Решения пизанского собора не повлияли ни на Бенедикта, ни на Григория. Первый собрал синод в Перпиниане, а второй — в Чивидале. Оба протестовали против собора и избрания Пьетро Филарго и буллами призывали к повиновению лишь себе одному. Оба были еще признаваемы, первый в Арагоне и Шотландии, второй — в Неаполе, Венгрии, Баварии и у короля Римского. Теперь у христианства было три папы, и ближайшей задачей Александра V стало уничтожение Григория, как наиболее близкого и опасного.

Александр предал отлучению Григория и Владислава. Последнего он низвел с трона и выставил против него жадного претендента, Людовика Анжуйского, тут же поспешившего в Пизу для предъявления своих прав на Неаполь. Между Людовиком, Флоренцией, Сиеной и кардиналом-легатом была заключена лига против Владислава, вынужденного теперь вернуться из Тосканы, где он оставил с войском Павла Орсини.

В сентябре союзное войско двинулось на Рим. К нему присоединился Павел Орсини, после чего вся страна преклонилась перед Александром V. Перед городом армия показалась 1 октября 1409 года. Неаполитанцы изгнали из Рима многих граждан, и теперь оставшиеся, под страхом их оружия, решили обороняться. Тем не менее уже 1-го же октября нападавшим удалось проникнуть в портик базилики Святого Петра, а на следующий день державшийся до сих пор нейтрально замок Святого Ангела открыл по неаполитанцам огонь.

Несмотря на первые успехи, союзники не смогли проникнуть в город. Неоднократные штурмы не увенчались успехом, встретив неожиданное сопротивление Рима, и крупной ошибкой Владислава в столь благоприятных обстоятельствах стало то, что он не двинулся на освобождение города сам. 23 декабря обороняющиеся потерпели, наконец, поражение у ворот Порта Септимиана в Трастевере, и это решило судьбу города, поскольку партия Александра в нем ждала только удобного случая для восстания.

В канун нового года в кварталах Парионе и Регола подученные дети подняли клич: «Да здравствует церковь и народ!» Забили набат колокола Сан Лоренцо ин Дамасо, и заговорщики двинулись на Кампи ди Фиоре. Весь Рим загудел кличем: «Церковь! Церковь!» Тотчас же в Трастевере вторгся Павел Орсини. 1 января 1410 года он переправился в город через мост Иудеев, достиг Кампи ди Фиоре и при скоплении народа объявил неаполитанское правление отмененным (отдельные укрепленные сооружения продержались до мая).

Александр покинул Пизу и переехал в Пистою, чтобы уже оттуда отправиться в Рим. Но хитрый болонский кардинал, которому папа был обязан своей тиарой, убедил понтифика сделать своей резиденцией Болонью. 12 февраля римское посольство поднесло Александру хоругвь и ключи от города с настоятельной просьбой вступить в Рим повелителем. К этой просьбе присоединились и флорентийцы. Александр V принял из рук послов владычество над городом и 1 марта подтвердил дипломом римские вольности.

Этот документ дает нам представление о составе тогдашнего городского управления Рима: иностранный сенатор, назначаемый на 6 месяцев; иностранный капитан и апелляционный судья с 2 нотариусами; 3 консерватора; камерарий; 13 капитанов кварталов; городской совет из 32 человек; 60 констаблей; протонотариус; 4 маршала; 2 канцлера; 2 синдика римского народа; 2 сенатских писца; 2 сборщика налогов; таможенный соляной пристав; 2 синдика над всеми официалами и 2 смотрителя зданий.

Александр V все же имел намерение переехать в Рим, но 3 мая 1410 года скончался в Болоньи, причем молва приписывала эту смерть кардиналу Балтазару Коссе, самому домогавшемуся тиары. Его поддержал только что снарядившийся в поход против Владислава Людовик Анжуйский, и 17 мая этот страшный человек (занимавшийся в юности морским пиратством) был избран коллегией из 18 кардиналов. 25 мая он принял сан под именем Иоанна XXIII.

18 мая умер Рупрехт, номинальный римский король. Иоанн XXIII немедленно направил в Германию своих представителей для содействия избранию на освободившийся трон Сигизмунда, венгерского короля. Избрание состоялось 20 сентября во Франкфурте, после чего новый римский король сразу признал Иоанна законным папой. Рим покорился беспрекословно и принял назначенного сенатора.

Павел Орсини продолжал войну со сторонниками Владислава, а 20 сентября в Рим прибыл и Людовик Анжуйский. Вместе они 31 декабря вернулись в Болонью и настойчиво убеждали Иоанна отправиться в Рим и оттуда организовать поддержку экспедиции против неаполитанцев. Римляне также приглашали папу вернуться.

1 апреля 1411 года процессия, сопровождаемая армией, тронулась, наконец, из Болоньи и через 10 дней достигла ворот Рима. На следующий день Иоанн XXIII среди ликующих римлян совершил торжественный въезд в город, а в конце апреля Людовик Анжуйский во главе 12 000 всадников и многочисленной пехоты отбыл на завоевание Неаполя. Начавшийся победами поход закончился плачевно. 12 июня претендент вернулся в Рим, а 3 августа сел на корабль и без короны вернулся в Прованс.

Неудача экспедиции стала роковой для Иоанна, поскольку могущество Владислава осталось несокрушимым. От лиги с папой отпали Флоренция и Болонья. Григорий XII находился в сильной Гаэте. Народ был ожесточен непомерными налогами. Наемники враждовали между собой и в любой момент могли изменить. Папа окопался в Ватикане, и именно тогда был построен крытый ход, соединивший Ватиканский дворец с замком Святого Ангела.

Наконец Иоанн решил изменить свою политику и предложил Владиславу переговоры. Он изъявил готовность предать Людовика Анжуйского в обмен на предательство Владиславом Григория XII. После этого Владислав был бы признан законным королем Неаполя, поставлен знаменосцем Церкви и получил бы в виде залога Витербо, Перуджию и Беневент. Такое предложение в купе с угрозами короля римского Сигизмунда и увещеваниями короля французского подтолкнуло Владислава к компромиссу.

Мирный договор был заключен в июне 1412 года и 19 октября провозглашен в Риме. Ради соблюдения внешних приличий король созвал в Неаполе синод из епископов и магистров, который постановил, что Григорий XII называется папой незаконно и является еретиком. Позорное предательство Владислава явилось, впрочем, шагом к ликвидации схизмы, поскольку Григорий лишился своей последней политической опоры и вынужден был бежать.

