церкви Альберто ди Мора из Беневента, не желавший ничего, кроме мира с империей и похода на Иерусалим.

Силы папства были истощены, а союз с Сицилией сделал императора еще сильнее. Во всей Италии у Фридриха не было врагов, в то время как папы были вынуждены римлянами находиться в изгнании. Григорий VIII поспешил вступить в соглашение с Генрихом, обещав не противиться его притязаниям на Сицилию и признать все права империи в отношении Италии. Враждебные действия Генриха были прекращены, а папа отправился в Пизу, чтобы примирить пизанцев с Генуей и призвать их к крестовому походу, но по приезде сюда умер 17 декабря 1187 года.

Климент III

20 декабря был избран папой и посвящен в пизанском соборе под именем Климента III палестринский епископ Паолино Сколари. Ему удалось заключить мир с римским сенатом и вернуться в Рим в феврале 1188 года. До нашего времени дошел документ, принятый сенатом 31 мая 1188 года, на 44 году своего существования. Папа признавался верховным властителем, облекающим полномочием капитолийский сенат, который, в свою очередь, присягал папе на верность. Право чеканить монету предоставлялось папе, но треть ее отныне принадлежала сенату. Все прежние папские доходы возвращались папе, но он возвращал римлянам убытки, причиненные войной.

В отношении Тускулума и Тибура, ставших папскими городами, состоялось отдельное соглашение. Ради возможности мирно вернуться в Рим Климент III, не колеблясь, принес в жертву многострадальный Тускулум, пообещав римлянам даже помочь вести с ним войну и отлучить тускуланцев от церкви, если они не сдадутся к 1 января.

Как видно из предыдущих событий, избрание пап стало совершенно независимым от имперской власти, а связь Рима с империей оказалась фактически утеряна. Фридрих I не считался с голосом римлян при собственном избрании, а отказавшись от права назначать префекта, сам устранился от вмешательства в городские дела. Папа также больше не обладал ни исполнительной, ни законодательной властью, и все его могущество зависело от того, насколько крупным он был землевладельцем, сколько имел вассалов и как много людей мог призвать к оружию.

генрих vi
Генрих VI

В 1189 году Климент III получил от Генриха VI, как от наместника императора, назад все те земли, которые составляли церковную область и были отняты Генрихом у папы Люция III. После этого внимание Климента сосредоточилось на великом крестовом походе, предпринятом сначала Фридрихом Барбароссой, а затем Филиппом Августом Французским и Ричардом Английским. На этот раз в походе приняли участие и римские нобили.

Отряды крестоносцев проходили вдалеке от Рима, и лишь Ричард Львиное Сердце в начале августа 1190 года высадился в Остии, но с пренебрежением отнесся к кардиналу, который от имени папы пригласил английского короля посетить христианскую столицу. В прежние времена ни один король не отказался бы поклониться гробу апостола, вступив в ворота священного города в одежде паломника. Теперь же Ричард заявил, что ему нечего искать у корыстного папского двора. Минуя Рим, он проследовал в Террачину, где снова сел на корабли и направился на Сицилию.

Здесь, на Сицилии, после смерти Вильгельма II, женатого на сестре Ричарда Иоанне, национальная партия предоставила корону графу Танкреду. Как муж Констанцы, Генрих VI решил прогнать силой оружия этого узурпатора, но его намерению помешали беспорядки в Германии, последовавшие за смертью его отца Фридриха, погибшего в Сирии 10 июня 1190 года.

Танкред Сицилийский

Юный Генрих, страстно желая императорской короны, поспешил отправить послов к папе и сенату, с голосом которого теперь приходилось считаться, и права которого он обещал признать законными. Климент III назначил коронацию на ближайшую Пасху, но в конце марта 1191 года умер. Сразу после этого кардиналы провозгласили папой под именем Целестина III престарелого кардинала Пацинта.

В сопровождении сильного войска Генрих уже приближался к Риму, но новый папа медлил со своим посвящением, чтобы отдалить коронацию, о которой все еще шли переговоры. Настроение сената тоже было враждебным. Этим обстоятельством воспользовался доведенный до крайности Тускулум. Его жители обратились к Генриху с мольбой о помощи и тут же получили в свое распоряжение германский гарнизон. Тогда римские послы объявили Генриху, что римляне воспротивятся его коронации, если он не передаст Тускулум в их руки. Напротив, если он это сделает, они добьются от папы немедленной коронации. Самым позорным образом Генрих согласился на это условие: вслед за коронацией Тускулум передавался им папе, а папой — римлянам.

Свое посвящение в сан Целестин III назначил на 14 апреля. Расположившийся на Нероновом поле Генрих VI снялся с лагеря и вступил в Леонину, где 15 числа вместе со своей женой Констанцей в базилике Святого Петра принял императорскую корону. На следующий день германцы расположились лагерем на склонах Тускулума, и судьба города была решена. Римляне не оставили от него камня на камне, а население, вопреки договору, было частью перебито, а частью обречено на жалкое существование. Так 17 апреля 1191 года прекратил свое существование один из самых древних городов Лациума. Его земли перешли во владения папы, а уцелевшая часть населения вошла в состав жителей окрестных городов.

Из Рима Генрих VI, теперь уже император, направился в Апулию, чтобы отнять сицилийский трон у Танкреда.

генрих vi
Целестин III и Генрих VI

Присоединение Сицилии к империи нарушало все папские традиции, но Целестин III никак не мог этому помешать. Однако после одержанных в Апулии побед, но вместе с тем и понесенных больших потерь, уже в сентябре Генрих был вынужден вернуться в Германию. Тем не менее, это обстоятельство не придало решимости Целестину нарушить договор, заключенный с римлянами. За долгое время он оказался единственным папой, прожившим в Риме весь свой понтификат.

В этом же, 1191 году в Риме произошел очередной переворот. Народ восстал против аристократии, уничтожил конституцию и поставил во главе правительства одно лицо, назвав его Summus Senator. В этот сан римляне возвели Бенедикта Карусомо, принадлежавшего к классу горожан. Его правление началось весьма решительно — с лишения папы всех его доходов. Целестину пришлось уступить. Бенедикт продержался у власти два года, после чего был свергнут и заключен в Капитолий. Новым сенатором провозгласили Джованни Капоччио. Затем его место занял Джованни Пьерлеоне, а в 1197 году снова произошел переворот, восстановивший прежнюю конституцию. Все это время папа благоразумно не вмешивался в дела римлян.

Между тем, Генрих VI подчинил Сицилию своей власти. Истребление им последних потомков норманнской династии и норманнской знати возмутило национальное чувство итальянцев. Деспотизм нового императора стал угрожать и так дорого добытой независимости ломбардцев. Официальная власть в Италии оказалась возложена исключительно на германцев, а владения Генриха окружили церковную область железным кольцом, доходившим почти до самых ворот Рима.

Сын Барбароссы мечтал о восстановлении всемирной императорской власти с порабощением Италии и отъемом у папства его григорианских основ. Он решил вернуть себе те права в отношении Рима, от которых отказался его отец. Совершая свой последний поход на Сицилию, император остановился в Тиволи и повел оттуда переговоры о коронации своего малолетнего сына Фридриха. В Риме в это время был голод, и папа попросил Генриха снабдить город хлебом, но получил отказ.

К восставшему населению Сицилии, возмущенному тиранией императора, примкнула даже жена Генриха. Это восстание было подавлено с чудовищной жестокостью, но вскоре смерть забрала 32-летнего тирана. Наследником Генриха остался беспомощный ребенок. Через несколько месяцев, 8 января 1198 года, умер и Целестин III, но ему наследовал один из самых великих представителей папства. Благополучие церкви было обеспечено.

Назад: Средневековье. 1156 — 1181. Папа Александр III
Далее: Средневековье. 1198 — 1227. Иннокентий III. Возрождение церковного государства.

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. 1156 — 1181. Папа Александр III

Войско Фридриха начинало страдать от лихорадки и выказывать недовольство своим нахождением в Италии. Императору пришлось расстаться с папой в Тиволи и направиться в Германию. Адриан IV увидел, что все его надежды обмануты — Рим не был возвращен под его власть, сам он находился в изгнании, а поход в Сицилию против Вильгельма I так и не состоялся. Тогда папа собрал своих вассалов и наемников и двинулся с ними в Капую и Беневент, присоединившись к мятежным баронам, присягнувшим ему в Беневенте. Еще раньше Вильгельм был отлучен от церкви, а население Апулии освобождено от данной ему присяги.