Дальнейшие события показали, что отречение Владислава от Григория было вызвано не столько обещаниями Иоанна, сколько желанием оплатить ему за экспедицию Людовика Анжуйского. Помыслы неаполитанца были направлены на создание королевства Италии путем соединения церковной области с Неаполем. К тому же изгнанные римляне подстрекали его завладеть городом. Поводом к действию послужило оглашение Иоанном XXIII намерения созвать церковный собор вне Рима. Владислав объявил о своей обязанности оберегать от волнений Рим и Кампанью на время удаления папы.

В конце мая неаполитанский флот пошел к устью Тибра, а сам Владислав двинулся на Рим. При приближении его к воротам папа для успокоения народа отменил винный налог и вернул некоторые вольности. 5 июня он вручил управление городом консерваторам и капитанам кварталов и в напыщенных речах убеждал их не страшиться короля, ибо и сам готов был идти с ними на смерть. С равной же напыщенностью парламент поклялся на Капитолии скорее умереть, чем покориться Неаполю.

Утром 8 июня раздались крики, что враг уже в городе. Дело в том, что ночью Владислав приказал проломить стену у Санта Кроче, и через это отверстие проник его авангард. Никем не атакованный этот отряд продвинулся вглубь города, немедленно ему сдавшегося. Никогда еще завоевание Рима не совершалось быстрее. Иоанн XXIII вместе со своим двором немедленно сел на коней и бежал. Владислав же въехал в ворота Святого Иоанна и поселился в Латеране.

Ограбленный собственными наемниками, папа с трудом ускользнул от преследователей и ночью добрался до Витербо. А в Риме в это время бесчинствовали войска Владислава. Поджигались дома, истреблялись архивы, разграблялись церкви. В базилике Святого Петра устроили конюшню. Король конфисковал имущество флорентийских купцов, а многих римлян отправил в плен в Неаполь. Он назначил новое правительство и приказал отчеканить римскую монету со своим именем.

Городская область покорилась королю. 24 июня капитулировала Остия. В короткое время неаполитанцы заняли и Патримонию. Последним, 23 октября, сдался державший сторону папы замок Святого Ангела. Римляне ходили по улицам с факелами и восклицали: «Да здравствует король Владислав!» Иоанн, преследуемый неаполитанцами, спешил тем временем во Флоренцию. Там он пробыл до начала зимы, а войска Владислава за это время заняли всю страну вплоть до Сиены.

Из Флоренции Иоанн XXIII рассылал письма ко всему христианству, рассказывая о творимых в Риме беззакониях и призывая королей на помощь. Отдельные просьбы направлялись к королю римскому Сигизмунду. С ним была назначена встреча в Лоди. Так после долгого перерыва встречались лицом к лицу папская и имперская власть. В эпоху, когда сама империя утратила все свои права, Сигизмунд увидел себя, в силу этих призрачных прав, восстановителем церкви и потребовал от папы созыва собора.

Местом будущего собора Сигизмунд избрал немецкий Констанц, и после некоторого колебания папа покорился воле короля и 25 ноября 1413 года направился в Лоди. Почетный, но сдержанный прием, оказанный Иоанну Сигизмундом предсказал папе его будущее. Попытки перенести собор в какой-либо итальянский город провалились, и 10 декабря понтифик был вынужден оповестить христианский мир об открытии великого собора 1 ноября следующего года в Констанце.

Приглашены были и Бенедикт XIII и Григорий XII, с чем Сигизмунд обратился к королям арагонскому и французскому. Так после долгого времени впервые прозвучал голос короля римского как главы христианства и законного покровителя церкви. После рождественских праздников Сигизмунд и Иоанн отправились в Кремону, откуда разъехались. В феврале 1414 года папа прибыл в Болонью и начал искать способ избежать ожидавшей его в Констанце гибели.

Встреча в Лоди и ее результат вывели Владислава из спокойствия. 14 марта он вступил с войском в Рим, где пробыл до 25 апреля, а после двинулся к Перуджии, рассчитывая дойти до Болоньи и захватить папу. Однако флорентийцы перекрыли королю дорогу и склонили к соглашению, по которому он отказывался от вторжения на болонскую территорию. По дороге назад, в Рим, Владислав сильно заболел и в город прибыл уже на носилках. Из Рима галера доставила его в Неаполь, где он и скончался 6 августа в страшных мучениях. Корону Неаполя унаследовала сестра Владислава, Иоанна.

При вести о гибели короля в Риме воцарилась великая радость. Национальная партия снова ухватилась за идею о политической самостоятельности, а голодные и оборванные римляне еще раз возгласили: «Народ! Народ!» и «Свобода!» Неаполитанское правительство было немедленно свергнуто, а все городские ворота переданы народу. На стороне новой королевы оставался только замок Святого Ангела.

Иоанн XXIII посчитал смерть Владислава счастливым событием и попытался вернуться в Рим, чтобы избегнуть собора, но единодушная оппозиция кардиналов заставила его двинуться в Констанц. Не будем останавливаться на событиях, произошедших на самом соборе. Скажем лишь, что он состоялся, и все три папы, Иоанн XXIII, Григорий XII и Бенедикт XIII были низложены, что означало конец схизмы.

Конклав для избрания нового папы собрался 8 ноября 1417 года. Все приготовились к долгим и бурным спорам, но 53 кардинала удивили мир тем, что пришли к согласию уже на третий день. Их выбор пал на римлянина Оддо Колонна, о чем и было объявлено 11 ноября. Коронация Оддо под именем Мартина V состоялась 21 ноября в Констанцском соборе в присутствии короля Сигизмунда и тысяч представителей Европы.

Между тем Рим продолжал пребывать в заброшенности. Иоанна Неаполитанская вступила в брак с Иаковом Бурбоном, графом из королевского дома Франции, который тут же отстранил супругу от правления и командировал Павла Орсини в Рим для восстановления неаполитанского влияния. Рим оказался не готов к сопротивлению и заключил соглашение, по которому была снята осада замка Святого Ангела, все еще поддерживавшего неаполитанцев. В результате, в городе образовалось две сосуществовавших одновременно власти. Ситуация оставалась в неопределенном состоянии, пока под стенами не появился новый претендент — Браччио, граф Монтоне и, «по совместительству», предводитель банды, состоявшей ранее на службе у Иоанна XXIII.

Браччио подошел к городу 9 июня 1417 года. Выехавшему ему навстречу и поинтересовавшемуся о причинах его прибытия кардиналу-легату Изолани предводитель банды ответил, что причины у него общие с папами — страсть властвовать. К обороне Рим, за исключением замка Святого Ангела, был по-прежнему не готов, и уже 16 июня Для Браччио открылись ворота Порта Аппиа. В руках римлян вместо мечей были пальмовые ветви, а их уста издавали позорный клич: «Да здравствует Браччио!»

Могущественнейшие короли осаждали и штурмовали Рим и были отражаемы от стены Аврелиана. Из множества императоров, являвшихся с великими армиями, лишь немногие дерзали вступить на улицы самого города, довольствуясь церемониями в Ватикане. Мужественные граждане с мечами в руках оберегали от них затворенные городские ворота. И вот теперь того, чего не удалось достичь Барбароссе, за несколько дней добился предводитель банды авантюристов. Рим, бывший неприступным целые века, в течение десяти последних лет был трижды покорен практически без труда.

Весть об успехе Браччио взволновала Неаполь. Из осажденного замка кардинал Изолани слал гонцов с мольбами о помощи. В это время Иоанна снова перехватила в свои руки власть, освободила брошенного своим мужем в тюрьму другого наемника, Сфорцу, и поручила ему экспедицию на Рим. По дороге к нему присоединился Орсини. Это обстоятельство, а также голод и чума, заставили Браччио отступить. Провластвовав в Риме 70 дней, он покинул город, уступив свое место другому предводителю банд. Таково было состояние Рима к моменту избрания Оддо Колона в папы.

Мартину V пришлось признать свершившиеся факты и заключить союз с Ианной, которой он поручил охрану Рима на время своего отсутствия. Между тем он страстно желал вернуться в Италию и покончить с царившими там неурядицами. Не меньшее желание испытывал он и положить конец собору, чтобы избежать реформы церкви, умалившей бы папский авторитет. Последнее заседание состоялось 22 апреля 1418 года, и 16 мая Мартин покинул, наконец, Констанц.

В феврале 1419 года папа остановился во Флоренции, которую избрал своей временной резиденцией. Отсюда он отправил своего брата Иордана в Неаполь, поскольку хорошо понимал, что мог восстановить церковную область лишь с помощью Иоанны. Королева, в свою очередь, сознавала, что может удержаться на троне только благодаря поддержке папы, поскольку свои претензии на Неаполь снова заявил Людовик Анжуйский.

Теперь Мартин V мог отправиться в Рим. 9 сентября 1420 года он покинул Флоренцию в сопровождении войска и множества синьоров. Приближение папы взволновало город. Его неистовое требование римлянина фактически породило раскол; теперь же схизма закончилась, а папой к ним возвращался римлянин из первейшего рода, и длинная череда страданий казалась миновавшей. Теперь Святой престол действительно возвращался в Рим навсегда.

28 сентября Мартин достиг города. Он переночевал в Санта Мария дель Пополо, а в воскресенье 29 сентября был с триумфом проведен в Ватикан. Римские аристократы держали над ним пурпурный балдахин, а впереди процессии танцевали жонглеры. Вечером по городу прошли капитаны кварталов с многочисленным народом с факелами в руках и с кличем «Да здравствует папа Мартин!»

Рим пребывал в мире, но был повержен чумой, голодом и прошедшими войнами в такую чудовищную нищету, что едва ли походил на город. Дома и церкви находились в упадке, а улицы заросли мусором и мхом. Люди больше походили на сброд, чем на когда-то благородных граждан Рима. Хватало и воров, и разбойников. Рим достиг низшей точки своего упадка, и с въездом Мартина V закончилась долгая эпоха средневекового города. Начиналась новая жизнь, в которой он восстал из обломков и получил тот вид, который дали ему папы, ставшие настоящими властителями.

Назад: Средневековье. 15 век. 1400-1409. Схизма.

15 век начинался в Риме празднованием Юбилейного года, омраченным продолжавшейся схизмой. Поднимаясь на лоджию для благословения верующих, Бонифаций IX вызывал на себя проклятия испанца Бенедикта XIII. Тем не менее, в Рим стекались многочисленные толпы пилигримов, в том числе и из Франции, принявшей сторону антипапы. Город наполнили компании бичующихся, призывавшие к покаянию погрязшее во вражде человечество. Ложные пророки возвещали скорую гибель мира, обманывая людские массы «чудесами». Закончилось все это чумой.

В это же время изгнанные из Рима фамилии составляли план низвержения господства папы и реставрации старого аристократического строя. 15 января 1400 года в город ночью через ворота Порта дель Пополо ворвался Николай Колонна с войском. С кличем «Народ! Народ! Смерть тирану Бонифацию!» он устремился к Капитолию и попытался приступом взять сенатский дворец и монастырь. Бонифаций бежал в замок Святого Ангела, но сенатор Захария Тревизано защитил Капитолий, а народ не поддержал своих бывших притеснителей. Колонна, понеся большие потери, бежал в Палестрину, а 14 мая вся его семья была объявлена вне закона.

Все имения Колонн были повергнуты интердикту, а на сам род объявлен крестовый поход. По началом Тебальда Анибальди соединились римская милиция, 2000 папских всадников и вспомогательные войска Владислава Неаполитанского. Было взято несколько замков и опустошено несколько имений. Лишь Палестрина продержалась до зимы, когда Колонны выразили свою покорность и заключили мир с папой на поразительно выгодных для себя условиях. Акт был подписан 17 января 1401 года. В этом же году покорилось Витербо, и Бонифаций IX, наконец, почувствовал себя реальным правителем Рима.

Нерешенной оставалась проблема схизмы. Христианский мир все громче требовал собора, а короли и епископы настаивали на добровольном отречении обоих пап. Если ранее церковные неурядицы улаживал император, светский глава христианства, то нынешний римский король, Венцеслав Богемский, оказался неспособным на подобное действие и низложен. Его преемник, пфальцграф Рупрехт, в октябре 1401 года выступил в Италию, но был разбит у озера Гарда и вернулся в Германию.