Вильгельм I Злой

Восстание провинций, поддержанное баронами, и возникшее в это же время волнение среди греков, с которыми Адриан вступил в союз, заставили Вильгельма обратиться к папе с самыми выгодными предложениями, в том числе по содействию в покорении Рима. Однако часть кардиналов, принадлежавших к имперской партии, высказалась против, и соглашение не состоялось. В это время Вильгельму удалось отнять у греков и баронов Калабрию и Апулию, после чего он направился к Беневенту, где находился папа. Счастье переменилось, и Адриан оказался в безвыходном положении и запросил мира.

В июне 1156 года победитель продиктовал свои условия. Он снова получал в ленное владение Сицилию, Апулию и Капую, но и признавал за церковью многие права. Так покинутый императором папа заключил мир с врагом империи, наделив его землями, которые Фридрих считал своими, чем вызвал недовольство имперской партии. Адриан вернулся в церковную область, но перебраться в Латеран ему удалось только в ноябре. Такое примирение с Римом стало результатом договора с Вильгельмом, который золотом и угрозами заставил римлян быть более уступчивыми.

Договор с римлянами, заключенный без участия императора, должен был привести последнего в негодование. С этого времени столкновение интересов имперской власти и папства стало причиной глубокого раздора между Фридрихом и Адрианом. Убежденный в могуществе Германии Фридрих отверг все притязания папы. Абсолютной власти церкви была противопоставлена абсолютная монархия. И едва ли до этого момента императоры и папы обменивались столь негодующими речами. Адриан IV заметил Фридриху, что тот обязан своей короной милости папы. На это Фридрих объявил, что получил свою власть от Бога по избранию имперских князей и не собирается унижаться перед папами.

В июне 1158 года император в сопровождении сильного войска направился в Италию. В сентябре, после геройского сопротивления, сдался Милан, и Фридрих, подражая Карлу Великому, решил управлять Римом и имперскими епископами как своими вассалами. В Италию направились послы с приказом собирать имперские подати без всяких послаблений, в том числе с наследия Матильды и с церковной области.

В одном из своих писем папа выразил неудовольствие подобным положением дел. Император ответил Адриану, что до Константина церковь не обладала никакими государственными правами и все ее достояние — это дар короны. Епископам же, являющимся, не только наследниками Бога, но еще и светскими сановниками государства, надлежит по закону выполнять вассальные обязанности по отношению к императору. Таким образом Фридрих фактически возобновил борьбу за инвеституру.

Наступил период возрождения имперской и ослабления папской властей. Оскорбленный Адриан IV отправил к императору своих легатов для выяснения возможности переговоров. Он настаивал на своей полной политической независимости и на том, что епископы не обязаны быть вассалами императора. Доходы же с земель Матильды, а так же со всей территории от Аквапенденте до Рима и со Сполето, Сардинии, Корсики, Ферраро и Массы должны принадлежать Святому престолу. На эти требования Фридрих ответил, что волею Господней является римским императором и отказываться от власти над Римом не собирается.

Переговоры происходили в присутствии послов сената, поскольку римляне снова начали искать сближения с императором. Весной 1159 года сенат отправил к Фридриху еще одно посольство, просившее дать римлянам амнистию и обещавшее восстановить его власть в городе. Император решил признать сенат, щедро одарил послов и вместе с ними отправил в Рим своих. Послы Фридриха были приняты с почетом, но соглашение не состоялось, поскольку в это время, 1 сентября 1159 года, умер папа и немедленно начался раскол.

Для избрания нового папы в базилике Святого Петра было созвано собрание, в состав которого вошли кардиналы, императорские послы, духовенство, знать, народ и сенаторы. Сенаторы взяли на себя охрану базилики и держали ее двери запертыми. За три дня соглашение так и не было достигнуто, и 7 сентября более сильная партия провозгласила папой Роланда Бандинелли. Однако, едва Роланд был облачен в красную мантию, как кардинал Октавиан, сторонник имперской партии, сорвал ее с его плеч. Тут же один из негодующих сенаторов отнял мантию у Октавиана, но кардиналу дали новую, и он, второпях, надел ее наизнанку. Правда присутствующим было не до смеха — начался большой беспорядок.

В базилику ворвались вооруженные воины, и партия Октавиана при поддержке низшего духовенства, народа и большинства сенаторов объявила его папой. Избранник отправился в Латеран, а Роланд со своими сторонниками бежал в укрепленный Ватикан. Здесь их продержали взаперти 9 дней, после чего перевели в Транстеверин под строгое заключение. Через 3 дня они были освобождены Оддо Франджипане и удалились в Кампанью.

александр iii
Александр III

Здесь, в Кампаньи, в маленьком городке Нинфа, расположенном на краю Понтийских болот, 20 сентября Роланд был посвящен в папы под именем Александра III. После посвящения он удалился в Террачину, на границу сицилийского королевства, король которого тут же признал его папой. Тем временем Октавиан, поддерживаемый префектом города, могущественными нобилями, сенатом и римским народом, которому была безразлична законность избрания папы, но весьма интересны деньги кандидата, так же покинул Рим и 4 октября в Фарфе был посвящен в папский сан под именем Виктора IV.

Не было никаких сомнений в том, кого император признает папой. Фридрих немедленно воспользовался сложившейся ситуацией, чтобы выступить в роли защитника церкви. В письме он сообщил «кардиналу Роланду», что приказывает ему явиться на собор, который будет созван в Павии. Однако Александр III, уже отлучивший Октавиана от церкви, считал себя законным папой и отказался последовать приглашению, не соответствовавшему каноническим правилам.

Собор состоялся в феврале 1160 года, и Октавиан явился на него уверенный в своей победе. 11 февраля было принято решение, согласно которому Виктор IV признавался законным папой, после чего император принес ему торжественную присягу. Роланд же был отлучен от церкви как государственный изменник и еретик. Ему пришлось вступить в борьбу с императором за независимость церкви, которую Фридрих решил подчинить имперской власти. На карту были поставлены все приобретения, достигнутые Григорием VII и Каликстом II. Теперь папству надлежало искать поддержки у городов, которые также боролись за свою независимость.

2 марта, в пасхальный четверг, Александр III отлучил императора от церкви, что означало объявление войны. Полагая, что рост могущества Фридриха должен внушать опасение другим христианским государям, папа отправил к ним своих легатов и не ошибся в своих оценках. Пока император, сопровождаемый Виктором IV, вел войну с Миланом, Александру с помощью сицилийцев удалось подчинить себе Лациум. Число его сторонников росло даже в непостоянном Риме, и таковыми объявили себя даже вновь избранные сенаторы. А в июне 1161 года семья Франджипане сумела провести Александра в Рим, где он сразу освятил церковь Санта Мария Нова, расположенную рядом с замком этой семьи, у арки Тита. Однако уже спустя 14 дней папа покинул ненадежный город, предпочтя более безопасный для себя Пренесте.

В Пренесте Александр тоже не задержался. Растущее могущество императора отторгло от папы почти всю церковную область и вынудило последнего бежать дальше, во Францию. 26 марта 1162 года Фридрих вступил в покоренный Милан и приказал сровнять город с землей. Ужас овладел Римом, который тут же поспешил признать папу, угодного императору. Фридрих же, дойдя в июне до Болоньи, повернул и двинулся в Бургундию, оставляя за собой опустошенную страну. В Италии были оставлены Виктор IV и канцлер империи Райнальд.

Пока Александр III оставался во Франции, Рим спокойно управлялся сенатом, не находившим нужным считаться с каким-либо папой в своей деятельности. Виктор IV умер 20 апреля 1164 года в Лукке, и Райнальд заставил кардиналов избрать папой, под именем Пасхалия III, Гвидо, епископа Кремы. Находившийся в это время в Павии, Фридрих одобрил это распоряжение своего канцлера, но Пасхалий, как и Виктор, тоже оказался бессильным по отношению к Риму. Своим местопребыванием новый антипапа избрал Витербо, предназначенный по планам императора служить базой для всех походов против Рима.

В июне 1165 года Фридрих отбросил все колебания и поставил своей целью полное подчинение папства императорской власти. Его военачальники проникли вглубь Лациума и опустошили Ананьи, но затем вернулись в Тусцию. Тем временем кардинал Иоанн, викарий Александра в Риме, сумел подкупить римлян, негодующих на Фридриха за уничтожение городов и опустошительные походы, и овладел базиликой Святого Петра. Практически весь город перешел на сторону Александра и принес ему присягу в лице его викария. В августе Александр III сел на галеру и благополучно добрался до сицилийской Мессины, откуда, охраняемый королем Вильгельмом, проследовал через Салерно в Рим. Торжественно встреченный сенатом, он вступил в Латеран 23 ноября 1165 года.

В мае 1166 года умер Вильгельм I, и поддержка со стороны Сицилии, на престол которой взошел несовершеннолетний Вильгельм II, становилась сомнительной. В это время свои услуги Александру предложил константинопольский император Эммануил, полагавший, что ситуация поможет ему восстановить свою власть в Италии. Он указал Александру на желательность воссоединения церквей и обещал предоставить власть на Римом и Италией в обмен на римскую корону. Папа принял послов Эммануила и отправил своих легатов в Константинополь, но имел ввиду лишь напугать Фридриха и сохранить за собой возможность союза с греками.

Призвав папу обратно, Рим тем не менее оставался самостоятельной республикой с конституцией и городской милицией. Сохранился документ того времени, из которого видно, что римская община была независимым и пользовавшимся уважением государством. Это договор о свободной торговле от Террачины до Корнетто, заключенный в ноябре 1165 года между римлянами и Генуей. Договор был заключен на 29 лет и, помимо свободной торговли, обязывал стороны содействовать в спасении грузов и экипажей в случае кораблекрушения и предоставления пристанища в гаванях во время войны. Со стороны Рима договор был утвержден сенатом, т.е. береговая полоса римской территории находилась во власти общинного совета, а не папы.

Между тем города, фактически обращенные Фридрихом в рабство, образовали между собой союз, и уже в ноябре 1166 года императору пришлось вернуться в Италию. Своими задачами он видел изгнание греков из Анконы, папы — из Рима и водворение Пасхалия III в базилике Святого Петра.

Тускуланским властителем в то время был Райно, а само владение — леном церкви. Сенат, однако, не мог примириться с тем, что церковь защищает замок, не желающий признать над собой власть Рима, и Александр III никак не смог удержать римлян от нападения на Тускулум. Райно обратился за помощью к империи, и в Тускулум вступил канцлер Райнальд. Городская милиция, а также верные сенату вассалы Этрурии и Лациума были призваны к оружию, и численность римского войска составила 40 000 человек — величину, невиданную римлянами уже несколько веков.

На помощь Тускулуму выдвинулся отряд из 1300 германцев под предводительством графа Христиана фон Буха. Битва состоялась 29 мая 1167 года у Монте Порцио, и римляне, числом превосходившие противника в 30 (!) раз, но не привыкшие сражаться на открытой местности, проиграли. Ужас, вызванный этим позорным поражением, был сравним с ужасом от побед Ганнибала. Папа укрылся в замке Франджипане, предварительно, правда, позаботившись об охране городских стен, у которых вскоре расположились германцы, усиленные подкреплениями из городов Кампаньи. Чтобы ускорить падение Рима, Христиан еще и призвал императора, который уже в июле прибыл к Монте Порцио.

Высланное против Фридриха сицилийское войско было разбито, и надежды на снятие осады не осталось. Германцы взяли приступом ворота Порта Виридариа и получили доступ в Леонину, где находились только папские слуги, занимавшие базилику Святого Петра. Базилика была обнесена окопами, ее атриум превращен в укрепление, а на крыше располагались метательные машины. В течение восьми дней она выдерживала приступы германцев. Стены, башни и портик были разрушены, а весь район Борго превращен в развалины. Наконец нападавшие подожгли атриум, и защитники базилики сложили оружие. Базилика была взята 29 июля, а уже на следующий день в только что очищенном от крови и тел убитых храме был водворен Пасхалий III.

Возмущенный поражением, римский народ продолжал защищать город, а Александр оставался в замке Франджипане. Пришедшие к нему для помощи в бегстве две сицилийские галеры были отправлены обратно. Наконец Фридрих, желая привлечь римлян на свою сторону, объявил, что единственным препятствием для заключения мира является папа, и предложил обоим папам отказаться от своего сана и выбрать третьего с соблюдением всех канонических правил. Это предложение было отвергнуто Александром, но встретило поддержку у римлян, которые стали требовать его отречения. Тогда Александр III … исчез из города и лишь в августе объявился в Беневенте.

Бегство Александра лишило императора надежды примириться с церковью, но облегчило заключение мира с Римом. Фридрих прекрасно понимал, что ему не удастся взять все принадлежащие знати городские укрепления, даже если народ откроет ему городские ворота, и пошел на некоторые уступки. Сенат и народ должны были принести ему присягу на верность, а император, в свою очередь, признавал сенат в его существующей форме. Свои полномочия, правда, сенат теперь получал от императора. Кроме того, римляне освобождались от всех налогов.

Теперь римская республика подчинялась только непосредственно имперской власти. Присягу принял уполномоченный императора, поскольку сам Фридрих не вошел в город, опасаясь не принявшей участия в договоре и остававшейся в своих замках знати. В это время император находился на вершине своего могущества и был близок созданию всемирной римской империи, но на сцену уже не в первый раз выступила римская лихорадка.

2 августа над городом прошел ливень, после которого наступил палящий зной. Августовская малярия, всегда грозившая смертью, приобрела характер чумы. Цвет непобедимого войска погиб бесславной смертью, и у выживших скоро не стало хватать сил для погребения умерших. Конечно страдал и Рим. Люди в нем умирали тысячами, и их трупы просто бросали в реку. Германцами овладел панический страх. Они говорили, что кара Господня настигла их за нападение на священный город и осквернение христианских храмов. 6 августа Фридрих двинулся в путь с остатками своего войска. Пасхалия III он оставил в Витербо, а сам направился в Пизу, потеряв по дороге еще 2000 человек. А уже весной 1168 года император был вынужден бежать из разоренной им Ломбардии. Пасхалий III вернулся в Ватикан, но уже 20 сентября умер, а его место занял следующий антипапа, струмский аббат Иоанн, принявший имя Каликста III.

Римляне продолжили осаждать Тускулум, и после ряда событий Райно уступил свои права церкви. 8 августа 1170 года город стал папским владением. Находившийся в Вероли Александр III принял послов Фридриха, послов ломбардских городов и послов Константинополя. Предложения греков не были приняты. Ничем закончились и переговоры с Фридрихом. Однако теперь у Александра появилась возможность вступить в Тускулум, что он и сделал 17 октября 1170 года. Имея перед своими глазами Рим, папа, тем не менее, не мог войти в город, поскольку римляне, негодовали на него за защиту ненавистного им Тускулума. В конце концов они предложили Александру договор, по которому он мог быть принят в Риме в обмен на дозволение разрушить некоторую часть стен Тускулума. В итоге были уничтожены все укрепления города, и обманутый папа сам не пожелал вернуться в Рим. Вместо этого он в начале 1173 года перебрался в Сеньи.

В сентябре 1174 года Фридрих вернулся в Ломбардию, чтобы дать сражение освободившимся из-под его власти городам, но здесь его постигла неудача. После затянувшейся на полтора года кампании, 29 мая 1176 года, в битве при Леньяно союзная гражданская милиция наголову разбила могущественного императора. Последствием этой победы стали тайные переговоры императора с папой. Чтобы сделать Александра безучастным к проблемам свободных городов, Фридрих был готов отказаться от существенных прав короны. Александр не замедлил воспользоваться победой ломбардцев в интересах церкви, и города заподозрили его в измене, однако папа прибыл в Венецию, после чего на соборе в Ферраре пообещал городам не заключать мира без соглашения с ними.

1 августа 1177 года в Венеции состоялся конгресс, на котором между Александром III, Фридрихом I, городами, греческим императором и Вильгельмом II Сицилийским был заключен мир. Каликст III был низложен, а Александр III утвержден в сане папы и во владении церковной областью. Кроме того, отказываясь от назначения префекта, император признавал папу независимым государем Рима и патримония, простиравшегося от Аквапенденте до Чепрано. Папа, со своей стороны, признавал Сполето, Анкону и Романью землями, принадлежащими империи. За союзом ломбардских городов признавалась независимость и с ними заключался мир на 6 лет.

александр iii
Фридрих Барбаросса подчиняется власти папы римского Александра III. Спинелло Аретино

Заключенный мир был встречен ликованием по всей Италии, и римляне, почувствовав себя одинокими, не нашли в себе сил продолжать борьбу с папой. Семеро знатных римлян доставили Александру III письмо от духовенства, сената и народа с приглашением вернуться в Рим. Не доверяя римлянам, папа не поспешил воспользоваться приглашением и сначала отправил в Рим кардиналов как посредников для объяснения с народом. После долгих переговоров было достигнуто соглашение, по которому сенаторы, избиравшиеся ежегодно 1 сентября, должны были приносить папе присягу на верность. Базилика Святого Петра и все церковные доходы возвращались папе, а всем посетителям Рима гарантировалась безопасность.