19 октября в Риме был заключен союз между папой и Флоренцией. Союзное войско подошло к Болонье и 25 августа 1403 года здесь был подписан мирный договор с Миланом. Вскоре сдалась и Перуджия. Так счастье благоприятствовало Бонифацию во всех его светских делах. В октябре 1404 года папа скончался в Ватикане, будучи государем всей церковной области. Но, едва Бонифаций ушел из жизни, Рим тут же наполнился смутами.

Вышли на свет старые партии, гвельфы и гибеллины, Колонна и Орсини. Город покрылся баррикадами. На улицах шли бои. На поддержку народного дела Колонна призывали Владислава Неаполитанского. Страх перед его приближением заставил кардиналов поторопиться с выбором нового папы, и уже 17 октября на Святой престол взошел третий неаполитанец, Козимо деи Мильиорати, принявший имя Иннокентия VII.

Новый папа оказался в трудных обстоятельствах. Фактически он не владел ничем, кроме Ватикана и замка Святого Ангела, и сенатор еще удерживал от имени церкви осажденный Капитолий. Остальной город был закрыт для Иннокентия, и народ отказывал ему в поклонении, если папа не откажется от своего dominium.

19 октября в Рим через ворота Святого Иоанна вступил встреченный ликующим народом Владислав. Под пурпурным балдахином его отвели в Латеран, откуда 21 октября он в процессии проследовал в Ватикан для предложения своих услуг папе.

Способный король воспользовался выгодами своего положения, став реставратором своей династии и вернув себе влияние, которым пользовались первые Анжу. Обстоятельства сделали его одновременно защитником и Рима и церкви, а мудрость позволила остаться необходимым для обеих партий. После ряда переговоров между народом и папой Владислав составил договор, который должен был стать основой для их дальнейших отношений. Соглашение было заключено 27 октября в Ватикане и позднее утверждено народным парламентом.

Теперь сенатор должен был избираться папой. Взамен же народ мог каждые два месяца ставить семерых губернаторов, приносящих папе присягу верности. В дополнение к этим семерым папа или Владислав ставили еще трех управленцев. Этим десятерым поручалась финансовая администрация Рима. Папская курия и жители Леонины изымались из юрисдикции городского форума. Папа и кардиналы освобождались от налогообложения. Охрана всех мостов и ворот, за исключением Понте Молле и Леонины, передавалась римлянам. Запрещалось принимать посланцев от антипапы. Народу не дозволялось самовластно принимать никаких новых законов. Капитолию возвращалась функция общинного дворца и публичного здания суда.

Получив от Иннокентия награду в виде должности управляющего Кампаньи и Маритимы (фактически — ключа от Рима), 5 ноября Владислав с войском отбыл в Неаполь. 11 ноября состоялась коронация Иннокентия VII у базилики Святого Петра, после которой он занял Латеран.

Конечно римляне не успокоились. Добытая свобода снова разожгла их страсти и подвигла не придерживаться заключенного договора. Семерка присвоила себе титул «губернаторов свободы римской республики» и стала править самовластно. Папа оказался заперт в квартале Леонины, охраняемом наемниками, и постоянно осаждался требованиями.

Поводом для конфликта послужил принадлежавший папе мост Понте Молле, на котором стоял папский гарнизон, преграждавший римлянам доступ в Ватикан. Римляне потребовали выдачи моста и ночью 2 августа 1405 года напали на его гарнизон. Нападение было отбито, и тогда народ двинулся на Капитолий, где в очередной раз загудел набатный колокол. Последовавшие переговоры привели к согласию Иннокентия на разрушение моста в его середине, чтобы сделать его непригодным к использованию.

6 августа 14 влиятельных депутатов от народа отправились в Ватикан. Эти граждане вели себя надменно и порицали папу за бездействие в отношении схизмы. Переговоры ни к чему не привели, но на обратном пути депутаты оказались захвачены папским племянником, ожесточенным подобным отношением к своему дяде. Пленники были доставлены в госпиталь Сан Спирито, убиты и вышвырнуты из окна на улицу. В их числе оказались и два губернатора республики.

После этого поднялся весь Рим. Все члены курии, оказавшиеся в городе, были брошены в тюрьмы, а дворцы кардиналов подожжены. Лишь замок Святого Ангела и гарнизон Борго могли спасти папу, в общем-то непричастного к происшествию, от моментальной гибели. Было принято решение бежать, и в ночь на 7 августа обоз, окруженный всадниками, вырвался из города. Потеряв по дороге около 30 человек, беглецы укрылись в Витербо. Борго и Ватикан подверглись разграблению. Множество исторических документов, хранившихся в папском архиве, исчезло безвозвратно.

Колонны призвали в город неаполитанского короля, но граждане желали свободы, а не Владислава. Путь в город преградили баррикады, губернаторов, благоволивших к неаполитанцам, прогнали с Капитолия, а заключенных епископов отпустили на волю. Настроение повернулось в сторону Иннокентия. Делегаты от народа прибыли в Витербо и потребовали от папы помощи против Владислава и поддержавших его баронов. Павел Орсини, отправленный с папским войском, выбил из Борго Иоанна Колонну и вступил в Ватикан.

В январе 1406 года парламент пришел к единогласному решению предоставить Иннокентию VII полный dominium. Девятнадцать граждан прибыли в Витербо и поднесли папе печать и ключи от города. Капитолий, все ворота, мосты и крепости города и области, кроме замка Святого Ангела, вставшего на сторону Владислава, были сданы папскому викарию. Въезд в город самого Иннокентия состоялся 13 марта.

Начались осада замка и штурм крепостей внутри области, принадлежавших баронам, державшим сторону Владислава. Папа пригрозил неаполитанскому королю отлучением, и тот, не желавший подвергать опасности свою еще не окрепшую корону, поспешил заключить мир. 9 августа замок Святого Ангела был сдан, и теперь Иннокентий VII мог именовать себя государем римским. Вскоре, 6 ноября 1406 года, он скончался.

Смерть папы во время схизмы была прекрасным поводом к ее прекращению — следовало лишь воздержаться от новых выборов. 14 римских кардиналов действительно находились в сомнениях, давать ли преемника Иннокентию VII. Победил страх оставить римскую церковь без видимого главы и получить очередную смуту в городе. 30 ноября выбор конклава пал на 80-летнего венецианца Анджело Коррера. 6 декабря он вступил на Святой престол под именем Григория XII.