Наконец, через 10 лет скитаний, 12 марта 1178 года Александр III в торжественной процессии под звуки труб и пение гимнов вступил в Рим и был встречен сенатом, магистратом, милицией и всем народом с оливковыми ветвями в руках. Продвижение папы на белом иноходце сквозь толпу, жаждущую облобызать ногу наместника Христа, было столь медленным, что Латерана он достиг только к вечеру. Здесь он благословил римлян, а наступившая затем Пасха завершила это пышное торжество.

Народ и сенат признали Александра III вынужденно. Папская власть по-прежнему была ненавистна, но уже не внушала страха, и готовность к новому восстанию чувствовалась как в Риме, так и в церковной области. Имея перед собой пример ломбардцев, каждый город этой области мечтал о независимости. Множество провинциальных баронов Тусции и Сабины не признавали над собой власти ни сената, ни папы, чем не замедлил воспользоваться низложенный, но отказавшийся подчиниться решению собора в Венеции, Калликст III.

Противостояние, однако, закончилось быстро. Результатом его стало то, что Калликст бросился к ногам своего противника и получил от него прощение. Несмотря на это, бароны и ландграфы уже в сентябре 1178 года провозгласили нового антипапу. Под именем Иннокентия III им стал Ландо ди Сецце, представитель одной из немецких фамилий мелких тиранов Кампаньи. Он тоже не продержался долго. Родственники прежнего антипапы Виктора IV были подкуплены и выдали Ландо, после чего тот был заключен в монастырь.

В марте 1179 года Александр III созвал в Латеране Вселенский собор, на котором присутствовало 300 епископов. Собор постановил, что отныне избрание папы решается большинством двух третей кардиналов и совершенно независимо от любого вмешательства светской власти. Наконец Александр был признан единодержавным главой церкви. Но в Риме и церковной области он по-прежнему не имел реальной власти и чувствовал себя в городе, как в стане врагов.

Летом 1179 года папа снова покинул Рим и жил то в городах Лациума, то в Тускуле. В июле 1181 года он отправился в Витербо и 30 августа умер. Встречавший его совсем недавно оливковыми ветвями, римский народ теперь бросал в гроб Александра III камни, и кардиналам с большим трудом удалось похоронить в Латеране этого величайшего из пап. Практически ни один из пап после Александра III не оставался так долго на Святом престоле, но из 22 лет своего понтификата он 20 лет провел в изгнании и 18 — в борьбе с расколом.

Своей всемирной славе Александр III обязан продолжительной борьбе с Фридрихом, в результате которой были упрочены и расширены приобретения Григория VII и Каликста II, а всемирный (пусть и не римский) авторитет папства достиг небывалой до того высоты.

Далее: Средневековье. 1181 — 1198
Назад: Средневековье. 1143 — 1155. Гражданская община. Коронация Фридриха I Барбароссы

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. 1143 — 1155. Гражданская община. Коронация Фридриха I Барбароссы

Восстановление в 1143 году сената не было иллюзией. Успехи общества, которыми завершилась борьба государства с иерархией григорианской церкви, были весьма велики. Оживились производство, торговля и науки, пробудилась любовь к классической древности.

Люций II

Папой тем временем был провозглашен кардинал Гвидо, тосканец из Кастелло. Он вступил на престол 26 сентября 1143 года под именем Целестина. Не придя ни к какому соглашению с римлянами, он был вынужден искать защиту у Франджипани и умер уже 8 марта 1144 года. С 12 марта его преемником стал Люций II, Герард Каччианемичи. С помощью короля Сицилии и римской знати Люций рассчитывал уничтожить общину, заявившую права на церковные лены.

Родовая знать образовала враждебную народу партию гвельфов. Даже сторонники германского императора, Франджипани, примкнули к папе, за что получили от него разрешение занять Большой Цирк и присоединить его к своей крепости на Палатине. С этого времени в их руках были Большой Цирк, Колизей, арки Тита и Константина, арка Януса и множество других укрепленных сооружений.

Община, между тем, тоже собирала силы. Во главе республики она поставила патриция, которым стал брат антипапы Анаклета II, Иордан Пьерлеоне, единственный член этой семьи, перешедший на сторону народа. Поскольку императора в эти годы не было, патриций мог считаться его наместником, и народная партия признала верховную власть римского короля. В 1144 году была составлена первая гражданская конституция, и с этого времени начинается сенаторский период истории Рима. Община решила лишить папу его светской власти и потребовала от него передачи всех своих суверенных прав патрицию, а самому довольствоваться десятинным сбором.

Рим погрузился в смуту. Люций сделал отчаянную попытку вырвать власть из рук римлян. Он осадил Капитолий, чтобы взять его приступом, но сенаторы во главе с патрицием отразили нападение. Считается, что во время штурма папа был ранен попавшим в него камнем. Через несколько дней, 15 февраля 1145 года, он умер в монастыре Святого Григория на Целии, куда его отнесли на попечение Франджипани.

Евгений III

Кардиналы немедленно избрали нового папу, Бернарда, аббата церкви Сант Анастасиус ад аквас Сальвиас. Избранник мог беспрепятственно занять Латеран, но путь к базилике Святого Петра, где должно было происходить посвящение, оказался прегражден сенаторами, требующими от папы отказа от гражданской власти и признания республики. Весь Рим взялся за оружие и уже 17 февраля папа вместе с испуганными кардиналами бежал в Фарфу. Здесь 18 февраля 1145 года он был посвящен под именем Евгения III. К Пасхе он перебрался в Витербо, где оставался в течение 8 месяцев.

Тем временем в Риме разрушались и разграблялись дворцы и укрепления знати и кардиналов, державших сторону папы. Нападениям подвергались даже пилигримы, и базилику Святого Петра снова пришлось укреплять защитными сооружениями. Народное управление упразднило городскую префектуру, представительный орган императорской власти. Теперь суверенитет должен был принадлежать только патрицию как представителю римского сената и народа.

Евгений III, однако, не терял времени даром. В Витербо он созвал вассалов церкви, враждебно относящихся к Риму графов Кампаньи. Когда же ему присягнули и тиволийцы, у папы появилась реальная возможность повести войска на Рим. Ввиду этой опасности, а также от утомления от борьбы, народ высказал готовность признать верховную власть понтифика. Евгений III, со своей стороны, согласился признать существование подчиненной церкви республики. Патриций был низложен, а сан префекта восстановлен. Перед Рождеством 1145 года папа вступил в Латеран, и оказанная ему встреча походила на триумф.

Итогом революции стало признание папой гражданской общины. Правда сенат получал свои полномочия от папы, сохранившего таким образом свой суверенитет. Этот сенат, состоявший первоначально из горожан, что придавало ему плебейский характер, полностью переизбирался каждую осень. В его руках находилась законодательная власть, а принятые решения предоставлялись на одобрение народного собрания, созывавшегося на Капитолии.

Скорее всего сенатом было изъято из ведения папы монетное дело, поскольку в обращении снова появились монеты с древней надписью Senatus Populus Que Romanus. Гражданская юстиция тоже перешла в ведение сената, причем последний стремился подчинить своей юрисдикции даже такие гражданские дела, в которых обеими сторонами, истцом и ответчиком, были духовные лица. В целом, Рим стал самоуправляющейся республикой, объявлявшей войну или заключавшей мир независимо от папы.

Римляне не забыли про Тиволи и снова потребовали его уничтожения. Не имея возможности воспротивиться, папа позволил срыть городские стены, но для римлян этого было мало, и уставший Евгений III в конце января 1146 года бежал из города. В марте 1147 года он был уже во Франции у короля Людовика. Поскольку сами римляне папу не изгоняли, они считали заключенный с ним договор по-прежнему действительным, а в сенате видели учреждение, получившее полномочия от папы. Они немедленно напали на Тиволи и казнили многих из его жителей.

В отсутствие папы высшая знать стала совершать набеги на церковные владения. Папская область распалась на несколько незначительных владений с баронами во главе. В самом же Риме власть сосредоточил в своих руках начальник милиции Иордан Пьерлеоне.

В это время в городе появляется ранее изгнанный и отлученный от церкви Арнольд Брешианский, ярый противник Иннокентия II и сторонник лишения папы светской власти. Евгений III восстановил еретика в церкви после обета последнего смириться и молчать. Однако, вслед за побегом папы во Францию, Арнольд благополучно забыл о своей клятве и стал излагать римлянам свое учение.

Арнольд Брешианский

Происходивший в Риме переворот захватил Арнольда, а учреждение гражданской общины явилось весьма благоприятным обстоятельством для развития его идей. Отъем гражданской власти у папы и уничтожение остальных церковных государств, по его мнению, должны были бы привести к демократическому устройству церкви, чуждой всякой политики. Учение о бедности и чистоте нравов, присущих апостолам, приобрело Арнольду множество сторонников. Его секта, основанная в Брешии, появилась теперь и в Риме.

Римский сенат, не колеблясь, примкнул к доктрине, излагаемой пламенным оратором с развалин Капитолия. В своих речах Арнольд, действительно отличавшийся безупречной жизнью, указывал на высокомерие, корыстолюбие и ханжество кардиналов, а папу называл не преемником апостолов и пастырем душ, а поджигателем и убийцей, палачом, откармливающим свое тело и набивающим свой сундук чужим добром. Можно себе представить, как эти речи действовали на римлян, и без того питавших ненависть к церковному правлению.

Арнольд был великим человеком своего времени, и республика призвала его на службу. Он стал советником в делах городского устройства и из церковного реформатора превратился в политика. Вот только, если в других городах демократические учреждения развивались естественным образом, то воздействие древних памятников и преданий держало римлян в заколдованном круге. Они стремились воскресить свое прошлое и погрязали в несбыточных мечтах о власти над миром.

Сам Арнольд советовал снова застроить Капитолий, восстановить сословие сенаторов и даже учредить в обновленной форме сословие всадников, имея в виду объединение мелкой знати, относившейся к народу более дружелюбно и способную противостоять аристократии консулов. Помимо такой мелкой знати низшее духовенство так же прониклось идеей равенства лиц священнического сана. Духовенство второстепенных церквей восстало против касты кардиналов, владевших укрепленными замками и жившими по-княжески.

В июне 1148 года в Италию вернулся Евгений III. В июле, на соборе в Кремоне, он отлучил Арнольда от церкви, а чуть позже отправил римскому духовенству послание, в котором грозил карой всякому, кто будет внимать еретику. А в начале 1149 года, возвращаясь из неудачного крестового похода, Рим решил посетить германский король Конрад III, обеспокоенный союзом Рожера Сицилийского с мятежным баварским герцогом Вельфом. Папа же, наоборот, нуждался в помощи Рожера против римлян и опасался, что Конрад заключит с ними договор. По какой-то причине посещение Рима королем не состоялось.

Римский сенат уже неоднократно обращался к Конраду с просьбой прибыть в город и взять в свои руки верховную власть на Римом и империей. Видя перед собой двух претендентов, оспаривающих друг у друга право жаловать императорской короной, король предпочел римского папу римскому сенатору, даже не смотря на то, что папа был в союзе с Рожером, врагом Конрада, а ослабление папской власти было для империи более, чем желательно. Приглашение сената осталось без внимания.

Теснимые со всех сторон, римляне были вынуждены в конце 1149 года снова призвать папу. Между Евгением и сенатом был заключен новый договор, продержавшийся, правда, не дольше предыдущего. Уже в июне 1150 года папский двор удалился из города и странствовал по Кампаньи в течение трех лет, а римляне снова обратились к Конраду с приглашением принять императорскую корону. После победы над Вельфом в 1150 году руки у короля оказались развязаны и теперь он изъявил готовность идти в Рим для установления порядка.

Решение было принято в сентябре 1151 года, и римляне, наконец, получили ответ на свое послание. Сенат в ответе, правда, не упоминался — король обращался к префекту города, консулам и римскому народу. Королевские послы направились как к римлянам, так и к папе, который принял их в январе 1152 года. Соглашение с папой состоялось немедленно, и Евгений III тут же прервал свои отношения с Рожером. Тем не менее, поход так и не состоялся — Конрад III умер 15 февраля 1152 года, став первым германским королем, не увенчавшим себя императорской короной со времен Оттона I.

фридрих барбаросса
Фридрих I Барбаросса

5 марта на германский престол вступил племянник Конрада, знаменитый Фридрих Барбаросса, которому предстояло стать грозой Италии. И Евгений III и римляне тут же приложили все старания, чтобы обеспечить себе благосклонность нового монарха, но ответа в виде послов удостоился только папа. Интересен взгляд римлян того времени на правовые отношения императора к Риму, изложенный в одном из их писем к Фридриху.

Автор письма сетует, что Фридрих намерен принять императорскую корону из рук вероломных монахов, которые не могут обладать никакими светскими правами. Историю «дара Константина» он называет приевшейся басней, которой «теперь не верят даже старые бабы». Имперская власть имеет своим источником суверенитет римского народа, а потому право наделять этой властью принадлежит исключительно этому народу. Ссылаясь на Библию и Отцов церкви, автор утверждает, что папство — это не более чем только духовный сан, а получение папами прав на инвеституру от Христа и Святого Петра — мистические бредни. Никакой королевской власти, даруемой милостью Божией, не существует, а источник такой власти заключен единственно в правах народа.

Король согласился с возражениями римлян против верховного права на инвеституру, присвоенного себе папой, но посмеялся над притязаниями сената, которые счел нелепыми, и решил, по примеру своих предшественников, принять корону от папы «милостью Божией». Не считаясь ни с какой «римской республикой», он продолжил начатые Конрадом переговоры и весной 1152 года подписал с папой договор, по которому обязался не заключать мира ни с Римом, ни с Сицилией без согласия папы и приложить старания к подчинению Рима Святому Престолу.

Король обещал помочь Евгению вернуть все отнятое у него ранее, а папа, в свою очередь, обещал королю императорскую корону и всяческую поддержку. Не смотря на возникшие после этого в Риме волнения, уже осенью 1152 года Евгений III получил возможность вступить в город. Сенат и народ встретили его с почетом, что способствовало признанию общины со стороны папы. Прожив несколько спокойных месяцев, Евгений умер 8 июля 1153 года и был с большой пышность погребен в базилике Святого Петра.

Адриан IV

12 июля 1153 года на Святой Престол под именем Анастасия IV вступил избранный единогласно римлянин из Субуры, кардинал Конрад. Престарелый Анастасий не предпринимал никаких враждебных действий по отношению к римской конституции, спокойно жил в городе и умер 3 декабря 1154 года. А уже 5 декабря был избран и посвящен в папы под именем Адриана IV англосакс Николай Брэкспир, человек редкой энергии.

Он тут же стал в резкую оппозицию к римской общине и пообещал уничтожить провозглашенную на Капитолии конституцию. Сенат и новый папа отказали друг другу во взаимном признании. В октябре в Италию направился Фридрих Барбаросса, и римляне, не имея оснований возлагать на него какие-либо надежды, тайно обратились за помощью к Вильгельму I, наследовавшему на троне Сицилии своему знаменитому отцу Рожеру. Вильгельм приглашался силой захватить церковную область, прежде чем в Риме появится германский король.

Не имея возможности овладеть Латераном, Адриан IV оставался в базилике Святого Петра, а вся имевшаяся в его распоряжении территория ограничивалась стенами Леонины. Адриан потребовал изгнания Арнольда, поддерживаемого сенатом и боготворимого народом, уже несколько лет подряд проповедовавшего свое учение прямо на глазах у папы. Ненависть римлян к духовенству росла все больше, и, наконец, один из кардиналов получил на улице ранение кинжалом. Адриан воспринял это преступление как надругательство на церковью и впервые в истории наложил на Рим интердикт, т.е. отлучение от церкви всего города, самую ужасную из существовавших в то время кар.

С наложением интердикта в городе прекращалось всякое богослужение. Из всех таинств совершались лишь крещение и причащение умирающих. Тела умерших закапывались в землю без совершения обряда погребения, а вступавшие в брак получали благословения на кладбищах. Такие меры в те времена быстро приводили к повиновению даже могущественных государей. Римляне, отнесшиеся поначалу к интердикту с пренебрежением, вскоре отказались от дальнейшего сопротивления. Начавшиеся в народе волнения заставили сенаторов броситься к ногам папы и умолять его о прощении.

Адриан согласился снять с Рима отлучение только при условии немедленного изгнания Арнольда. После девяти лет служения делу гражданской независимости несчастному реформатору пришлось бежать из города в надежде добраться до республик средней Италии, где его не смогла бы достать рука папы. 23 марта интердикт был отменен, и папа в торжественной процессии впервые проследовал в Латеран.

Вильгельм I в это время вел с церковью настоящую войну. Он осадил Беневент и сжег ряд замков в Лациуме. Однако весть о приближении германского короля и спокойствии в Риме заставила его отступить в Аквино. Фридрих уже находился в Тусции и настаивал на сборе Пизой флота для борьбы с норманнами в союзе с папой и константинопольским императором Эммануилом.