Под давлением Франции оба папы, Бенедикт XIII и Григорий XII, заключили договор, по которому обязались в сентябре 1408 года устроить в Савоне, под Генуей, конгресс. Такая ситуация не устраивала Владислава Неаполитанского, грозя ему возможностью лишиться короны, и заставила его строить планы на овладение Римом.

По наущению Владислава Колонны с неаполитанскими войсками ночью 17 июня 1407 года ворвались в город через пролом в стене у ворот Святого Лаврения. Григорий бежал в замок Святого Ангела. Однако на следующее утро прибыл военачальник папы Павел Орсини и не только отбил нападение, но и захватил в плен стоявшую во главе нападавших аристократию. Колонны откупились, но менее знатные бароны были казнены на Капитолии. Фактически, Павел Орсини стал первым человеком в городе, что побудило Григория XII покинуть Рим. 9 августа 1407 года он, вопреки воле римлян, отправился в Витербо, откуда в сентябре переехал в Сиену, где его встретили послы Франции.

Между тем ситуация в Риме снова скатывалась в хаос. 1 января 1408 года кардинал-легат, оставленный папой в городе, обложил клир налогом в 30 000 гульденов. Клир собрался в монастыре и порешил ничего не платить, не звонить в колокола и не служить обеден. Множество священников были брошены в тюрьмы. В городе начинался голод, и улицы наполнились грабителями, не щадившими даже паломников. Теперь часть римлян возжелала прихода Владислава, связав с ним порядок и изобилие.

Король с войском двинулся в путь, и напуганный кардинал-легат счел целесообразным вернуть народу его прежнюю власть. 11 апреля было восстановлено правление арбалетчиков, а народный магистрат въехал на Капитолий, где был приветствуем всеми капитанами кварталов. Через несколько дней под стенами Рима появился Владислав с 12 000 всадников и многочисленной пехотой. Устье Тибра заняли его галеры. Плохо снабженная продовольствием Остия капитулировала 18 апреля. Ее падение, в свою очередь, нарушило снабжение Рима, и участь в общем-то достаточно хорошо укрепленного, но полностью лишившегося самоуважения города была решена.

Павел Орсини начал переговоры с Владиславом, за что римляне тут же назвали его изменником отечества, но при этом сами направили послов в лагерь короля. 21 апреля этими послами был заключен договор, по которому все крепости и Капитолий передавались Владиславу, а народное правительство отказывалось от власти в пользу короля. Арбалетчики немедленно самоустранились, а неаполитанское войско с музыкой вступило в город. Города Патримониума и Умбрии признали Владислава своим сеньором, и церковная область оказалась присоединенной к неаполитанскому королевству.

Поставленный королем сенатор правил городом с железной строгостью, пресекая секирой палача любые попытки возмущения. Однако никакого другого насилия не было. Владислав быстро приобрел симпатии народа, а изобилие припасов и строгое судопроизводство, вернувшие городу спокойствие, стали лучшей опорой его власти. 24 июня король отправился на завоевание Средней Италии, повелев баронам, в том числе и самим Колоннам, держаться вдали от города.

Григорий XII не был испуган узурпацией Владислава. Бежавший при сдаче Рима легат был принят им с такой благосклонностью, что приходится думать будто он действовал по воле папы. Говорили, что и Павел Орсини передал город Владиславу с согласия понтифика. И действительно, Григорий не только не выказал никакого протеста действиям неаполитанца, но даже продолжал держать при нем своих представителей. Дело в том, что завоевание Рима и церковной области давало ему повод препятствовать соглашению с Бенедиктом.

Обманутый мир устал от игры двух пап, ни один из которых реально не желал примирения. Французский король, наконец, повелел эдиктом не повиноваться никому из них, если раскол не будет улажен ко дню Вознесения. Кардиналы покинули обоих понтификов и впервые встретились в Ливорно. Здесь они, наконец, стали действовать сообща, результатом чего стало назначение на 26 марта 1409 года собора в Пизе.

Григорий же вознамерился вернуться в Рим. Не будучи пропущен флорентийцами и болонцами, он направился в Сиену, где подверг отлучению отпавших от него епископов и назначил новых кардиналов. В ноябре он прибыл в Римини и повел переговоры с Владиславом, решившимся на поддержку Григория, поскольку видел для себя угрозу в подготавливавшихся в Пизе событиях. Результатом переговоров стала уступка папой Рима (беспрецедентный случай) и церковной области за ничтожную сумму в 25 000 гульденов золотом.

В марте 1409 года Владислав двинулся к Риму, чтобы затем пройти в Тоскану и разогнать собор. В город он прибыл 12 марта, а через 16 дней вместе с Павлом Орсини отбыл в Тусцию. Однако созданная лига флорентийцев и сиенцев преградила дорогу его войскам и избавила от опасности собор, открывшийся 25 марта.

Пизанский собор, собранный кардиналами без папы, создал эпоху в истории церкви, поскольку, с канонической точки зрения, стал актом открытого мятежа против папы. Устроившие его 23 кардинала отказались от повиновения своим папам (одни — Григорию XII, другие — Бенедикту XIII), но при этом требовали от последних признать себя своими судьями. Более того, одна часть этой коллегии судей считала другую схизматической. Однако христианский мир признал это революционное решение, а так же то положение, что церковь составляет церковь и без папы и что последний стоит ниже собора. Фактически, это было предвестие реформации.

5 июня 1409 года собор огласил приговор, по которому Бенедикт XIII и Григорий XII признавались схизматиками и еретиками, вследствие чего попадали под отлучение и лишение всех духовных степеней. После этого приступили к избранию папы, причем собравшиеся поклялись, что тот из них, кто будет избран, не дерзнет распустить собор прежде проведения реформы церкви. 17 июня по предложению болонского кардинала Балтазара Коссы выбор пал на 70-летнего Пьетро Филарго, человека темного происхождения (вероятно, грека) и не имевшего никакой родни. 7 июля 1409 года он был посвящен в сан под именем Александра V.