Быстрое продвижение Фридриха беспокоило и самого Адриана IV, не знавшего, как поведет себя король. Для выяснения намерений германца к нему были отправлены послы с требованием выдачи еретика Арнольда. Твердо решив устранить любую преграду к своему коронованию, Фридрих Барбаросса проявил полную готовность оказать папе эту услугу. Послав в замок Кампаньяно, где скрывался Арнольд, вооруженный отряд, он захватил одного из графов и вынудил того выдать Арнольда. После этого реформатор был передан папским легатам.

Встреча папы и короля произошла 9 июня в Кампо Грассо близ Сутри и была омрачена своеобразной «пикировкой». Гордый монарх не вышел навстречу папе, не желая исполнить унизительную для себя обязанность поддерживать ему стремя. Адриан спешился, и лишь тогда показался юный король. Но когда он распростерся у ног папы, оскорбленный Адриан отказал Фридриху в приветственном поцелуе. Лишь на следующий день имперские князья убедили короля сделать уступку в глупом споре, и Фридрих Барбаросса, превратившись в конюха наместника Христа, исполнил традиционную обязанность.

Невыясненными оставались отношения между королем и римлянами. Еще не один император не был коронован с момента учреждения сената, который, как мы помним, считал, что источником власти является не папа, а римский народ. Фридриху приходилось считаться с тем, что республика не откроет ему ворота и будет защищать город, но папа посоветовал ему тайно занять Леонину отборным войском, обещая, что оно будет впущено папскими сторонниками. Так и произошло. Утром 18 июня 1000 рыцарей без сопротивления вступили в Леонину.

В тот же день, не встреченный римлянами, в Леонину вступил Фридрих. Здесь его уже ожидал папа. Коронование было проведено немедленно в занятой войсками базилике Святого Петра, но Рим не признал Фридриха императором. Город оставался закрытым, а народ собрался на Капитолии у недавно выстроенного для сената дворца. Чужестранец Адриан IV был ненавистен римлянам в качестве местного государя, но почитаем ими как папа. Фридрих же казался им совершенно невыносимым, поскольку не присягнул законам города, как это делали все императоры, не выслушал голоса римлян при своем избрании и не одарил горожан подарками. Требование римлян признать их конституцию было вполне справедливым, а отказ в этом признании — неблагоразумным.

фридрих барбаросса
Коронация Фридриха I Барбароссы папой Адрианом IV. Гравюра на дереве. 19 век

Однажды папы перестали быть избранниками римского народа. Теперь этот народ лишался участия и в избрании своего императора. В эпоху, когда в основе гражданской и политической жизни лежали древние традиции, римляне не могли примириться с мыслью, что их город — Вечный город — более не представляет из себя ничего, кроме места, где происходит возведение в сан пап и императоров. Единственную гордость Рима, не имевшего ни богатства, ни могущества, составляло именно то, что он был Римом. Однако притязания римлян на некую «избранность» имели своими союзниками лишь стены Аврелиана, Тибр, малярию и разрушенные памятники великих предков. Печальное зрелище…

По окончании коронации император отправился в свой лагерь на Нероновом поле, а папа остался в базилике. Оставленные без внимания римляне пришли в ярость и после полудня бросились через тибрские мосты в Леонину. Перебив немногочисленных врагов и ограбив духовенство, они направились в лагерь Фридриха, возможно, надеясь освободить Арнольда. Германский отряд, проникнув в Леонину через разрушенные еще Генрихом IV стены, ударил римлянам в тыл, но ему стоило большого труда одолеть римских граждан. Проявленная ими смелость показала, что республика была не одной лишь фантазией.

В результате этого столкновения было убито более тысячи римлян, а двести человек попали в плен. На следующее утро в императорский лагерь явился папа и попросил освободить пленных, что и было исполнено. Тем не менее, одержанная императором победа казалась настолько неполной, что Фридрих, уже считавший себя властителем мира, был вынужден покинуть Рим, так и не вступив в его пределы. Оказавшиеся на высоте римляне отказались продавать императору продовольствие и заявили о продолжении борьбы. Уже 19 июня Фридрих Барбаросса снял свой лагерь и отпавился к Соракте, прихватив с собой папу и кардиналов. По пути он приказывал разрушать замки, воздвигнутые римскими нобилями в своих поместьях. В это же время был казнен Арнольд.

Далее: Средневековье. 1156 — 1181. Папа Александр III
Назад: Средневековье. 12 век. 1118 — 1143. Окончание григорианского периода

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0

Средневековье. 12 век. 1118 — 1143. Окончание григорианского периода

24 января 1118 года престарелый Иоанн, кардинал церкви Санта Мария ин Космедин, был единогласно провозглашен папой под именем Геласия II на конклаве, происходившем в церкви Санта Мария ин Паллара на Палатине. Но не успел еще конклав закончить свою работу, как в церковь ворвалась толпа римлян с оружием в руках. Владелец соседствовавшего с церковью замка Франджипане, Ченчий, схватил старика за горло, бросил на землю и стал топтать ногами. После этого папу потащили из церкви, а кардиналов стали вязать веревками.

Геласий II

Геласия, закованного в цепи, заключили в одной из башен Франджипане. Но после этого в народе произошло возмущение. Городская милиция объединилась с жителями Транстеверина (совр. Трастевере) и взялась за оружие. Нобили, державшие сторону папы, собрались в Капитолии и потребовали освобождения понтифика. Ченчий снял с Геласия оковы, бросился к его ногам и получил прощение. Трагедия сменилась ликованием, Рим украсился цветами, а освобожденный папа на белом муле доставлен в Латеран.

Наступившее было спокойствие окончилось через месяц. Семейство Франджипане обратилось к Генриху V с просьбой прибыть в Рим, поскольку избрание папы произошло без его, императора, согласия. Генриху безусловно требовалось утверждение своих прав и признание привилегии, вырванной им у Пасхалия II, поэтому он незамедлительно покинул свой лагерь у реки По и с небольшим отрядом поспешил в Рим. В ночь на 2 марта Геласий был разбужен ужасной вестью о том, что император уже вступил в Ватиканский портик.

Панический страх овладел всей курией. Папу посадили на лошадь и увезли из Латерана. Вместе с ним бежали кардиналы и епископы. Все они разместились на двух стоявших на Тибре судах, отправившихся в бурю в открытое море. Беглецам удалось высадиться незамеченными на побережье около Ардеи, где они укрылись в замке Святого Павла. Наутро германцы настигли суда, но, обнаружив их пустыми, вернулись в Рим. Ночью беглецы продолжили свой путь и добрались до Гаэты, где папа мог, наконец, вздохнуть свободно. 10 марта состоялось его посвящение, после чего к нему явились засвидетельствовать свою верность епископы и нобили Южной Италии.

Эти события расстроили планы Генриха на соглашение и вынудили его назначить своего папу. На основании принадлежавшего ему права император объявил избрание Геласия незаконным и предписал произвести новые выборы. Римляне были собраны в базилике Святого Петра, где их ознакомили с порядком избрания пап, после чего провозгласили папой и торжественно отвели в Латеран Мауриция Бурдина, архиепископа португальского города Брага. На следующий день он был посвящен под именем Григория VIII.

Бурдин, хоть и был честолюбив, но обладал умом и безупречной репутацией. Опираясь на право императора, он вскоре добился своего признания многими провинциями Италии, Германии и Англии, что было совсем не утешительным для Геласия. И хотя семь лет назад Геласий поставил свою подпись под привилегией, данной Пасхалием II Генриху V, теперь он решил отлучить императора от церкви и предал его анафеме. На короткое время Геласию удалось вернуться в Рим и найти приют у дружественных ему нобилей, однако скоро ему снова пришлось бежать — сначала в базилику Святого Павла, а затем и вовсе из Италии.

Посетив Пизу и Геную, Геласий прибыл в Южную Францию, где был принят с почетом епископами и князьями. Местное население стремилось папе навстречу, желая воочию видеть наместника Христа. Со всех сторон к нему, лишенному всяких средств, стали стекаться добровольные приношения. В отличие от римлян, жители «провинций» все еще относились к папам, тем более преследуемым, с огромным уважением и почитанием. Пережитые волнения, однако, сократили дни Геласия, бывшего уже и так в преклонном возрасте. Он скончался 29 января 1119 года в Клюнийском монастыре в окружении монахов, кардиналов и епископов.

Выборы нового папы стали совершенно необычными. Шесть кардиналов, сопровождавших Геласия во Францию вместе с несколькими другими римлянами, выбирали понтифика в чужой стране, и выбор их пал на иноземца, Гвидо, архиепископа виенского. Гвидо происходил из Бургундского дома, состоял в родстве с французским королем Людовиком VI и с самим императором и был наиболее блестящим из французских епископов, человеком большого ума и твердого характера.

Каликст II

Избрание произошло 2 февраля в Клюнийском монастыре, но Гвидо отказался признать себя папой до утверждения выборов кардиналами в Риме. Собравшиеся в церкви Святого Иоанна на Тибрском острове кардиналы, нобили католической партии, префект, духовенство и народ признали избрание Гвидо, после чего, 9 февраля 1119 года, в Виенне он был посвящен в сан под именем Каликста II.

Новый папа, главной задачей которого стало положить конец бесконечной борьбе из-за инвеституры, немедленно развил бурную деятельность. В его лице Генрих V встретил равного себе по силе соперника, тем более, что Каликста признал папой и состоявшийся в Трибуре сейм имперских князей. Для решения спора, прекращения которого так ждал весь христианский мир, Генрих выразил готовность пойти на возможное соглашение, но соглашение это, по какой-то причине, так и не состоялось. Тогда 29 октября Каликст II на соборе в Реймсе подтвердил запрещавшие инвеституру декреты, а Генриха и назначенного им папу снова отлучил от церкви. Причем все 424 присутствовавших на соборе епископа выразили свое согласие с этим решением.

Весной 1120 года Каликст направился в Рим. На всем пути после перехода через Альпы он встречался с одинаковым ликованием, а в самом Риме католическая партия устроила ему полный триумф. Единственным защитником антипапы Григория VIII оказался оставленный императором в Риме архиепископ Бруно Трирский с отрядом германцев. После нескольких штурмов, устроенных норманнами Роберта Капуанского, имперская партия отступила в Транстеверин, остававшийся единственной частью города в руках Григория VIII. С приближением же Каликста антипапа и вовсе был вынужден бежать в укрепленный город Сутри.

9 июня 1120 года Каликст II торжественно вступил в Рим. За городом его встречали дети с цветами, а у ворот — знать, духовенство и народ. Сидя на белом коне, с тиарой на голове папа проследовал в Латеран по улицам, украшенным шелками, венками и драгоценностями, будто король. Спустя некоторое время он, по давнему обычаю, отправился на юг, где снова привел к присяге норманнов Беневента и Апулии и вернулся в Рим в сопровождении войска только в декабре.

На следующий год была организована осада Сутри, и горожане выдали Григория после первых же штурмов, 22 августа. Нужно сказать, что обошелся с пленником папа не самым достойным образом. Одетый в козлиную шкуру, Григорий VIII был посажен лицом к хвосту верблюда, на котором обычно возили папскую кухню. В таком виде архиепископа провезли по улицам Рима, нанося ему удары плетью и бросая в него камни. Осужденный на вечное изгнание, антипапа содержался в различных замках Кампаньи, пока в одном из них и не умер.

Победа, так быстро достигнутая над императорским ставленником, произвела сильное впечатление в Германии. Генрих, помня судьбу своего отца, решил наконец уступить. Каликст, со своей стороны, тоже был склонен к примирению. Были составлены два договора: король отказывался от права на инвеституру и признавал за Церковью свободу выборов и посвящения епископов с восстановлением всех владений римской церкви, папа же соглашался с присутствием императорских послов при избрании епископа Германской империи и признавал за императором право на инвеституру в пределах Германии.

Оба эти документа были зачитаны 23 сентября 1122 года в Вормсе при огромном стечении народа, после чего кардинал Ламберт торжественно присоединил Генриха V к церкви. Чувство огромной радости охватило всех присутствующих — после пятидесяти лет разорявшего землю и погубившего цвет поколения противостояния воцарялся мир. Заключенное соглашение было утверждено на проходившем в Латеране в марте 1123 года Вселенском соборе, таком многолюдном, какого не было в Риме уже несколько столетий. Собор удостоверил победу церкви и завершил проведение григорианской реформы.

Веками папы не пользовались таким спокойствием, как Каликст. Вражда партий прекратилась, и при жизни Каликста разоренные улицы Рима не оглашались криками сражающихся противников. Появилась, наконец, возможность позаботиться и о благосостоянии города. После долгого периода бездействия началось восстановление водопроводов и городских стен, постройка новых и украшение существующих церквей. Состояние Рима к этому времени было ужасающим — половина города лежала в развалинах, превращенные в замки храмы подверглись разрушению при осадах.

Каликст II объявил о строгом воспрещении превращения церквей в укрепления и похищения с алтарей приношений, а так же об отлучении от церкви виновных в причинении обид паломникам. В базилике Святого Петра было проведено торжественное богослужение для очищения ее от осквернения, после чего папа сделал пожертвования на ее украшение, покрытие пола плиткой и восстановление главного алтаря. Находившийся в плачевном состоянии Латеран также был обновлен и получил новую часовню, посвященную Святому Николаю Мирликийскому.

Умер Каликст II в Латеране 13 декабря 1124 года от римской лихорадки. А через пять месяцев скончался и Генрих V.

Гонорий II

Несмотря на произошедшие ранее события, семья Франджипане совсем не утратила своего влияния и на выборах нового папы «продавила» своего кандидата, приверженца имперской партии, Ламберта Остийского, и водворила его в Латеране. 21 декабря 1124 года Ламберт был посвящен в сан под именем Гонория II. За время его пятилетнего понтификата в Риме совершенно не было восстаний, чем папа, конечно, был обязан своему тесному союзу с Франджипане.

Положение папства упрочилось еще и тем обстоятельством, что император Генрих V умер бездетным. Гогенштауфены лишились трона и «на всякий случай» были отлучены Гонорием II от церкви. Королем Германии был избран саксонец Лотарь, которого папа поспешил признать и королем Рима, а римляне призвали в город для коронования.

Важные события в это время произошли в Южной Италии. Летом 1127 года в Салерно умер апулийский герцог Вильгельм, бездетный, как и Генрих. Его родственник, граф Рожер Сицилийский, утверждая, что является наследником Вильгельма, решил воспользоваться случаем и объединить под своей властью всю Южную Италию. Такое объединение совсем не входило в планы папы и Гонорий объявил, что суверенитет над Апулией принадлежит папской власти и земли Вильгельма должны быть возвращены Святому Престолу. В ответ Рожер, отлученный от церкви, подверг территорию Беневента опустошению. Гонорий отправился на юг, но разбитый Рожером, был вынужден укрыться в Беневенте и предложить мир, а в августе 1128 года передать графу в ленное владение Апулию и Калабрию, что сделало последнего герцогом.

Рожер II Сицилийский

Умер Гонорий II в ночь с 13 на 14 февраля 1130 года. Сторонники семьи Пьерлеоне рассчитывали видеть в папской тиаре Петра, кардинала и члена этой семьи. Однако пятеро из восьми кардиналов, принадлежавших к имперской партии, тайно собрались в церкви Святого Григория и под защитой семьи Франджипане провозгласили папой Григория, кардинала церкви Святого Ангела, принявшего имя Иннокентия II. Такие действия были совершенно незаконными и противная партия поспешила в церковь Святого Марка, где уже под защитой семьи Пьерлеоне в лице большинства кардиналов и нобилей и с соблюдением всех канонических правил провозгласила папой Петра под именем Анаклета II.

Григорий первым получил благословение, но Петру присягнул почти весь Рим, и вскоре начались вооруженные столкновения. Иннокентий II бежал в замок Франджипане на Палатине, а Анаклет II со своими сторонниками вломился в базилику Святого Петра и приказал совершить над ним посвящение, после чего взял приступом Латеран и занял папское кресло. Затем он проследовал в базилику Санта Мария Маджоре и завладел ее сокровищами. Захватить замок, в котором укрылся Иннокентий, Анаклету, правда, не удалось. Тогда в ход пошло золото, и Иннокентий, не рассчитывая на дальнейшую защиту в апреле или мае бежал в замок своей семьи в Трастеверине.

иннокентий ii
Иннокентий II

Анаклет отпраздновал Пасху в базилике Святого Петра, отлучил от церкви своего соперника и низложил враждебных себе кардиналов, а на их место назначил новых. Золото Пьерлеоне наконец «убедило» Франджипане в их неправоте, и Иннокентий был вынужден бежать дальше, подобно Геласию, во Францию. Будучи избран, хоть и с нарушением правил, но все-таки первым, он приобрел еще и статус изгнанника, тогда как в Анаклете стали видеть узурпатора. По этой причине Германия, Англия, Франция и большая часть Италии, а так же все монашеские ордена признали папой Иннокентия.