Далее: Средневековье. 15 век. 1409-1420. Три папы. Окончание схизмы. Конец средневековья.
Назад: Средневековье. 14 век. 1378-1399. Схизма

После кончины Григория XI кардиналы послали за вождями республики, которые поклялись в добросовестной охране и уважении свободы конклава. В народе же происходило брожение. Ходили слухи, что архиепископ арльский, камерарий церкви, занявший гарнизоном замок Святого Ангела, призвал бретонскую наемную банду. Магистрат стянул в город войска из Тиволи и Веллетри, которые заняли все мосты и ворота, чтобы помешать бегству кардиналов и исключить вмешательство провинциальных баронов. Наиболее влиятельных аристократов изгнали из города.

Конклав должен был происходить в Ватикане. Городские власти назначили нескольких капитанов кварталов и граждан для его охраны. Борго (район Ватикана) был оцеплен, милиция окружила Ватикан, а кардиналы распорядились перенести в замок Святого Ангела церковные сокровища. В такой обстановке должны были пройти выборы верховного христианского пастыря.

Процедура началась 7 апреля 1378 года. Во время совещания кардиналов к ним в конклав вошли капитаны кварталов и еще раз угрожающе потребовали в папы римлянина или итальянца. Однако единственным римлянином был кардинал Тибальдески, отвергнутый по причине слабости и преклонного возраста. Выборы могли затянуться надолго, но наутро 8 апреля народ пришел в нетерпение, и колокола ударили в набат. Испуганные кардиналы поспешили к окончательному решению и проголосовали за архиепископа Бари.

Между тем пронесся ложный слух, что папа — кардинал Тибальдески. Народ, по традиции, немедленно разграбил его жилище, а у Ватикана раздались крики восторга: «Имеем римлянина!» Двери конклава были разломаны, и воины хлынули в залу поклониться римлянину. Трепещущие кардиналы укрылись в смежную часовню, но и она была разнесена. Тогда, в поисках спасения, ревущей толпе был представлен римлянин — мнимый папа. Маститый Тибальдески был второпях облачен в митру и мантию и очутился восседающим на папском престоле среди ликующих римлян, лобызавших его руки и ноги и грозивших задушить его поклонениями.

Тем временем кардиналы благоразумно скрылись, а настоящий избранник дрожал, спрятанный в одной из камер дворца. Отчаявшийся и сгоравший от стыда Тибальдески смог, наконец, преодолеть свой страх и сделал громкое признание, что папа не он, а архиепископ Бари. Опешивший народ закричал: «У нас нет римлянина! Смерть изменникам!» Снова ударил набат, и все схватились за оружие. Однако магистраты исполнили свой долг, и страшных последствий удалось избежать.

9 апреля флорентийский кардинал объявил о каноническом избрании архиепископа Бари, и римляне успокоились при мысли, что он итальянец. 18 апреля 1378 года Варфоломей Приниано вступил на Святой престол под именем Урбана VI. Вспыльчивый и не имеющий житейского такта неаполитанец своими крутыми мерами тут же нажил себе множество врагов среди высшего духовенства. Его упреки в мирских пороках и роскоши, обращенные к епископам, были справедливы по сути, но весьма оскорбительны по форме. Надменные князья церкви ожидали, что никогда не бывший кардиналом Урбан будет их покорной креатурой, теперь же они увидели в нем повелевающего папу.

Урбан объявил, что Святой престол должен оставаться в Риме, и неосторожно озвучил замысел произвести много новых кардиналов из всех наций. В курии началось брожение. Провансальский кастелян отказывался выдать папе замок Святого Ангела и остался обладателем крепости. Архиепископ арльский бежал в Ананью, прихватив с собой бриллианты и папскую тиару.

Противники Урбана призвали к себе банду бретонцев и гасконцев, состоявшую на службе у церкви и в своих грабежах дошедшую уже до окрестностей Рима. Державшие сторону папы римляне 16 июня выступили против наемников, но понесли поражение у моста Понте Саларо, а французская банда с триумфом проследовала в Ананью. Здесь французские кардиналы обратились с письмом к четырем итальянским, говоря о недействительности избрания Приниано, совершенного под давлением, и приглашая их для совместного совещания в Ананьи.

Урбан VI немедленно оценил значение этого события. Он изъявил готовность подвергнуть действительность своего избрания суждению собора и отправил трех итальянцев с примирительными предложениями в Ананью. Однако предложение это было отвергнуто. 9 августа 1378 13 кардиналов издали в Ананье энциклику. В ней говорилось, что лишь под угрозой смерти от римского народа, если не выберут в папы римлянина или итальянца, они избрали архиепископа Бари. Он же из честолюбия это избрание принял и теперь должен считаться узурпатором, каковым они, великое большинство священной коллегии, объявляли его, отрекались от него, призывали его сложить тиару, а христианство — не признавать его папой. Так была объявлена схизма.

21 сентября схизматики в Фунди избрали папой Роберта Женевского. 31 октября он принял посвящение под именем Климента VII. Итальянцы не приняли участия в избрании, но и не протестовали против него. Они не возвратились и к Урбану, предпочтя нейтралитет и требуя собор.

Тем временем Урбан вернулся в Рим. Поскольку замок Святого Ангела не находился в его власти, он поселился сначала в Санта Мария Нуова на Форуме, а затем перебрался в Санта Мария ин Трастевере. Положение его было ужасным. Численность и единодушие кардиналов придавали большой вес их новому выбору, а противопоставленный Урбану папа был ставленником не враждебного императора, а могущественной части самой церкви. Отпадение же итальянских кардиналов служило сильнейшим доказательством отталкивающей натуры Урбана, не способного ни привлекать друзей, ни примирять врагов.

Скоро Урбан VI оказался в одиночестве. Ему пришлось пережить то, что испытал едва ли кто-то из пап — при нем не осталось ни одного кардинала. Урбану пришлось создавать новую курию, будто он сам являлся лжепапой. В течение одного дня он назначил более 20 кардиналов, по большей части неаполитанцев, и нескольких римлян — двух Орсини, и Стефана и Агапита из дома Колонна. Он возбудил процессы против схизматиков, предал их отлучению, объявил их проклятыми и находящимися вне закона и такими же церковными карами грозил всем, кто признает Роберта Женевского.

Раскол свершился. Два папы стояли один против другого, предавали друг друга анафемам и разжигали христианство буллами. Церковь разделилась, ибо скорое признание Климента VII Францией отняло у понтификата последнего характер антипапства, и теперь уже никто не мог сказать, какой из пап истинный. Климента признали папой богатая Франция, Неаполь и Савойя, а позднее и Испания с Шотландией. Урбана держалась империя и весь остальной Запад.

Император тотчас высказался за Урбана, но не успел оказать ему поддержку, поскольку скончался 29 ноября 1378 года. Наследником Карла IV стал его сын Венцеслав, которого Урбан VI сразу признал новым римским королем. Поддержали Урбана так же Бернабо, Флоренция и Перуджия. Несомненное преимущество над Климентом давало ему и обладание Римом, в котором в руках противника находился лишь замок Святого Ангела, который следовало завоевать прежде всего. Замок был прекрасно снабжен провиантом и вооружением. Впервые с его стен гремели пушки, производя в городе разрушения.

Для противостояния досаждавшим Риму бретонцам и гасконцам Урбан нанял капитана Альбериго де Барбиано, графа де Кунио, основателя кампании Святого Георгия, банды из Вероны, состоявшей почти из одних итальянцев. И здесь схизма приняла национальный характер. Первая итальянская кампания стояла на стороне итальянского папы, а чужая — на стороне чужеземного папы. 29 апреля 1379 года итальянцы перерубили или забрали в плен бретонцев, явившихся на выручку замка. Альбериго с триумфом вступил в Рим. Признательный Урбан возвел его в рыцари и подарил знамя, на котором было начертано золотыми буквами: «Освобожденная от варваров Италия». В тот же день замок Святого Ангела капитулировал благодаря посредничеству канцлера Иоанна Ченчи.

Едва римляне овладели замком, как ослепленные жаждой мести, бросились разнести его до земли. Со времени первой осады при Велизарии над этим мавзолеем пронеслись тысячи военных штурмов, так и не разрушив его. Пал он лишь теперь, в апреле 1379 года. Гробница была уничтожена, за исключением лишь внутренней сердцевины, заключающей античную усыпальницу. Лишь благодаря твердости этой пепериновой массы, только укрепившейся от времени, она и поныне возвышается, пусть и в изменившихся очертаниях, над Римом.

Этот чудесный памятник, бывший сначала императорской могилой, а затем тюрьмой, башней и цитаделью светской власти пап, навсегда останется сокровищницей исторических воспоминаний. Обломки замка целый год пролежали на земле. Мраморные блоки выбирались для мощения площадей и возведения построек, а по пепелищу бродили козы. Падение замка дало Урбану VI обладание Ватиканом, куда он вступил в торжественной процессии, с босыми ногами, что было столь необычным зрелищем, что папа заслужил хвалу за смирение.

Климент теперь был вне себя от страха, поскольку Альбериго мог со дня на день появиться перед Ананьей и осадить там его самого. Он бежал и искал убежища в Неаполе, у королевы Иоанны. Королева беспрестанно устраивала в его честь празднества, но неаполитанский народ с раздражением смотрел на то, что чужеземец был признаваем за папу, а земляк — отвергнут, и однажды поднял крик: «Да здравствует Урбан VI!» После этого Климент был вынужден бежать во Францию, в мрачный авиньонский замок.

21 апреля 1380 года Урбан объявил Иоанну смещенной с неаполитанского трона, который она заняла лишь благодаря авиньонским папам. Корона была предложена Людовику Венгерскому, который отправил на ее завоевание своего племянника, Карла Дураццо, сражавшегося в это время с венецианцами. Возведение на трон Неаполя «своего» короля позволило бы Урбану ограничить схизму одной Францией и он полностью отдался организации этой экспедиции.

В ноябре 1380 года в Рим с войском прибыл Карл Дураццо. Урбан сделал его знаменосцем церкви и сенатором. Для снаряжения похода на Неаполь были ограблены римские церкви — великолепная утварь и массивные бюсты оказались в плавильных печах. 1 июня 1381 года Карл принял инвеституру на Неаполь, а на следующий день — корону. Вскоре после этого войска двинулись из Рима по Латинской дороге.

28 июня Карл одержал победу под Сан Жермано и вступил в Неаполь. Иоанна, осажденная в замке Кастель дель’Ово, сдалась 25 августа. Весной 1382 года под Неаполем во главе сильного французского войска появился Людовик Анжуйский, произведенный в короли Климентом VII, и это решило участь пленной королевы. В мае она, по повелению Карла Дураццо, была задушена шелковым шнурком, а ее тело неделю публично выставлялось в неаполитанской церкви Санта Чиара.

Пылающий местью Людовик Анжуйский обрушился на неаполитанское королевство. Страшась за Рим, Урбан VI также начал подготовку к обороне, но француз так и не появился под городскими стенами. А вскоре сила натиска его войска была раздавлена искусной тактикой Карла Дураццо, и великолепнейшая из армий оказалась сокрушена лишениями, болезнями и голодом.

Война перешла в вялую фазу, и нетерпеливый Урбан решил лично отправиться к Карлу. Почти тайно он покинул Рим 19 апреля 1383 года и добрался до Неаполя только в начале ноября. Однако вскоре папа оказался в сильном разладе со своим неблагодарным ставленником. Карл хотел удалить его из страны, где Урбан попытался разыгрывать роль сюзерена. Выяснилось, что никто его здесь не уважал, а почитание к наместнику Христа никогда еще не падало так низко. 26 мая 1384 года Урбан покинул Неаполь и основал свою резиденцию в Ноцеро. Папство, едва вернувшись в Рим, теперь оказалось перенесенным в неаполитанское королевство.

Кардиналы ненавидели Урбана, и снова поднялся вопрос о его низложении. Заговор открылся и 11 января 1385 года шесть кардиналов были брошены в подземелье. Оставшиеся на свободе отреклись от Урбана и высказались за необходимость Вселенского собора. Распаленный яростью, Урбан предал Карла анафеме и низложил его с трона, а Неаполь подверг интердикту. Теперь Карл выслал войско против папы. Со стен Неаполя было возглашено, что доставивший папу мертвым или живым получит награду в 10 000 гульденов золотом, т.е. глава христианства приравнивался в цене к атаману разбойников.

Ноцера пал, замок в крайнем стеснении еще держался, но долгая оборона была невозможна. На помощь пришли наемные банды, итальянские, французские, бретонские и немецкие, готовые в любую минуту продать папу в случае неудовлетворения им их требований. 7 июля они вырвались из города и понеслись в направлении салернского берега, а далее к Беневенту. В Бари их подобрали генуэзские суда и доставили в Геную 23 сентября. Там папа снова сел на корабль и отправился в Лукку, откуда собирался вернуться с войском в Неаполь.

Ситуация сложилась так, что Урбану не удалось осуществить свое намерение, и в августе 1388 года он, наконец, вернулся в Рим. Город сильно пострадал от прошедшей чумы. Он замер в грязи и нищете, которые не могла компенсировать независимость, достигнутая за время отсутствия Урбана. Приехавший папа немедленно показал свой свирепый нрав. Он захотел подчинить себе Капитолий и своей властью поставить сенатора.

Вооруженный народ кинулся к Ватикану, но уже через несколько дней можно было увидеть кающихся арбалетчиков, бредущих от Капитолия к Святому Петру с веревками на шеях, босоногих и с горящими свечами в руках. Рим ненавидел этого неуемного папу, но подчинялся ему более прочих. 15 октября 1389 года Урбан VI скончался, оставшись в памяти современников как жестокий и немилосердный тиран.

2 ноября в Риме папой был избран неаполитанец Пьетро Томачелли, 30-летний кардинал церкви Святой Анастасии. 11 ноября он принял сан под именем Бонифация IX. Первым делом новый папа снял отлучение с дома Дураццо и в мае 1390 года короновал в короли Неаполя юного Владислава Дураццо. Римская церковь снова могла опираться на это королевство, свою вассальную область.

В этом же году состоялся Юбилей, назначенный еще Урбаном VI. Несмотря на неучастие в торжестве схизматических народов, в Рим стеклись богомольцы из Германии, Венгрии, Богемии, Польши и Англии. Однако священное торжество юбилея превратилось в финансовую спекуляцию папы, рассылавшего во все страны уполномоченных с приказом продавать индульгенции за сумму, равную стоимости путешествия в Рим. Проявились самые вопиющие злоупотребления. Симония и ростовщичество действовали с нескрываемой наглостью. Современники рисуют Бонифация IX беспредельно корыстным и бессовестным, раздававшим за деньги все церковные должности и взимавшим плату за всякое прошение.

Вскоре после юбилея настроение в Риме снова стало враждебным папе. Вследствие этого 11 сентября 1391 года Бонифаций заключил с римской республикой договор, по которому она обязалась признавать неприкосновенность клира, не обременять налогами курию и кардиналов, возобновлять городские стены и мосты и приглашать всех римских баронов к оборонительному и наступательному союзу с папой и церковью.

В 1392 году римляне с оружием в руках ворвались в Ватикан и на глазах у папы вытащили из дворца каноников Святого Петра, отказавшихся совершить отчуждение имущества базилики на военные издержки. Не чувствуя себя в безопасности, Бонифаций воспользовался приглашением Перуджии, чтобы покинуть Рим и позволить призвать себя обратно на выгодных условиях.

Летом 1393 года римские послы стали настоятельно звать Бонифация вернуться, поскольку римляне боялись переноса папской резиденции. Условия Бонифация были следующие: отныне папа должен избирать сенатора, или, если он этого не пожелает, то облеченные сенаторской властью консерваторы должны приносить ему присягу в верности; сенатор не должен быть стесняем в своей должности ни арбалетчиками, ни иными магистратами; клир и папский двор подлежат юрисдикции лишь своего законного форума; папа и кардиналы освобождаются от пошлин и податей; магистраты не должны ни под каким видом иметь притязания на имущества церквей, госпиталей и благочестивых учреждений Рима.

На свое возвращение Бонифаций потребовал 1000 снаряженных всадников для конвоя и 10 000 гульденов золотом на дорожные издержки. 8 августа 1393 года на Капитолии римский парламент единогласно принял эти условия и скрепил их клятвой. Эта грамота, в основных чертах, стала базисом отношений между папой и городом Римом на последующие времена.

В конце года Бонифаций вернулся в Рим и был принят с почестями. Однако уже в мае следующего года народу показалось, что договор слишком перевешивает в пользу папы, и поднялось очередное восстание при активном участии арбалетчиков, власть которых папа и хотел сломить в первую очередь. Лишь вмешательство юного Владислава Неаполитанского положило конец беспорядкам. Осенью 1394 года он прибыл в Рим с войском и освободил папу от опасного положения.

16 сентября в Авиньоне умер Климент VII. Появилась возможность ликвидации схизмы, но для этого требовалось воспрепятствовать выбору преемника авиньонского папы. С этим согласился даже французский король, но не французская курия. 26 сентября она избрала из своей среды испанца Петра де Луна, который 3 октября воссел на схизматический трон под именем Бенедикта XIII. Мир начинал свыкаться с двумя церквями и двумя папами.

Тотчас же Бенедикт XIII начал стеснять своего римского соперника созданием ему врагов в церковной области и в городе. В Рим засылались письма, подстрекавшие народ к отпадению от Бонифация и к признанию Бенедикта. Население Трастевере подняло восстание, которое было подавлено. В наказание трастеверинцы были лишены своих гражданских прав. Однако ситуация в городе была такова, что лишь благодаря Владиславу удавалось вовремя ликвидировать беспрестанные заговоры.

Наконец, непреклонная настойчивость Бонифация принесла свои плоды. Город согласился на сложение власти цехов и упразднение арбалетчиков. В 1398 году папа получил полный dominium. Была восстановлена прежняя система управления Римом через полугодичного чужеземного сенатора и трех администрирующих консерваторов при усиленном авторитете папы. Этот момент можно считать началом гибели республиканской самостоятельности римлян.

Для полнейшего укрепления своей власти в Риме Бонифаций IX приказал восстановить и укрепить разгромленный замок Святого Ангела. В крепость был превращен и ватиканский дворец, а сенатский дворец на Капитолии был отстроен заново и тоже укреплен. Позаботился Бонифаций и о восстановлении заброшенной Остии для защиты устья Тибра и для предотвращения разбойничьих высадок провансальских и итальянских пиратов. Он изъял город Остию из-под юрисдикции кардинала-епископа и поставил ее под власть папы. Устье Тибра снова сделалось местом стоянки для нескольких галер, и впервые после долгого времени появился папский флот.

Так окончился 14 век в истории Рима.

Далее: Рим в 14 веке. Культура и состояние города
Назад: Средневековье. 14 век. 1355-1377. Возвращение Святого престола