Анаклет II дважды писал королю Лотарю, но так и не получил ответа. Видя себя отвергнутым со стороны империи, он обратился к прежней политике пап и вступил в союз с норманнами, а именно — с апулийским герцогом Рожером. Рожеру недоставало официального королевского титула, и Анаклет предложил санкционировать его королевскую власть, если тот, в свою очередь, признает Анаклета папой. Герцог принял предложение и на Рождество 1130 года был помазан Анаклетом как король Сицилийский. Так при содействии папы-раскольника было создано Сицилийское королевство, просуществовавшее 750 лет.

Сицилийское королевство при Рожере II

Все это время Иннокентий II находился во Франции. Расположить в его пользу французского короля Людовика удалось Бернарду, одному из выдающихся церковных деятелей своего времени, чудотворцу и проповеднику самой строгой монашеской жизни, учредившему 160 (!) монастырей по всей Европе. Германский король, которого Иннокентий посетил в марте 1131 года, так же склонился на его сторону. Более того, Лотарь обещал Иннокентию идти с ним в Рим, на что последний обещал королю титул императора. На октябрьском соборе в Реймсе Иннокентия так же признали папой Англия и Испания. Здесь же от церкви был отлучен Анаклет.

Весной 1132 года Иннокентий уехал в Ломбардию, где на соборе в Пьяченце тоже был признан папой (отказал в его признании только Милан). Здесь он дождался Лотаря, и в ноябре они оба в сопровождении небольшого войска направились к Болонье. Из Болоньи папа проследовал в Пизу и Геную и убедил республики дать ему флот для покорения Рима. Наступление состоялось следующей весной, причем Рожер, занятый восстанием в Апулии, ничем не мог помочь Анаклету.

Гибель Анаклета казалась неизбежной, но его спасли два обстоятельства — укрепления Рима, находившиеся в его руках, и малочисленность королевского войска (2000 рыцарей). В конце апреля Лотарь расположился у церкви Святой Агнессы за Номентанскими воротами, куда к нему явились несколько римских нобилей, приверженцев Иннокентия (в том числе и Франджипани). 30 числа король беспрепятственно вошел в город и водворил Иннокентия в Латеране. Его войско разбило лагерь у базилики Святого Павла, а пизанский флот в это время поднимался по Тибру.

Лотарь II

Анаклет, видя себя отстраненным без всякого разбирательства, отказался сдать замки, в том числе и укрепленную Леонину, за стенами которой находилась базилика Святого Петра. Находясь в замке Святого Ангела, он мог лишь посмеяться над тем, что германский король против обычая вынужден будет принять императорскую корону в Латеранской базилике. Иннокентий короновал Лотаря и его жену 4 июня 1133 года, после чего теперь уже императорская чета из-за недостатка сил вернулась на север.

Как только Рожер начал одерживать победы а Апулии, Анаклет II получил перевес, и Иннокентий II бежал в Пизу. Рим, в большинстве своем, был на стороне Анаклета, но собор, состоявшийся в Пизе в мае 1135 года, утвердил папой Иннокентия, на сторону которого перешел даже Милан. Большую роль в этом приобретении сыграл упоминавшийся ранее Бернард. Таким образом, вся Италия, за исключением Рима, Кампаньи и юга, присягнула Иннокентию II. Тем не менее, надеяться на победу над антипапой можно было лишь сломив могущество Рожера, полностью подавившего к тому времени восстание в Апулии, провозглашенного Анаклетом защитником церкви и патрицием римлян и уже ведущего осаду Неаполя.

Сам Иннокентий II видел свое спасение лишь во втором приходе императора в Рим. Папу поддержал Бернард. Он убедил Лотаря в том, что его долг — освободить Южную Италию от узурпатора и вернуть ее империи. Было решено начать войну с целью уничтожения сицилийского королевства, и в сентябре 1136 года Лотарь перешел Альпы с большим войском, не встретив особого сопротивления ломбардских городов. Весной следующего года Лотарь прошел вдоль моря в Апулию, а его зять Генрих Гордый, возведенный в сан герцога тосканского, провел папу в Лациум, опустошая по дороге области, поддерживавшие Анаклета.

Армии Генриха миновали Рим, не став рисковать трудностями его осады, и 23 мая достигли Беневента, который взяли после недолгого сопротивления. После этого империи покорилась и Капуя, а встреча Лотаря, Генриха и Иннокентия II состоялась в Бари. Предложенный Рожером мир был отвергнут, и города Апулии начали отпадать от сицилийского короля. Рожер бежал, и Южная Италия впервые была подчинена имперской власти. Германское войско, однако, требовало возвращения на родину, и уже в сентябре Лотарь, не заходя в Рим, проследовал в Фарфу и далее, на север.

В Апулии и Калабрии снова объявился Рожер, теперь уже с поддержкой сарацинских воинов. Охваченные паникой ему сдались Капуя, Беневент, Салерно и Неаполь. Все победы Лотаря оказались бесплодны, а сам он умер 3 декабря 1137 года в альпийской хижине. Тем не менее, Бернарду удалось расположить римлян в пользу Иннокентия, и хотя Анаклет еще удерживал в своих руках базилику Святого Петра и замок Святого Ангела, партия его распалась. Теперь один Рожер не соглашался признать Иннокентия II и ради своей выгоды продолжал поддерживать раскол, объявив себя судьей между папами (то, что должен был сделать император), но не торопясь с вынесением решения.

Затруднения разрешились со смертью Анаклета 25 января 1138 года. С семьей Пьерлеоне был заключен мир, и они даже сохранили свою власть при папском дворе. О прекращении раскола было торжественно возвещено на Латеранском соборе в Великий пост 1139 года. Декреты Анаклета II были отменены, а Рожер отлучен от церкви. Никто не внушал Иннокентию столько опасений, как этот хитрый и упорный король Сицилии, не перестававший грозить Риму, добиваясь признания своих королевских прав.

Желая покончить с опасным противником, папа собрал войско и направился к Сан Джермано, где вступил с Рожером в переговоры. Однако, пока папские войска осаждали Галуццо, сын Рожера устроил засаду и захватил Иннокентия со множеством римских нобилей и кардиналов. В притворном смирении король и его сыновья пали к ногам своего пленника и, посмеиваясь в душе, стали умолять его о милосердии и мире. После недолгих колебаний чувство опасности перевесило у Иннокентия чувство стыда, и с Рожера было снято отлучение от церкви. А 25 июля 1139 года папа признал короля с его наследниками государем королевства Сицилии и всех завоеванных им земель за исключением Беневента.

29 сентября Иннокентий II прибыл в Рим, где был встречен одновременно и с почестями, и с порицанием. Находчивый папа, однако, утешился мыслью, что такова была воля Господня, чтобы он добыл для церкви мир ценой собственного унижения. Был в этой ситуации и некоторый выигрыш — Сицилия теперь считалась леном, принадлежащим папе, а не императору. Кроме того, имея «поддержку» со стороны Рожера, Иннокентий, наконец, мог уделить внимание городским делам. Он упорядочил в Риме имущественные права и обеспечил правильное судопроизводство, став на некоторое время благим правителем для города. Завершилось это спокойствие, как всегда, достаточно скоро.

Маленький Тиволи давно раздражал римлян своей независимостью. Во время борьбы за инвеституру он регулярно принимал сторону антипап и в 1139 году снова восстал и начал войну с Римом. На следующий год римляне осадили Тиволи, который, совершенно отрезанный от сообщений, наконец сдался, но не римлянам, а … папе. Между понтификом и тиволийцами был заключен мирный договор, сохранившийся до настоящего времени. Узнавшие об этом договоре римляне пришли в негодование — город был завоеван ими, а папа присвоил себе графскую власть.

Тиволи

Желая отомстить за свои обманутые надежды, они потребовали от Иннокентия разрушить мятежный город, но получили отказ. К сожалению события этого времени, приведшие к утрате папами светской власти, практически не освещены летописцами. Известно лишь, что разгневанные римляне направились на Капитолий, восстановили сенат и снова начали войну против Тиволи. Папа, приведенный в ужас возможностью навсегда лишиться светской власти, пытался прекратить возмущение мольбами и золотом, но был застигнут смертью. Подавленный горем, он скончался 24 сентября 1143 года, и с его смертью закончился «григорианский» период в истории Рима.

Далее: Средневековье. 1143 — 1155. Гражданская община. Коронация Фридриха I Барбароссы
Назад: Средневековье. 12 век. 1099 — 1118. Пасхалий II и Генрих V

Чтобы подписаться на статьи, введите свой email:

0
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля